Глава ГК «РусИранЭкспо» ожидает двукратного роста грузооборота на Каспии и переориентации до 10 млн тонн иранского зернового импорта на российский маршрут.
Резкий разворот иранского импорта в сторону России, удорожание южных морских маршрутов и фактическое «перезагрузочное» возвращение пшеницы в каспийские порты уже в этом году способны кратно увеличить грузооборот на Каспии и открыть для российских экспортеров до 10 млн тонн дополнительных поставок зерна. Об этом в преддверии VI отраслевой конференции «ЗерноЛогистика: логистика экспорта зерновых и масличных», которая пройдёт 23–24 апреля 2026 года в Новороссийске, заявил генеральный директор ООО «Нефтехимтранс», глава ГК «РусИранЭкспо» Александр Шаров в комментарии сетевому изданию Caspian.Land.
«Мы работаем в этом регионе — на Каспийском море и по обеим веткам международного транспортного коридора «Север — Юг», западной и восточной, — уже больше 15 лет, у нас реальная практика работы на этом направлении. Если говорить в целом, по многим грузам ситуация для нас даже улучшилась.
Сейчас идёт вал новых заявок на металлопродукцию, химию, полимеры — причём не только из России в Иран, но и от иранских контрагентов. Для нас это означает, что товарооборот в этом году резко вырастет по сравнению с прошлым.
Раньше иранские компании много покупали через Турцию, ОАЭ, Китай, в том числе российские товары, а теперь из‑за удорожания логистики через Ормузский пролив и по южным сухопутным маршрутам они перестраивают закупочную политику в пользу прямых поставок из России по Каспийскому морю. Речь, в частности, идёт о стальном прокате для производства автомобильных фургонов, который исторически закупали в Китае или Индии, но теперь его выгоднее вести из России по Каспию. В этом ракурсе всё достаточно понятно, и именно на фоне этих изменений имеет смысл отдельно поговорить о рынке зерновых», - рассказал Шаров.
Эксперт также оценил, что сейчас происходит на рынке зерновых культур в связи с ситуацией в Иране.
«По зерновым картина следующая. Ежегодно Иран импортировал около 8–10 млн тонн кукурузы, и только порядка 2 млн тонн шло по Каспию, а основной объём поступал через Чёрное море — из Украины и других стран: Канады, Австралии, Аргентины и так далее. В этом году, как мы прекрасно понимаем, из‑за резкого удорожания перевозок через Азово‑Черноморский бассейн будет меняться конфигурация потоков: эти объёмы, если не полностью, то в очень значительной части, будут переориентированы на Каспийское море.
Почему не по суше? Потому что у Казахстана действуют по сути запретительные тарифы на транзитные перевозки зерновых по железной дороге. Теоретически это можно было бы исправить, если бы Министерство транспорта России заняло более активную позицию и вышло с компромиссными предложениями к Минтрансу Казахстана. Тем более что зерно из самого Казахстана беспрепятственно и по низким тарифам идёт в европейские страны, включая Балтику, и логично было бы поставить вопрос «тонна на тонну» и договариваться. Но пока, к сожалению, у российского Минтранса в этом отношении не хватает жёсткости, поэтому основной поток неизбежно придёт на Каспий», - добавил Шаров.
«Эту тенденцию уже подтверждает практика. В марте в Махачкале было отгружено около 60 тыс. тонн зерновых, а в портах Астрахани и Оля — более 250 тысяч тонн, что для марта является рекордом за последние как минимум 5–7 лет. И речь уже не только о кукурузе: на Каспий пошли соевые бобы, в том числе российского происхождения, соевый шрот, а теперь ещё и пшеница. Экспортной пшеницы каспийские порты не видели больше восьми лет — весь поток уходил на Чёрное море, в Новороссийск. Только в прошлом году из Новороссийска в Иран «окружным» путём через Босфор, Суэц и Ормуз в порт Бендер‑Имам ушло более 2 млн тонн российской пшеницы третьего класса, обычной, той, что растёт в Поволжье. Дальше её с юга Ирана автомобильным транспортом везли на север, к местным мелькомбинатам; кто‑то даже шутил, что это делается «чтобы поближе к Поволжью». Сейчас эти объёмы с высокой вероятностью будут перераспределены на Каспийское море, и к ним добавятся новые партии.
Порт Бендер‑Имам, где мы были вместе с компанией «Эко», ежегодно принимает по импорту около 20 млн тонн зерновых — кукурузу, пшеницу, соевые бобы и другие культуры».
«Если не весь этот объём, то хотя бы половина в перспективе может пойти через Каспий, плюс есть ещё такие иранские порты, как Бушер и Бендер‑Аббас. В совокупности это означает резкий рост грузооборота на Каспии уже в текущем году; я не исключаю, что он вырастет даже вдвое», - подчеркнул специалист.
Отдельно Александр Шаров напомнил, что какие главные сложности возникают в работе с Ираном сегодня и что еще предстоит решить.