Случилось это в военную пору. Жили мы тогда в великой нужде, каждый кусок был на счету. И вспомнила матушка о давнем долге — о том, что осталась должна ей одна подруга, татарка из Айткулова. В хозяйстве нашем было до того худо, что возврат этот пришёлся бы как нельзя кстати. Путь предстоял неблизкий — вёрст шесть, а то и семь, и всё напрямик, по льду застывшего Иртыша. Вышла матушка затемно, а к дому подруги добралась уже ранним утром. Едва матушка переступила порог избы, как перед ней открылась картина, от которой защемило в груди. Посреди убогого жилья, у раскалённой докрасна буржуйки, сидела полураздетая подруга, а вокруг неё жались к огню чумазые татарчата, почти вовсе нагие. В душном воздухе стоял запах горелого ливера: детишки тут же, на пышущей жаром печурке, жарили куски печёнки. Вместо постелей по земляному полу была разбросана слежалая солома да ворох ветхих лохмотьев — видно, так и спасались всем скопом от ночной стужи. Глянула мама на это сирое убранство, на бледные лица ре