Подавляющее большинство случаев применения смертоносного заклятия в «Гарри Поттере» (я думаю, процентов 90) ассоциируется у нас именно с Волан-де-Мортом. Это определённо его любимое заклинание. И немного странно, что Авада Кедавра не используется чаще в дуэлях. В конце концов, это проклятие, которое могло бы мгновенно закончить многие схватки, поскольку оно немедленно убивает того, в кого попадает, и от него нет защиты. Разве что ты — могущественный Дамблдор, который умеет зачаровывать статуи так, чтобы они укрывали его от зелёного смертоносного луча. Или ты — главный герой серии, который способен принять этот заряд дважды без всяких попыток защиты и всё равно выйти сухим из воды.
Итак, я нашла 11 причин, почему Авада Кедавра не используется чаще в «Гарри Поттере».
1. Ограничение со стороны автора
Первая причина, которая приходит на ум: автор намеренно ограничила использование Авады Кедавра, чтобы избежать злоупотребления ею. Если бы любой волшебник мог свободно применять это проклятие, это сильно уменьшило бы повествовательные возможности и разнообразие магии в вымышленном мире.
Отличный пример — дуэль Дамблдора с Волан-де-Мортом. Волан-де-Морт на протяжении всего боя пытается поразить Дамблдора Авадой Кедавра, что одномерно и предсказуемо. А Дамблдор полностью использует свой талант, применяя магию творчески и эффектно. Выглядит так, будто Дамблдор распределил свои очки умений по всем областям, а Волан-де-Морт вложил всё в Непростительные заклятия.
Даже создатели фильмов заметили эту проблему, и в фильме во время дуэли Дамблдора с Волан-де-Мортом последний выглядит более креативно, чем в книге (в ущерб образу Альбуса Дамблдора и смыслу всей сцены, о чём я уже писала, например, здесь).
И, на мой взгляд, миссис Роулинг сама себе немного навредила, создав заклинания с конкретным и точным действием. Похожая ситуация с обездвиживающими заклинаниями (Иммобулус, Остолбеней, Петрификус Тоталус), которые мгновенно вырубают противника, не причиняя ему по сути значительного вреда.
И тут возникает вопрос: если у нас есть такое заклинание, как, скажем, Иммобулус, то зачем кому-то использовать какое-либо другое заклинание во время дуэли? И подобно тому, как для мракоборцев обездвиживающее заклинание является базовым, для самых отъявленных Пожирателей смерти Авада Кедавра должна была бы стать базовым заклятием. Поэтому Дж.К. Роулинг решила ограничить злоупотребление Авадой и сделала её отличительным знаком Волан-де-Морта, что делает его ещё более опасным противником.
2. Угроза тюрьмы
Авада Кедавра — одно из трёх Непростительных заклятий, за использование которого на другом человеке дают пожизненное заключение в Азкабане. И, как можно догадаться, пожизненное заключение в окружении дементоров, которые пытаются высосать из тебя душу, эффективно отвратило большую часть магического сообщества от использования этого заклятия.
Это касается и многих Пожирателей смерти и не столь значительных слуг Тёмного Лорда. Использовать заклятие Авада Кедавра им невыгодно, потому что в случае поимки им гарантировано пожизненное размещение в Азкабане. С точки зрения среднего Пожирателя смерти лучше использовать другое заклинание и просто меньше рисковать при задержании. Но это не касается самых опасных Пожирателей смерти, таких как Крауч или, скажем, Беллатриса, у которых и так уже пожизненное заключение в Азкабане, так что для них это не имеет значения. Но о том, что удерживает их от спама заклятием Авада Кедавра, мы поговорим позже.
3. Угроза ответного удара
Использование Непростительных заклятий во время дуэли может быстро изменить правила игры, и мракоборцы тоже могут начать их применять. А мы знаем, что во время первой войны волшебников мракоборцы имели разрешение Министерства на использование Непростительных заклятий. Впрочем, так же и в обычном мире: если вы открываете огонь по представителям власти, они сделают то же самое в ответ.
