Предисловие к рассказу. Немножко о старой Москве.
Место это в Москве я очень люблю. И когда жила на Тишинке, то бывала здесь очень часто. Здесь в бывшую двадцатую школу ходила моя доченька. Здесь же мы провожали Новый год на коньках с мандаринами и шампанским. А ещё раньше на каток сюда меня водил мой дедушка. И в павильоне, в котором теперь ресторан, очень давно была раздевалка, где продавали сладкий чай с булочками. Каток на Патриках давно не заливают, а когда-то, как писал Лев Толстой в «Войне и мире» здесь катались Китти с Константином Левиным.
Здесь же приведу фотографии церкви, которую снесли. На этом месте теперь стоит многоэтажный дом треста «Тепло бетон». Считается, что он стоит точно на фундаменте уничтоженного церковного погоста.
Ну и сам рассказ. Козье болото.
В Москву я попал случайно. Понадобилось срочно отвезти важные документы, а сотрудник, выполняющий эту работу, заболел. Скромная зарплата рядового инженера не оставляла возможности для путешествий, поэтому командировка в столицу показалась мне подарком, дарованным свыше.
Слегка утомлённый после рабочего дня, я вышел из безликого сталинского здания в небольшой скверик и огляделся. Неожиданно московский начальник обмолвился, что если я надумаю перебраться в Москву, он с удовольствием возьмёт меня на работу с достаточно приличным окладом. Даже в самых смелых мечтах я не залетал так высоко, поэтому оказался и польщён, и озадачен.
Справа от меня шумело Садовое кольцо с вечно спешащими куда-то автомобилями, слева терялся между домами тенистый переулок. Заглянув в карту, я понял, что нахожусь в пяти минутах ходьбы от Патриарших прудов, где начиналось действие романа Булгакова "Мастер и Маргарита". Я достаточно часто его перечитывал, поэтому легко вспомнил первую фразу: "В час жаркого весеннего заката на Патриарших прудах появилось двое граждан". Вдруг меня охватило желание почувствовать ту самую обстановку. Я ускорил шаг и оказался на Малой Бронной.
Четырёхугольный пруд окружали вековые липы. На противоположном берегу приютился бледно-жёлтый павильон с арочными окнами. Несмотря на жаркий солнечный день, здесь царила прохлада. По зеленоватой, искрящейся на солнце водной глади, словно король с королевой, скользили два белоснежных лебедя, сопровождаемые свитой рыжих уток.
Я сделал несколько кругов по дорожкам и почувствовал, что настроение, с которым сюда пришёл, пропало. Ничто не напоминало о Булгакове и его героях. Скорее Патриаршие пруды являлись вотчиной баснописца Крылова, который с видом хозяина присматривал за бронзовыми скульптурами персонажей своих басен. Захотелось присесть, но меня не привлекала ни шумная компания подростков, ни соседство бомжа, мирно храпевшего на солнышке. И вдруг на аллее, параллельной Бронной, я увидел свободное место. На скамейке, лицом к пруду, сидела пожилая дама, одетая в чёрную в белый горошек юбку с оборками и простую светлую блузку, отутюженную и накрахмаленную. Завитые седые волосы уложены в причёску, на руках кружевные перчатки. Я поспешил сесть рядом. Когда чопорная старушка, обмахиваясь веером, закрыла книгу, мой взгляд скользнул по золотым буквам названия: тот самый роман "Мастер и Маргарита".
