«Таран» — в мире авиации это оружие бесстрашных и отчаянных. Идти на таран на истребителе — значит почти гарантированно подписать себе смертный приговор. Почти. Но был один парень, который не просто пошел на это четыре раза, но и остался жив, чтобы рассказать об этом.
От авиамоделей до боевого вылета
Борис Ковзан родился 7 апреля 1922 года в городе Шахты Ростовской области. Его отец, белорус по происхождению, перебрался туда из охваченной войной Беларуси. Позже семья вернулась на историческую родину — сначала в Логойск, а затем в Бобруйск.
Как и тысячи советских мальчишек 30-х, Борис грезил небом. Эпоха челюскинцев и беспрецедентных перелетов создала настоящий культ авиации. Будущий герой начал с авиамодельного кружка. И его старания не прошли даром — на республиканских соревнованиях в Минске он занял второе место. Главной наградой для юного моделиста стал… полет на настоящем самолете. Это решило все: с тех пор он твердо знал, кем хочет стать.
Парень записался в Бобруйский аэроклуб, изучал конструкцию самолетов и осваивал прыжки с парашютом. Вскоре на его груди появился значок парашютиста. А в 1939 году, когда в Бобруйск прибыли представители Одесского военного авиационного училища, Борис без труда прошел отбор и уехал на юг. Осенью 1940 года 18-летний парень получил звание младшего лейтенанта. Он был готов к небу.
Первый таран: винт вместо пуль
В бой Ковзан вступил с первых дней войны. Уже 24 июня 1941 года в небе над Гомелем на устаревшем И-15бис он открыл боевой счет, сбив немецкий бомбардировщик «Дорнье-215». Затем были тяжелые бои, переформирование полка, освоение нового истребителя Як-1.
Свой первый таран Борис совершил 29 ноября 1941 года в битве за Москву. Он вылетел на разведку, но на обратном пути встретил «Мессершмитт-110». Завязался бой, но в самый ответственный момент отказало вооружение. Ковзан принял единственно возможное решение: он подлетел вплотную к врагу и винтом своего истребителя буквально отрубил хвост немецкой машине. «Мессер» рухнул вниз.
Удивительно, но сам Ковзан после удара сумел посадить искореженную машину прямо в поле. Местный кузнец, не поверив своим глазам, кое-как выправил погнутый винт. На следующий день летчик своим ходом добрался до полкового аэродрома, где его уже успели похоронить. Но он был жив и готов к новым боям.
Второй таран: «Я подумал, что это я сижу в «Юнкерсе»
21 февраля 1942 года история повторилась. В небе над Калининской областью Ковзан атаковал «Юнкерс-88». Расстреляв весь боезапас и убив верхнего и нижнего стрелков бомбардировщика, он снова пошел на таран. Он поднырнул под вражескую машину и винтом перерубил рули высоты. «Юнкерс» рухнул на землю.
Позже Ковзан вспоминал, что после удара на миг потерял сознание. А когда очнулся, его охватил леденящий душу ужас: он на секунду показалось, что это он сидит в кабине немецкого самолета. Его истребитель на огромной скорости врезался в фюзеляж «Юнкерса», и винт, продолжая вращаться, крушил вражескую машину. Оба самолета, сцепившись, как трамвайные вагоны, летели к земле. Лишь чудом Ковзану удалось вырвать свой «ястребок» из смертельных объятий и посадить его на лыжи.
Третий таран: удар крылом и прозвище «Муха»
9 июля 1942 года Ковзан прикрывал пятерку бомбардировщиков Пе-2. Он заметил, как два «Мессершмитта-109» заходят в хвост его ведущему. Ситуация была критическая: его мотор уже был поврежден, но летчик не собирался сдаваться. Резким разворотом он пошел в лобовую атаку. Используя преимущество в вираже, когда враг не успел выровнять машину, Ковзан нанес удар правой плоскостью крыла.
«Мессершмитт» врезался в землю. Второй немец, увидев это, предпочел ретироваться. А сам Борис с заклиненным мотором благополучно приземлился. Местные ребятишки сбежались к нему: «Дядечка, дядечка!». Ковзан усмехнулся: «Какой я вам дядечка, мне ж всего 20-й год пошел!». За веселый характер, неутомимость товарищи дали ему прозвище «Муха».