4. Эмоциональная тяжесть
Лишить кого-то жизни без оправдания — это не только морально предосудительный акт, но и сопряжённый с огромным психологическим бременем. Ведь вначале надо вызвать в себе это непреодолимое желание лишить кого-то жизни, чтобы использовать это заклятие, а это не так-то просто.
Произнесение этой инкантации несёт в себе определённую тяжесть, в том числе психологическую и эмоциональную. Даже среди тёмных волшебников она воспринимается как нечто исключительно злое, способное оставить отпечаток и на том, кто её накладывает. Нужно помнить, что не всякий, кто выбирает зло, является злым до мозга костей. Многие Пожиратели смерти всё ещё подвержены эмоциональным последствиям своих поступков. Ну, возможно, кроме Волан-де-Морта, Беллатрисы или того же Крауча, которые без колебаний убили бы другого человека.
Но большинство других Пожирателей смерти — это всего лишь последователи, приспешники Волан-де-Морта, у которых, вероятно, ещё есть какой-то моральный компас и они не обязательно хотят лишать жизни других людей. И лучший пример здесь — Люциус и Драко Малфои, которые, я думаю, являются достаточно морально развращёнными, но смогли бы они кого-то убить и не испытывать при этом угрызений совести? Скорее нет.
Поэтому мне кажется, что есть много таких Пожирателей смерти, как Люциус Малфой и его сын Драко, которые движимы амбициями, страхом или давлением сверстников, но не до конца хотят убивать других людей. Для них использование Авады Кедавра пересекает границу, на которую они не готовы.
5. Преступления в основном совершаются в состоянии аффекта
Хорошо, можно сказать, что не каждый Пожиратель смерти является злым до мозга костей и не каждый постоянно хочет убивать. Это правда. Но мы же знаем, что большинство преступлений совершается в состоянии аффекта. В состоянии крайнего эмоционального возбуждения, когда человек действует импульсивно, часто не до конца осознанно. В мире маглов легко совершить такую трагедию: достаточно схватить острый предмет, толкнуть кого-то в гневе или ударить, не думая о последствиях.
Однако в мире волшебников дело обстоит несколько иначе. И здесь мы подходим к ключевому моменту. В состоянии эмоционального возбуждения вряд ли кто-то «потянется» за заклятием Авада Кедавра, потому что это не то заклинание, которое приходит в голову спонтанно. Как мы уже говорили, сама его инкантация несёт в себе огромную тяжесть, символизирует собой окончательное зло. Это то, что в волшебном мире является почти синонимом предумышленного убийства.
Знаете, это не то заклятие, которое часто используют в повседневной жизни. Ну, разве что для борьбы с тараканами или пауками. Однако Авада Кедавра вряд ли сидит в подсознании большинства волшебников и вряд ли вырывается у них из-под контроля.
Преступление в состоянии аффекта в мире волшебников, вероятно, выглядело бы иначе: кто-то в гневе мог бы взмахнуть палочкой и произнести случайное заклинание. Это может быть Бомбарда, Депульсо или любое другое, которое в результате несчастного стечения обстоятельств окажется смертельным. Но я сомневаюсь, что кто-либо мог бы совершить преступление в состоянии аффекта с помощью Авады Кедавра. Ну, разве что Волан-де-Морт. Потому что это заклинание требует огромного осознанного акта воли.
6. Существуют другие заклинания, которые по факту являются смертельными
Следующий аргумент: даже если в мире Гарри Поттера кто-то хочет кого-то убить, он не обязан сразу прибегать к Аваде Кедавра. Существует множество заклинаний, которые могут причинить серьёзные травмы и даже привести к смерти, особенно если они хорошо нацелены. Чтобы не быть голословной, вот фрагмент книги, в котором Молли Уизли побеждает Беллатрису:
«И вдруг Гарри почувствовал, что уже знает, что сейчас произойдёт, прежде чем это случилось. Заклинание Молли пронеслось под вытянутой рукой Беллатрисы и поразило её в грудь, прямо в сердце. Насмешливый смех Беллатрисы замер, глаза вылезли из орбит, и, едва осознав, что случилось, она рухнула на пол».