— В семнадцатом веке здесь было настоящее болото, где брали своё начало ручей Чарторый, впадающий в Москву-реку у Храма Христа и речка Бубна, образовавшая пруды в Московском зоопарке. Удобные выпасы позволяли держать коз без присмотра. И вот два пастуха, два друга: Спиридоний и Гаврила влюбились в одну и ту же девушку. Кстати, имя Спиридоний получил в честь святого, бывшего в юности пастухом. Тогда в Козьей слободе стояла Спиридоньевская церковь. По этому же названию есть улица Спиридоновка и Спиридоньевкий переулок. Вон в той стороне, — махнула рукой старушка. — Обезумевший от любви Гаврила замыслил убрать своего соперника, когда они будут вечером пригонять домой коз. Гаврила нанёс своему ничего не подозревающему другу удар ножом, а труп бросил в болото. Знал, что найти его там будет невозможно. Только не учёл Гаврила, что душа Спиридония, как невинно убиенного, никак не могла успокоиться и отправиться по своему пути. Она осталась между небом и землёй, оскорблённая и полная желания отомстить. Тут-то и появился дьявол со своим предложением: если Спиридоний станет его слугой, то сможет наказать Гаврилу. И начал Спиридоний работать на дьявола, появляясь под видом чёрного козла на болоте. Конечно, он вскоре раскаялся, но обратной дороги не было. Тут, в общем-то, можно и точку поставить. Если бы... — старушка посмотрела на старинные часики. — Теперь мне уже точно пора.
— Подождите же, — взмолился я. — Вы не рассказали про патриарха.
— Совсем забыла, — пожилая леди улыбнулась. — Святой Спиридоний не мог оставить бедного пастуха в беде и сказал ему, что он должен явиться к Патриарху Гермогену и покаяться. Если Гермоген отпустит его душу с миром, найдёт и похоронит тело, проклятие с Козихи будет снято.
Собеседница снова сделала паузу и начала обмахиваться веером.
— И что же? — нетерпеливо спросил я.
— Патриарх Гермоген оказался очень принципиальным. Он заявил, что прислужник дьявола прощён быть не может. Тогда оскорблённая душа Спиридония снова обратилась к дьяволу, чтобы он уничтожил Патриаршую слободу вместе со всеми церквями, а место это отдал ему навечно. И вот, молодой человек, хочешь — верь, не хочешь — не верь, но дьявол слово своё сдержал. В 1700 году отменили патриаршество, а в тридцатых годах двадцатого века в округе снесли три церкви: Ермолаевскую, Спиридония и Георгия Победоносца, где Чайковский венчался. А ради чего сносили-то? На месте Ермолаевского храма разбили нелепый сквер, а вместо двух других построили неказистые дома из стекла и бетона. Ну, чем тебе не дело рук дьявола и прислужника его чёрного козла?
Я пытался осмыслить и свести воедино всё, что услышал. Получается, если верить словам моей собеседницы, историческое место в центре Москвы до сих пор связано с дьяволом, что подтверждается статистикой. Убийства здесь происходят чаще, чем в других местах и остаются нераскрытыми. А кто бы мог подумать?! Обстановка здесь самая мирная: пруд, лебеди, утки.
— Ты в Москву не переезжай, как бы она тебя не манила, — вдруг услышал я тихий голос пожилой леди. — Нечего тебе здесь делать.
Я удивился. Откуда старая дама могла знать об этом?
— А почему бы и нет?! Я сегодня хорошее предложение получил. В Москве так много возможностей.
— Опять чёрный козёл и его соблазны, — вздохнула старушка. — Пойми же, дурачок, что те, кто сюда попадают, Богом прокляты. Город, в котором так редко светит солнце, город, в котором большинству людей наплевать на всё, кроме денег. Чтобы выжить в Москве, надо тут родиться. Я много раз пыталась отсюда уехать, но так и не получилось, словно что-то держит меня. Мои прадедушка и прабабушка жили вон там, — она махнула рукой, и я увидел старинный особняк с башенками, они видели чёрного козла перед смертью. А три дня назад и ко мне он явился.
Последние слова прозвучали так тихо, что я подумал, что ослышался:
— Вы видели чёрного козла?
— Да, сидела на этом же самом месте, и вдруг он...
— То есть вы хотите сказать, что средь бела дня здесь появился чёрный козёл? — разошёлся я. — А что же другие люди? Ведь в скверике полно народу! Кто-то ещё должен был его видеть?! Поймать, в конце концов?
