Считается, что методы самурайского искусства меча были привнесены в современное каратэ легендарным Мацумура Соконом (1809–1899 гг.), стоявшим у истоков систематизированной системы окинавского тодэ, волею исторических пертурбаций ставшего через несколько десятилетий «пустой рукой».
Сам мастер владел школой Дзигэн-рю, имея даже официальный сертификат признания (Мэнкё-кайдэн), найденный одним из исследователей истории окинавского боевого искусства. Так что в правдивости этой легенды сомневаться не приходится.
Считается, что именно благодаря влиянию кэндзюцу, в направление Сюритэ, патриархом которого считается мастер Мацумура, были привнесены повышенное внимание к скорости и слаженности движения, стремительное сокращение дистанции (предпочтение оставаться на средней и даже дальней дистанции перед непосредственным контактом с противником), ставка на «иккэн хиссацу» - молниеносный разрушительный удар.
Сегодняшние наследники Сюритэ (главным образом, школы Сёрин-рю и Сётокан) до сих пор демонстрируют все эти признаки в своей стратегии и тактике поединка, а также в методике подготовки. Тренировка с мечом в рамках тренировочного процесса помогает «вернуться к истокам» и осмыслить многие важные нюансы, которые могут ускользать от внимания практикующих безоружный бой.
Во-первых, важно соблюдать координацию: «двинулось одно – двинулось и всё остальное». Таким образом задействуется весь силовой потенциал тела, когда удар мечом (рукой, ногой) есть удар всем телом (или, как ещё говорят мастера, «идущим из центра»). Это значительно увеличивает силу удара, что, разумеется, гораздо важнее для «пустых рук», чем для оружия, так как недостаток силы в последнем можно переложить на остроту (тяжесть) меча (боккена), что не получится, если вы безоружны. Поэтому тренировка с мечом для каратиста – это больше про координацию, чем про технику владения мечом.
Отдельным важным аспектом координации тела и движения меча является освоение грамотного ухода с линии атаки. На беглый взгляд может показаться, что, как в каратэ направления Сюри, так и в кэндзюцу, все действия прямолинейны и выполняются «в лоб», но на самом деле без ухода с линии атаки противника здесь не обойтись, если не хочется принять участие в т.н. «взаимном убийстве» - когда противники поражают друг друга одновременными ударами, находясь на общей линии атаки. Для умелой контратаки с уходом в сторону требования к координации тела куда выше, чем просто для мощной и скоростной атаки.
Ещё одним моментом, связанным со слаженностью движений тела и меча, является то, что координация становится источником скорости. Причём происходит это парадоксальным образом вполне в даосском духе – т.е. как бы само собой, через нечто обратное и противоположное скорости – медленное слаживание. Хорошо освоенная координация в итоге приводит к значительному росту скорости движения в целом.
Работа с мечом требует умение работать на бо́льшей дистанции поражения, что очевидно. Умение скоординировано двигаться в этом диапазоне, сохраняя центр, единство тела, укоренение, силу и скорость приводит к логичному расширению «рабочего диапазона» для безоружного боя. Поэтому бо́льшая рабочая дистанция для последователей мастера Мацумуры - это не то, чтобы цель, а, скорее, следствие изменений в теле и сознании.
Осуществление принципа «одним ударом наповал» в рамках каратэ – задача не их простых: здесь нет острого и крайне опасного оружия в руках. Его заменой должны стать слаженное тело, скорость, сила, точность.
Последнее является одним из связующих мостиков между каратэ и кэндзюцу – успешность разящего удара сильно зависит от того, насколько исполнитель владеет мечом или, точнее, своим телом и сознанием (т.е. способен контролировать тело и его движения): тот, кто пытался хоть раз срубить молодое деревце с помощью катана или тачи, подтвердит, что одного лишь качества меча, силы и скорости в этом деле точно недостаточно.
Влияние японского искусства меча на школу окинавского каратэ описанными выше моментами не ограничивается: надо понимать, что точно так же, как и другой источник тодэ - китайское ушу, самурайское кэндзюцу – это не только техника, тактика и стратегия поединка, но и система своеобразной внутренней трансформации, где «технические» аспекты имеют и другие, более глубокие уровни понимания, доступные лишь тем, кто готов. К примеру, «координация» здесь уже будет касаться связей тела и оружия с движением сознания, «сила» обретёт специфическое «внутреннее» содержание, а идея «одним ударом наповал» будет больше про внутреннюю непоколебимость и самоотдачу.
Таким образом, тренировка с мечом для практиков каратэ – это не просто расширение возможностей самообороны, а целый пласт опыта в углублённом погружении в принципы и философию «искусств Пути».