Конечно, мы не знаем, какое именно заклинание использовала Молли, но почти на 100% можно утверждать, что это не была Авада Кедавра. Во-первых, такое заклятие совершенно не подходило бы этой героине. Во-вторых, автор не упоминает характерную зелёную вспышку, которая всегда сопровождает это заклятие. Ну, и Беллатриса умирает не мгновенно. К тому же сама автор намеренно подчёркивает, что заклинание Молли попало Беллатрисе прямо в сердце. Независимо от того, что это было за заклинание, его сила и точность могли привести к остановке сердца.
А раз существуют и другие способы убить противника, прибегать к Аваде Кедавра не обязательно. И в той дуэли двух женщин это не было случайным убийством: в книге есть чёткое описание того, что обе пытались убить друг друга: «Волшебные палочки раз за разом испускали струи света, пол вокруг них раскалился и потрескался. Обе сражались насмерть».
И прежде чем мы пойдём дальше, стоит сказать, что в книге Беллатриса не использовала на Сириусе заклятие Авада Кедавра, как это показано в фильме. В оригинале Беллатриса использует, вероятно, какое-то оглушающее заклинание, которое попадает Сириусу в грудь. И именно это заклинание выталкивает Сириуса прямо в Завесу Смерти.
7. Заклятия площадного поражения (АОЕ - Area of Effect) эффективнее
Причины, которые мы до сих пор обсудили, касаются большинства Пожирателей смерти. Но что же насчёт других, таких как Беллатриса, Крауч или, скажем, Долохов? Для них угроза тюрьмы не страшна, потому что у них и так пожизненное заключение. Единственное, что могло бы их напугать, — это угроза ответного удара, хотя, учитывая их психическое здоровье, это тоже маловероятно. Так что же удерживает их от спама Авадой Кедавра?
Авада Кедавра, конечно, очень эффективное заклинание, потому что мгновенно убивает противника, и от него нет защиты. Но, как ни крути, оно избавляет только от одного противника за раз. А в битве гораздо более полезными могут оказаться площадные заклинания, значительно более мощные, которые могут ранить нескольких человек сразу и вызвать хаос. Идеальный пример — адское пламя, а также взрыв. В битве за Хогвартс множество описаний того, как Пожиратели смерти взрывают стены замка, вызывая масштабные обрушения.
8. Садистам нужны страдания
Можно сделать вывод, что для самых садистичных и тёмных волшебников Авада Кедавра тоже не очень привлекательна, потому что она слишком быстро может закончить игру с жертвой. Психопаты любят демонстрировать свою власть над жертвами и наслаждаются их страданиями, поэтому они будут предпочитать использовать такие заклинания, как Круциатус, которые причиняют жертве невообразимую боль, и редко будут прибегать к Аваде Кедавра.
Я подозреваю также, что в мире волшебников существует множество других чар, которые могут быть более интересны для таких психопатов, чем Авада Кедавра. Например, в «Ордене Феникса» упоминалось заклинание, выворачивающее внутренности. Так что тут остаётся лишь вопрос креативности некоторых Пожирателей смерти.
9. Авада не сеет ужас
Следующий пункт отчасти связан с предыдущим, потому что, как мы знаем, Авада Кедавра убивает мгновенно и не оставляет следов на теле. Само по себе это, конечно, ужасно: смерть наступает безболезненно, без крика и без видимой борьбы. Однако если взглянуть на это с точки зрения Пожирателей смерти, можно задуматься: действительно ли это лучшее орудие для распространения террора?
Если они хотели кого-то устранить зрелищным способом, который должен был вызвать страх и оставить неизгладимый след в психике свидетелей, Авада Кедавра кажется просто скучной. Жертва просто падает на землю, словно внезапно уснула. В этом нет спектакля и долгого страдания, которое могло бы стать предупреждением для других.
