Оля и Максим жили как в сказке: поженились по любви, детей родили, ругались редко. Когда Макс открыл свой шиномонтаж, Оля прыгала от счастья, всячески ему помогала, первое время, пока он раскручивался, жили на деньги Оли.
— У тебя получится, ты лучший.
И получилось. Клиенты потянулись, деньги появились, жить стало приятно и легко..
— Купим дом за городом, — мечтал Макс за ужином. — И тебе новую шубу.
— Мне главное, чтобы ты был рядом, — улыбалась Оля.
- Увольняйся с работы, занимайся детьми.
- Ой, нет, останусь, но не буду подработки брать, у нас всего хватает.
Она правда была счастлива.
А потом что-то изменилось, Оля заметила не сразу. Просто однажды смотрела счет на карте, а там сто рублей и чек из супермаркета.
— Макс, ты деньги не кинул на еду.
— Нормально всё, — буркнул он, не отрываясь от телефона.
— Я про деньги говорю, продукты надо купить, есть нечего.
— Бизнес — это качели, я немного просел.
- Так и скинь немного, у меня зарплата через неделю.
Макс скинул в два раза меньше. Оля ужала расходы, взяла подработку. Она ждала, когда у Макса все наладится, но денег становилось все меньше. Макс закупал новые дорогие инструменты для гаража и называл это «инвестициями».
— Максим, детям нужна одежда, они из старой выросли.
— Вот шиномонтаж встанет опять на ноги.
- Так детей сейчас надо одевать и кормить, они не могут ждать.
Макс сделал вид, что проблемы нет, промолчал.
Тогда Оля взяла всё в свои руки, вышла на три работы. С утра работала в бухгалтерии. Днем в обед уборка офиса, вечерами — отчеты для чужих предприятий.
Оля пахала как лошадь, Макс где-то пропадал, говорил, что на работе, деньги вообще перестал давать.
— Может, ты пойдешь работать «на дядю»? — однажды спросила Оля. — Хотя бы временно. Пока бизнес не раскачается.
— Ты не веришь в меня, — нахмурился Макс.
— Я верю в то, что дети хотят есть.
Он схватил ключи, выскочил из дома, но через пару часов вернулся.
Прошло полгода, Оля выдохлась: три работы, дети, дом, а Макс по-прежнему денег не давал.
Однажды вечером она не выдержала.
— Максим, давай поговорим.
— О чем? — он листал ленту, не поднимая головы.
— Закрывай свой шиномонтаж.
— Чего?
— Чего слышал. Дело не приносит денег, мы живем за мой счет. Закрывай бизнес и устраивайся работать «на дядю»..
— Ты предлагаешь мне закрыть свое дело?
— Я предлагаю тебе начать помогать в содержании семьи, твоих детей, кстати. Да и ты же любишь покушать. За чей счет, думаешь? Продукты в холодильнике сам появляются? А покушать ты любишь вкусненькое. Вчера вон, ворчал, что курица тебе надоела, хочешь говядины. Готова приготовить, только денег дай.
Макс соскочил, весь красный.
— Ты вообще понимаешь, кто я? Я бизнесмен! А ты хочешь, чтобы я в наём пошел? Кому-то кланялся?
— Я хочу, чтобы мы жили нормально. Я же работаю, и мы на это живем.
—Ты просто не веришь в меня!
— Верю. В твою способность есть за мой счет верю, в остальное уже нет.
Макс молча пошел в спальню, открыл шкаф, начал кидать вещи в сумку.
— Ты куда? — испуганно спросила Оля.
— К маме. Она хотя бы не такая меркантильная, как ты, всё только о деньгах.
— Макс, не дури…
— Поздно, Оля, сама напросилась.
Макс ушел, а Ольга осталась одна в пустой прихожей, постояла минуту, другую, а потом зарыдала. Она плакала долго. Часы показывали полночь, а она все не могла остановиться.
Дети пытались успокоить, хмурились, носили воду, говорили:
- Мама, все будет хорошо.
Наутро зашла соседка, тетя Люда. Увидела заплаканную Олю, села напротив и рубанула:
— Хватит рыдать.
— Тетя Людаааа, я не могууууу…
— Можешь. А ну, слушай сюда.
Оля подняла голову.
— Не у родителей он, Оля, давно уже это у него.
— Как это?
— А так. У него другая, встречаются они уже давненько. Я сама видела их в ресторане, он ей цветы дарит. На рестораны и подарки деньги есть, а на родных детей нет.
Оля замерла, слезы высохли мгновенно, как будто кто-то повернул кран.
— Ты уверена?
— Глазами своими видела, и не раз.
Из комнаты вышла дочь.
— Мама, тетя Люда правду говорит.
— Откуда ты знаешь?
— Мы все знаем.
— И молчали?
— Жалели, не хотели говорить. Думали перебесится, и все у вас будет хорошо.
Оля посмотрела на себя в зеркало в прихожей.
— Ну что ж, значит, все знают, кроме меня.
Ольга умылась, выпила чаю, согнала красноту с лица, а потом стала собираться.
— Мама, ты куда? — испуганно спросила дочь.
— К свекрови, поговорить.
Дверь открыла свекровь, Татьяна Петровна: поджатые губы, недовольное лицо, глаза в пол.
— Оля, ты чего?
— Поговорить надо, Татьяна Петровна.
— Проходи.
Свекровь посторонилась.
— Чай будешь? — спросила Татьяна Петровна дрогнувшим голосом.
— Буду.
Сели друг напротив друга.
— Татьяна Петровна, где Макс?
— У себя, наверное, на работе.
— Может, хватит меня обманывать.
Свекровь опустила глаза в кружку.
— Я не знаю, Оля, он редко заезжает.
Оля кивнула, достала телефон.
— Что ты делаешь? — испуганно спросила свекровь.
— Звоню мужу.
— Может, не надо?
— Надо.
Оля набрала номер. Гудок. Второй. Третий.
— Алло, — рявкнул Макс в трубку. — Чего тебе?
— Максим, привет, ты где?
— У мамы ужинаю. Не отвлекай меня, я занят.
Оля посмотрела на Татьяну Петровну, та сидела белая как мел.
— Интересно, а я сейчас сижу на кухне у твоей мамы, пьем чай. А тебя, Максим, здесь нет.
В трубке повисла тишина, потом раздался мат.
— Ты... ты что устроила? К маме приехала? С ума сошла?
— Это ты сошел. Я у тебя спросила: где ты?
— Не твое дело!
— Мое, пока мы не развелись.
— Ах ты... — он захлебнулся злостью. — Значит, так, да? Мамочку мою втягиваешь?
— Я не втягиваю, пришла в гости к бабушке моих детей.
— Она тебе никто!
Татьяна Петровна не выдержала, вырвала трубку.
— Максим, ты что творишь?
— Мама, не лезь...
— Я мать или нет? Говори, где ты?!
Короткие гудки, он сбросил.
Татьяна Петровна положила телефон на стол, руки тряслись.
— Прости меня, Оля. Думала, одумается, с той он несерьезно встречался.
— Всерьез или нет, мне уже все равно, — сказала Оля спокойно. — Я знаю главное: деньги у него на дамочек есть, а на детей — нет.
— Оленька...
— Не надо. Спасибо, Татьяна Петровна. За чай спасибо.
— Ты куда теперь?
— К юристу. Подавать на развод., консультироваться по имуществу. У нас же квартира в долевой собственности, четверть на Максе, четверть на вас, по четверти на детях. Но есть же и автосервис его.
- Я перепишу свою долю на внуков.
- Спасибо большое.
продолжение прямо сейчас