Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Призрак Экономики

Почувствовать гиперинфляцию

Жизнь в условиях гиперинфляции в послевоенной Германии красочно описана в романе Ремарка «Чёрный обелиск». А как это было в Советской России в начале НЭПа? Главная сегодняшняя новость – завершение турниров претендентов на мировую шахматную корону, определившиеся претенденты – Жавохир Синдаров у мужчин и Рамешбабу Вайшали у женщин. И мы, поэтому, перенесёмся в мир шахмат – в далёкий 1921-й год. Расскажем о гиперинфляции в связи с этой игрой. Международный мастер Василий Панов, выдающийся шахматист и шахматный литератор пишет в своей книге «М.И.Чигорин» (1963): «Ещё в первые годы революции московские «доминиканцы» культивировали игру на ставку, не гнушаясь любым противником. Когда я четырнадцатилетним мальчиком в 1921 году робко вошёл в Московский шахматный клуб, ко мне тотчас подскочил бодрый седовласый старичок Г.А. Гельбах и предложил сыграть на ставку, посулив вперёд коня. Я был немного ошеломлён, так как не предполагал, что придётся играть на деньги и вспомнил, что Гельбах считаетс

Жизнь в условиях гиперинфляции в послевоенной Германии красочно описана в романе Ремарка «Чёрный обелиск». А как это было в Советской России в начале НЭПа?

Главная сегодняшняя новость – завершение турниров претендентов на мировую шахматную корону, определившиеся претенденты – Жавохир Синдаров у мужчин и Рамешбабу Вайшали у женщин. И мы, поэтому, перенесёмся в мир шахмат – в далёкий 1921-й год. Расскажем о гиперинфляции в связи с этой игрой.

Международный мастер Василий Панов, выдающийся шахматист и шахматный литератор пишет в своей книге «М.И.Чигорин» (1963):

«Ещё в первые годы революции московские «доминиканцы» культивировали игру на ставку, не гнушаясь любым противником. Когда я четырнадцатилетним мальчиком в 1921 году робко вошёл в Московский шахматный клуб, ко мне тотчас подскочил бодрый седовласый старичок Г.А. Гельбах и предложил сыграть на ставку, посулив вперёд коня. Я был немного ошеломлён, так как не предполагал, что придётся играть на деньги и вспомнил, что Гельбах считается сильным первокатегорником чигоринского времени, но, подсчитав свои ресурсы, согласился играть. После нескольких проигрышей на дачу коня и потом на пешку и ход обескураженный «охотник за черепами» предложил мне играть «на равных», и тогда борьба пошла с переменным успехом. Все же я ушёл домой с выигрышем в несколько миллионов рублей.

Впрочем, не принимайте меня, читатель, за шахматного Мюнхгаузена, а Гельбаха за графа Монте-Кристо. «Миллионы» тогда никго не удивляли. В то время, накануне появления прочного советского «золотого» рубля, была дикая инфляция. На свой выигрыш я не мог купить ни яхты, ни автомобиля, а ограничился покупкой на Сухаревке солидной порции мороженного и старинного шахматного «Самоучителя» Шифферса. А номер журнала «Шахматы» в 1922 году стоил 2.500.000 рублей!»

См. «Бросаю обгоревшую десятимарковую бумажку в печку … » (о гиперинфляции в Германии в 1923-м году)

***

Канал «Призрак экономики» - самый нескрепный экономический канал в Телеграме.