С обречённым на смерть субъектом можно было бы обойтись более креативно. Сектумсемпра могла бы разорвать его тело на куски, а Инфери превратить уже мёртвого в орудие ужаса. Если их целью было вызвать страх в обществе, более жестокие и зрелищные методы могли оказаться эффективнее, чем одна зелёная вспышка света.
10. Нужно кем-то править
Следующая причина, по которой Авада Кедавра не использовалась чаще, заключается в том, что Волан-де-Морт и его сторонники всё ещё нуждались в населении, которым можно править. Если бы Волан-де-Морт убивал каждого на своём пути к власти, ему не над кем было бы устанавливать господство.
Поэтому Волан-де-Морт мог даже запретить своим сторонникам бессмысленные убийства даже в дуэлях, и в этом был бы смысл: только он может кого-то приговорить к смерти. И это хорошо объясняло бы, почему такие Пожиратели смерти, как Беллатриса, не используют это заклятие чаще в дуэлях, а оно скорее зарезервировано исключительно за Тёмным Лордом.
В конце концов, конечной целью Волан-де-Морта было не уничтожение волшебного мира, а установление нового порядка, при котором волшебники чистокровного происхождения доминировали бы над миром. Чтобы этого достичь, ему нужны были подданные.
11. Аваду трудно накладывать
И, наконец, последняя и, на мой взгляд, самая важная причина, почему заклятие смерти не используется чаще в дуэлях. Авада совсем не так проста в наложении, и большинству Пожирателей смерти проще использовать другое заклинание.
В «Ордене Феникса» Беллатриса объясняет Гарри, что чтобы наложить проклятие Круциатус, нужно иметь непоколебимое желание причинить кому-то боль. И, вероятно, то же самое относится и к заклятию Авада Кедавра. То есть нужно фундаментально настроиться на то, чего должно достичь заклинание. То есть очень сильно захотеть кого-то прикончить.
Можно предположить, что с заклятием, которое должно лишить кого-то жизни, это ещё сложнее и труднее, чем с Круциатусом. А это означает, что нужно обладать глубоким, непреодолимым желанием убить конкретного человека.
Представьте себе стандартную дуэль. Ведь заклинания в «Гарри Поттере» произносятся молниеносно, и мгновение невнимательности может решить, выиграем мы или проиграем. Поэтому здесь Авада Кедавра, несмотря на свою силу, может быть неоптимальным выбором, когда на счету каждая доля секунды. В пылу боя это заклинание может быть просто слишком трудным для произнесения, особенно учитывая необходимость иметь искреннюю, непреклонную волю убить противника. Сосредоточиться на вызове этой воли, одновременно сохраняя бдительность к атакам противника, может быть исключительно трудно. Дуэль — это не только обмен заклинаниями, но и тактическая игра, требующая быстрого мышления и гибкости.
Стоит также заметить, что из-за сложности этого заклинания большинству волшебников пришлось бы использовать его вербальную форму, то есть нужно было бы произносить всю инкантацию «Авада Кедавра» вслух. А это уже отнимает время, и, учитывая динамику дуэлей в «Гарри Поттере», может дать противнику время на контратаку. К тому же такой инкантацией мы попросту объявляем о своих намерениях. И противник может уклониться, отскочить или хотя бы прикрыться какой-нибудь статуей, как сделал Дамблдор во время битвы с Волан-де-Мортом.
И, честно говоря, если бы я обучала мракоборцев или членов Ордена Феникса, одним из упражнений была бы молниеносная реакция на инкантацию Авады и соответствующие увёртки, чтобы избежать этого заклятия. Думаю, было бы множество техник, чтобы избежать такого заклинания. Мракоборцы должны быть натренированы на такую инкантацию, чтобы в случае чего отскочить.
Итак, это были причины, по которым, на мой взгляд, Авада Кедавра используется так редко в «Гарри Поттере». Дайте знать в комментариях, что вы думаете, и знаете ли вы какие-то другие причины, по которым это заклятие реже использовалось в дуэлях, чем могло бы.