— Я тоже раньше не верила, — спокойно ответила пожилая дама. — Это не то, что ты представляешь. Чёрный козёл похож на тень. Мираж, который появляется на мгновение и тут же исчезает. И ты понимаешь, что сама смерть пришла за тобой. Да ты почитай внимательно Булгакова.
Дама стала подниматься со скамейки, и я вскочил, чтобы ей помочь.
— Прощай, молодой человек. И помни: нельзя тебе в Москву. Уезжай к себе и постарайся довольствоваться тем, что есть.
Мы попрощались, я посидел ещё минут десять, но вдруг заметил, как что-то блеснуло между крашеными деревяшками скамейки. Я наклонился и вытащил золотую цепочку с маленьким старинным крестиком. «Неужели старая леди потеряла»? — мелькнула мысль. И сразу вспомнились её слова: на тех, кого убили, не было нательного креста. Я побежал к дому, на который она мне показывала. Но охранник даже не захотел меня слушать, а уж тем более дать номер квартиры пожилой дамы. И тогда я решил, что отдам ей цепочку завтра.
* * *
На следующий день, разделавшись с делами, я попал на Патрики в самый час заката. Здесь опять было многолюдно. Пожалуй, народу было ещё больше, чем вчера. Что-то неприятно тревожило меня с самого утра, но московский начальник завалил меня делами, и я не смог выбраться раньше.
Возле той скамейки, на которой мы вчера сидели, толпились люди. Сердце застучало в груди так, что я чуть не задохнулся. Пробираясь через сгрудившихся любопытных, я заметил знакомый край чёрной юбки в белый горошек.
Мужчина, пытающийся оказать первую помощь, отстранился, и я увидел пожилую даму в том же наряде, неестественно завалившуюся на скамейку. В голове мелькнула мысль: «Если бы я отдал ей крест вчера, старая леди была бы жива».
Я был там, пока не появилась заплаканная девушка, внучка, которой я вернул крестик с цепочкой. Она вскрикнула и побледнела. Не знаю почему, но я оставался в этом проклятом месте уже после того, как старушку унесли, бестолково шагая вокруг пруда и размышляя. Проходя, наверно, в десятый раз мимо знакомой скамейки, я увидел хорошенькую девчушку, принимающую кокетливую позу и парня с фотоаппаратом.
— Сфотографируй меня здесь. Это же та самая скамейка, на которой сидели эти двое, ну из романа Булгакова, помнишь?
Я вздрогнул. Отвернулся от них, растерянно посмотрел на воду. В этот момент неожиданно стемнело, и в свете фонарей почудилось, что ко мне приближается какая-то тень, размером с большую собаку. Меня охватил жуткий страх, которого до сих пор не испытывал. Я не мог дышать, словно кто-то ледяными пальцами сжал горло. Замер на месте, потому что перестали слушаться ноги. Тень пронеслась мимо меня в сторону знакомой скамейки. Мне показалось, что оттуда донёсся сдавленный крик. Когда я пришёл в себя и на ватных ногах пробирался к выходу, то обратил внимание, что люди, сидевшие на скамейках и прогуливавшиеся по аллеям, куда-то исчезли.
Всю ночь проворочался без сна, а под утро мне приснилась знакомая старушка, которая повторила, что чёрный козёл оставит меня в покое, если я останусь в своём городе.
Конечно, кто-то сочтёт меня излишне впечатлительным, но я с удовольствием вернулся домой, а на следующий день купил в церкви крест, который никогда не снимаю. Должен признаться, что переезжать в Москву мне совершенно расхотелось. А историю, случившуюся на Патриарших, я рассказал своему коллеге. Он подтвердил, что бывшая Козиха — странное место: то голоса почудятся, то страх нахлынет необъяснимый. Не иначе, как до сих пор чёрный козёл хозяйничает в своих владениях.
Дорогие читатели!
Захотелось ещё кроме романов немного писать о Москве. В этот раз получилось даже с рассказом.
Надеюсь, что поддержите. Кто из тех, кто читает "Наследницу" живёт в Москве? Было бы интересно узнать.
Заходите на мой сайт. Там есть что почитать без рекламы: https://romancenovels.ru