Я родился семьдесят три года назад (1858 г.), когда люди моего народа расположились лагерем у реки Шайенн, в Черных холмах. Оба моих родителя принадлежали к племени северных шайеннов. У моего отца было два имени, как это у нас часто бывает. Иногда его называли «Много-Ран-от-Пуль» из-за боевых отметин на его теле, но он предпочитал называться «Белый-Бизон-Стряхивающий-Пыль». Мою мать звали «Орлиное-Перо-На-Лбу». В те давние времена индейские женщины не меняли имя при вступлении в брак, и назывались всю жизнь так, как ее звали в девичестве.
В детстве меня звали Ест-С-Руки. Но уже в юношестве я отказался от этого имени. Вот, как это произошло.
Однажды, за много зим до моего рождения, шайенны встали лагерем на западном берегу в среднем течении реки Паудер. Тогда же кроу разбили стоянку на берегу нынешней реки Мицпа, которая впадает в Паудер в ее нижнем течении. До них от нашего лагеря было всего два-три дня пути. Шайенны собрали отряд и отправились биться с кроу. Произошел бой и шайенны захватили в плен пять женщин-кроу и одного мальчика лет десяти. Женщины стали женами своих похитителей, а мальчика усыновили. Все эти пленники так и остались жить среди нашего народа.
Мальчик кроу сильно сдружился с девочкой Орлиное-Перо-На-Лбу, которая была ненамного старше его самого. Он сказал: «Эта девочка — моя сестра», и она приняла его как брата. Когда девочка встала взрослой, она вышла замуж за молодого человека по имени Белый-Бизон-Стряхивающий-Пыль, и они стали моими родителями. В свою очередь, мальчик-кроу тоже вырос и взял в жены девушку из народа шайеннов. Меня и моих родных братьев и сестер учили считать его своим дядей.
Приемный брат моей матери был замечательным человеком, храбрым и способным. Все шайенны очень уважали его. Конечно, он знал, что он кроу, но никогда не изъявлял желания покинуть нас или вернуться в родное племя. Однако, вместо этого он ушел к южным шайеннам, следуя за великим воином по имени Римский-Нос. Там, в Оклахоме, он и умер в очень преклонном возрасте.
Кроме всего прочего, этот индеец кроу-шайенн был замечательным скороходом. Еще в юных годах он вырывался далеко вперед, в то время как большинство его товарищей по путешествию, сверстников его же лет, оставались далеко позади, полностью выбившись из сил. Люди не могли не заметить эту особенность юноши и говорили: «У него, должно быть, деревянные ноги, раз он никогда не устает». Так его и назвали – Кум-мок-квив-ви-ок-та – Деревянная-Нога.
Я тоже с ранних лет отличался по части долгой ходьбы, и к пятнадцати годам мог путешествовать пешком, не отставая от своего дяди, Деревянной-Ноги. Я всегда был высоким и худым, а к молодым годам еще больше вытянулся. Друзья стали в шутку называть меня именем моего выносливого дяди, который к тому времени стал мужчиной средних или даже пожилых лет. Мне нравилось это имя, мне нравился человек, который его носил, и мне нравилась честь, что меня с ним сравнивают. Я сказал отцу, что хочу, чтобы меня называли Деревянной Ногой. Передача имен младшим родственникам была распространенным обычаем.
Отец сказал мне, что когда придет подходящее время, он даст мне новое имя. Это время настало, когда мне было около семнадцати лет.
Шайенны тогда расположились лагерем в самом верхнем течении реки Тонг, на ее западном берегу недалеко от одного из ручьев, которые впадают в эту реку. На улице стояла зима, землю укрывали глубокие сугробы, а погода была очень холодной. Однажды утром мы обнаружили, что пропали двадцать наших лошадей. Шел сильный снегопад, поэтому мы смогли лишь мельком рассмотреть следы конокрадов. Конечно, мы предположили, что это дело рук кроу.
Тринадцать воинов-шайеннов, включая меня, сели на своих пони и отправились в погоню. Весь день мы пробирались сквозь ослепляющую снежную бурю. Мы определили общее направление следа, поэтому продолжали идти всю следующую ночь. Никто из нас не спал. Следующее утро выдалось ясным, но холодный северный ветер бросался снегом, словно песком. Мы обнаружили. что оказались далеко вверх по долине реки Литтл-Бигхорн.
Мы увидели двух индейцев, уводящих табун лошадей из долины к подножию холмов на запад. Было очевидно, что это индейцы кроу, которые гонят наших украденных лошадей к своему лагерю на запад от Бигхорна. Мы как можно быстрее и незаметнее последовали за конокрадами к холмам. Когда мы достигли подножия холмов, то обнаружили, что двое мужчин остановились в укромном ущелье, спешились и готовятся разжечь огонь
Как только они закурили, мы бросились на них. Один кроу успел добежать до своей лошади и пустился наутек, но винтовка Черного-Орла сбила его насмерть. Второго окружили и зарубили ножами и топорами. Мы вернули себе всех своих лошадей, а также захватили двух лошадей кроу.
Мои товарищи сообщили отцу, что я проявил великую храбрость, бросившись в атаку и помогая расправиться с нашим врагом из племени кроу. Отец устроил в мою честь пир и на этом празднике торжественно провозгласил: «Отныне имя этого моего сына — Деревянная Нога».
Источник - A warrior who fought Custer. Author: Wooden Leg. Contributor: Thomas Bailey Marquis. Original publication: Minneapolis: The Midwest Company, 1931.
Присоединяйтесь к чтению увлекательных историй эпохи Фронтира и Дикого Запада (и не только) на ЯДе, в Телеграме и ВКонтакте.