Татьяна на мгновение почувствовала, как кровь отхлынула от сердца и застучала в висках. Она покачала головой и с сарказмом заметила:
- Да что ты говоришь? Как видишь, я ещё не умерла и должна огорчить - даже не собираюсь. Бабушкина квартира для меня не просто недвижимость. Это память о детстве, о тёплых вечерах с бабушкой, о её уроках жизни и мудрости. Заметь, я говорю о бабушке, с которой связано всё самое доброе и светлое, потому что матери в моей жизни никогда не было. От неё помню только оскорбления, побои и затрещины. С чего ты вдруг решила, что имеешь право называть себя матерью? Как тебе могло на ум прийти, что я отдам бабушкину квартиру? Если уж так случится, то лучше я её пожертвую в какой-нибудь благотворительный фонд помощи онкологическим больным...
На удивление, Наталья даже не собиралась обижаться, а продолжила в разговоре гнуть свою линию.
- Дочка, выслушай меня и постарайся понять, о чём говорю, - повторила она сказанную ранее фразу с той же ровной интонацией. - Деньги из фондов всё равно разворуют. По телевизору то и дело показывают, кто и сколько украл. Так не лучше ли помочь родному человеку?
В какой момент в комнату вошла Марина, которая приехала помогать Татьяне и открыла дверь своим ключом, участницы беседы не заметили. Зато мачеха моментально оценила ситуацию и поняла, кто перед ней стоит и что этому человеку сиюминутно причитается.
- Это что, опять ты? Опять вымогательством занимаешься? - с негодованием воскликнула она. - Таня, зачем ты это чудовище в дом пустила?
- Чего это ты в чужой квартире раскомандовалась? Или тоже собралась сюда шаловливые ручонки запустить? Не получится, дорогая... В лучшем случае твой муженёк получит пятьдесят процентов... - воинственно скрестив руки на груди, ответила Наталья.
- Как можно называть себя матерью и при этом заживо хоронить своего ребёнка? Тебе Бог даровал прекрасную дочь, а вместо того чтобы дать родному дитю поддержку, ты пытаешься урвать кусок пожирнее? Сама отсюда свалишь, или тебя лучше с лестницы спустить?
Лицо Марины побагровело от неподдельной злости. Его исказила жуткая гримаса. Горящие глаза, поджатые губы, раздутые ноздри не предвещали ничего хорошего для противника. В памяти Марины тотчас всплыли фрагменты борьбы за жизнь сына, что усиливало эффект. Откуда у спокойной с виду женщины взялись силы противостоять боевитой Наталье, можно было только догадываться, но вдруг та сама отступила, подхватила в прихожей пальто и выскочила за дверь.
На какое-то мгновение зависла тишина. Стало слышно, как во дворе кричали коты, озабоченные наступлением весны, и хлопнула подъездная дверь.
- Марина, я вас такой никогда ещё не видела, - с удивлением тихо произнесла Татьяна. - Учитывая, что мамаша далеко не робкого десятка, то этот бой вы выиграли безоговорочно...
- Если честно, то я и сама себя такой ещё не видела, - засмеялась мачеха, увидев своё негодующее и взъерошенное отражение в зеркале. - И кстати, в запасе осталось много невысказанного на случай, если она надумает вернуться...
Потом Марина посмотрела на тёмные круги под глазами Танюши, и в следующий момент её накрыла волна жалости и нереализованного материнского чувства. Она подошла к Тане, обняла её и негромко произнесла:
- Девочка моя, не пойму, за какие прегрешения тебе такая мать досталась? Почему жизнь порой так несправедлива?
Наконец-то до Татьяны дошёл истинный смысл слов, сказанных мамашей. Она почувствовала, как предательски стали горячими глаза. От обиды ей вдруг захотелось заплакать. Причём, заплакать во весь голос, размазывая слёзы по щекам, широко раскрывая рот, а потом громко-громко закричать, затопать ногами, а ещё лучше - броситься на пол, заорать или разбить что-нибудь. Но ничего такого Танюша не сделала, а лишь судорожно перевела дыхание, сжав зубы с такой силой, что от напряжения свело скулы...
- Наверное, чтобы сделать сильнее... Теперь мне ещё больше хочется победить болезнь... Может, пойдём немного погуляем? - неожиданно предложила Таня. - На улице весна разгулялась, а дома сижу...
- Это правильно! Ходить на свежем воздухе полезно, аппетит опять же нагуляешь...
Никогда прежде Татьяна так не радовалась весне. Звонкая капель стучала по карнизам, выбивая ритм мартовской мелодии. Ветер по-хозяйски трепал сухие голые ветви, которые, постукивая, добавляли в эту музыку что-то своё особенное и вдохновляющее.
- Ноги стали как неродные. Есть ощущение, что иду под песню "Летящей походкой я вышла из мая", - посетовала Таня.
- Нужно больше гулять. На днях встретила старую знакомую, она тоже перенесла онкологию и уже шесть лет находится в ремиссии. Она посоветовала чаще находиться на свежем воздухе, есть больше свежих овощей и фруктов. Но главное, важен позитивный настрой и вера в победу, и тогда эта болячка излечима...
