У Александра был рост 191 сантиметр, вес под 130 килограммов чистой, рабочей массы, и при этом он делал в тяжёлом весе вещи, которые раньше считались уделом только лёгких борцов. Его коронный «обратный пояс» — это не просто приём. Это демонстрация силы, которую до него в супертяжёлой категории никто не показывал на таком уровне.
Представьте: соперник лежит плашмя на ковре, чтобы не дать себя бросить. Обычный ход в греко-римской борьбе. Карелин подходит, подхватывает его под туловище своими длиннющими руками (размах — больше двух метров), отрывает от ковра и… перебрасывает через себя, как мешок. Соперник весит те же 120–130 кг, вместе с Карелиным это больше четверти тонны живого веса, который ещё и сопротивляется изо всех сил. А он поднимает, разворачивает и кладёт на лопатки. За один такой бросок — сразу пять баллов. В 1988-м в финале Олимпиады в Сеуле именно так он выиграл у болгарина Рангела Геровски. И потом повторял это снова и снова — на чемпионатах мира, Европы, в десятках поединков. Специалисты до сих пор говорят: в тяжёлом весе этот приём выполнял только Карелин. Остальные просто физически не могли.
А ведь это не врождённый дар в чистом виде. Да, Саша с детства был большим — родился 5,5 кг, в 13 лет уже 178 см и 78 кг. Но настоящая сила пришла из тренировок, от которых у нормального человека волосы бы встали дыбом. Он бегал по тайге с бревном на плечах, греб часами, работал с гирями по 32 кг как с игрушками. Чистый жим 190 кг, жим лёжа за 200 — это были его рабочие веса. Делал по десять повторений в тяге Зёрхера со 200 кг. А ещё легендарная история с холодильником: в девятиэтажке, где он жил, Карелин однажды обхватил старый советский холодильник и понёс его вверх по лестнице на восьмой этаж. Без ремней, просто медвежьим хватом. Сам потом шутил, что самый сложный соперник в жизни у него был именно этот холодильник.
В 1991-м он без всякой специальной подготовки вышел на соревнования по силовому экстриму European Hercules и занял восьмое место. Для борца, который никогда не готовился к «Геркулесу», это уже говорит о многом.
Подтягивался он по 42–45 раз. При всём своём весе оставался настолько взрывным и гибким, что делал сальто назад и шпагат. Тренеры говорили: пока другие борцы выполняли упражнения «из-под палки», Карелин всегда шёл сверх нормы.
И всё это — не ради рекордов в зале. Сила нужна была для борьбы. В 1996-м на Олимпиаде в Атланте он вышел на финал с порванной грудной мышцей — и всё равно выиграл. В 1993-м, сломав два ребра, трижды бросил шведа Томассона. Соперники иногда просто отказывались выходить против него. За шесть лет он не пропустил ни одного балла в официальных схватках. 887 побед при двух поражениях.
Карелин сам говорил: «Самый главный допинг — тренироваться как сумасшедший. По-настоящему как сумасшедший». Без красивых слов и оправданий. Он не искал лёгких путей ни на ковре, ни в зале. Именно поэтому его «обратный пояс» до сих пор смотрится как что-то из фантастики, а сам Карелин остался эталоном — не просто сильным, а умным и безжалостно эффективным в своей силе.