К тому моменту на счету Ковзана было уже 6 сбитых самолетов. Он был представлен к званию Героя, но награду не торопились вручать. Летчик шутил: «Получить звание Героя посмертно ничего не стоит». А поэт Михаил Матусовский, служивший тогда военкором, писал о нем: «Такой он был молоденький и ладный, хорошо скроенный, плотно перехваченный ремнем... с такой дружелюбной, обращенной ко всем улыбкой, что нельзя было поверить, что только вчера он нанес правым крылом удар по фашистскому «Ме-109» и загнал его штопором в новгородскую землю».
Четвертый таран: падение с 5 километров
13 августа 1942 года в районе Старой Руссы Ковзан на своем Ла-5 столкнулся с группой немецких бомбардировщиков. Завязался неравный бой. Его самолет был подбит, а сам он тяжело ранен. По рации он успел передать ледяные слова, от которых у командования волосы встали дыбом: «Пробита голова. Вытекают мозги. Иду на таран».
Он направил свою горящую машину на врага. У немца тоже кончились патроны, но он принял вызов. Два самолета столкнулись в лобовой атаке и разбились вдребезги. От удара Ковзана выбросило из кабины на высоте около 5 километров. Он падал вниз, теряя сознание от чудовищной боли и потери крови.
Примерно в 200 метрах от земли он пришел в себя и успел дернуть кольцо парашюта. Его снова выручила удача — он рухнул прямо в болото, которое смягчило удар. Переломанного, окровавленного, без сознания летчика вытащили наши пехотинцы.
Десять месяцев госпиталя. Переломанные кости срастались, но спасти глаз было невозможно. «Должен вас огорчить, молодой человек, — сказал врач. — Тонкий осколок стекла прошел в глазное яблоко... Началось вытекание глаза. Поставим искусственный».
Но и это его не остановило. Он требовал вернуть его в строй. И добился этого.
Встреча со Сталиным
В августе 1943 года Борису Ковзану наконец присвоили звание Героя Советского Союза. После вручения Золотой Звезды его пригласил на беседу сам Сталин. Вождь расспрашивал о боях, о таранах. А потом спросил:
— Чем дальше собираетесь заниматься?
— Вернусь в свою часть. Буду воевать, — ответил летчик.
Сталин покачал головой:
— Думаю, вы уже достаточно повоевали. А вот подучиться бы не мешало. Скажем, в академии.
— Я не потяну, товарищ Сталин, — признался Ковзан.
— А вы мне слово дайте, что будете учиться!
Ковзан подумал и ответил:
— Обещаю, товарищ Сталин.
— А как у вас дома дела?
— Только вот родился сын.
— Поздравляю! Нашей стране нужны люди.
Когда летчик вышел на улицу, его уже ждала машина. На заднем сиденье лежала большая коробка. Внутри — пеленки, распашонки, ползунки. Всё для новорожденного.
Летчик, выживший после четырех таранов, потерявший глаз, прошедший через десять месяцев госпиталя, смотрел на детские вещи и молчал. Такой заботы от Вождя он точно не ожидал.
Ковзан вернулся в свою часть. Его вызвал вышестоящий генерал:
— Что будем делать?
— Служить, — ответил летчик.
— А какое слово вы дали товарищу Сталину?
Ковзан понял: «Все знает». Пришлось поступать в академию. На вступительных экзаменах он не ответил ни на один вопрос. Но его приняли.
Он сдержал слово. В 1954 году окончил Военно-воздушную академию. Летал на реактивных МиГах, учил молодых летчиков. Работал начальником аэроклуба.
Он прожил долгую жизнь. Умер 30 августа 1985 года в Минске.
Всего за годы войны Борис Ковзан совершил 360 боевых вылетов, провел 127 воздушных боев и уничтожил 28 вражеских самолетов. Четыре из них — таранами. Единственный в мире летчик, который смог сделать это и остаться в живых.
А как вы считаете, почему Сталин был против возвращения летчика на фронт? Напишите в комментариях!
Друзья! Канал "ОБЩАЯ ПОБЕДА" живёт для сохранения памяти о наших героях, для тех, кто по-настоящему ценит подвиги наших предков. Мы продолжаем искать героев, рассказывать о них и сохранять память для будущих поколений.
Огромная благодарность всем, кто с нами! Каждый ваш лайк и комментарий - это путь к ещё большему показу таких важных исторических статей! Это возможность донести славу наших Победителей и гордость за них - каждому! Сегодня это особенно необходимо! Спасибо всем патриотам, кто уже с нами! Вместе мы делаем великое дело!
Подписывайтесь на канал, чтобы читать больше о настоящих героях Великой войны!