То ли солнце помогло, то ли свежий воздух, но в голове у Татьяны появились светлые мысли.
- Соглашусь. Нужно постепенно возвращаться в жизнь. Скоро первый квартал закрывать, а у меня половина документов не обработана.
- Могу помочь! Объяснишь, покажешь... У меня с математикой всегда хорошо было. Вместе быстрее получится. Кстати, к Сергею в офис приходили рекламировать бухгалтерскую программу для компьютера. Отец ничего в этом не понимает, поэтому взял телефон и сказал, что ты сама им позвонишь, - рассказывала последние новости Марина.
- Раскисла я немного, а дел накопилось много... Лучше заниматься работой, чем думать о болезни.
- Мне нравится твой настрой! Отец тоже рад будет, а то он совсем осунулся от переживаний. Он, как и ты, ищет спасение в работе.
Так сама не ведая того, мамаша пробудила в Татьяне ещё большее желание бороться с раком и непременно его победить. Словом, как только ей удалось избавиться от дурных мыслей, она обрела уверенность в своём выздоровлении. На этом трудном пути её вдохновляла поддержка родных и близких. Отчасти Тане помогала их любовь, но в большей мере, конечно, грамотная работа врачей...
***
Весна плавно перешла в лето. Неудача с наследством дочери ненадолго вывела Наталью из равновесия. Хотя она держалась от неё в стороне, но через Жанну Фёдоровну была осведомлена о текущем положении дел. Пополнение личного бюджета из выручки магазина немного улучшало ей настроение. Правда, порой приходилось проявлять максимум изобретательности, чтобы остаться незамеченной. Своровать много за смену не получалось, зато безбедно можно было дожить до получки.
Бороться за достаток ей надоело. Следующим пунктом в далеко идущих планах бывшей зэчки стоял богатый жених. Она недвусмысленно посматривала на симпатичных мужиков, но на ней задерживали взгляд далеко не те, о ком она мечтала. Именно тогда в её жизни появился Али - коммерсант с Кавказа. Он был невысокого роста, плотного телосложения и внешне сначала совсем не понравился Наталье. Зато горячий южный парень не привык сдаваться и решительно взялся за штурм неприступной крепости.
В тот вечер у входа её поджидала тонированная машина "Жигулей" четвёртой модели. Выйдя из магазина, Наталья вскользь с удовольствием посмотрела на своё отражение в витрине и гордо направилась в сторону автобусной остановки. Как только она поравнялась с автомобилем, Алик выскочил перед дамой сердца, как чёрт из табакерки, протягивая ей три бордовых розы.
- Наташа, могу я тебя довезти до дома? - расплылся жених в довольной улыбке, оголив белоснежные зубы.
Ехать на автобусе после напряжённого рабочего дня ей не хотелось, поэтому она мило улыбнулась кавалеру и, решив немного пококетничать, ответила:
- Я с незнакомыми мужчинами в машинах не езжу...
- Вай, вай, вай, дорогая... Давай тогда срочно познакомимся и поедем. Я - Али. Прокачу с ветерком... Обещаю, что будешь довольна...
- И как же мы будем знакомиться? - усмехнулась Наталья.
- А ты садись в машину, я по дороге расскажу, - с молодецким энтузиазмом предложил он.
Заметив за своей спиной заносчивую коллегу, Наталья снисходительно кивнула и уселась на переднее сиденье, решив про себя, что на машине быстрее до дома доберётся.
- Чем ты сегодня занимаешься? - поинтересовался кавалер, вставляя кассету в магнитолу. В туже минуту в салоне зазвучала национальная музыка Востока, в которой пассажирка ничего не понимала.
- С какой целью интересуешься? - спросила она, вытянув вперёд до упора длинные ноги, слегка приоткрыв колени. Это движение не ускользнуло от взгляда Али.
- Хотел предложить выпить настоящего армянского коньяка. Такой ты ещё никогда не пила, - сказал кавалер и, как бы невзначай, положил руку на голую коленку и погладил её. - Слышал, что давно живёшь без мужчины, а я очень горячий и умею любить женщину...
От прикосновения тёплой мужской ладони Наталью словно огнём обдало. Волна желания от коленки расползлась по всему телу, заставив вспомнить о том, как давно её обнимали руки мужчины. Она промолчала в ответ, но и отрицать не стала, лишившись на какое-то время дара речи.
Каждое новое прикосновение Наталья ощущала всем телом, а все мысли сейчас были сосредоточены на нём. Она пыталась расслабиться, но тщетно: одно только лёгкое прикосновение, и по всему телу пробегала новая волна. Ехали практически молча. Наталья делала вид, что слушает музыку, а Али превратился в сплошное внимание, не забывая при этом лихачить на дороге.
Кавалер не стал спрашивать разрешения зайти в гости к новой подруге. Её вздрагивания при каждом прикосновении намного красноречивее давали ответ. А учитывая, что Али уехал из дома пару недель назад, то градус его желания был тоже близок к точке кипения...