Апрельский non/fiction в Гостином дворе — это всегда немного праздник и немного хаос одновременно. Стенды, очереди, стопки книг повсюду и то особое ощущение, когда понимаешь: вот здесь, прямо сейчас, происходит что-то живое. Люди приходят сюда не просто купить книгу — они приходят за разговором, за смыслом, за ощущением, что кто-то думает о тех же вещах, что и ты.
В этот раз на площадке РБК собрались несколько человек, которым явно было что сказать: предприниматель и ректор РАНХиГС Алексей Комиссаров, писатель и основатель лаборатории «Однажды» Дмитрий Соколов-Митрич и главный редактор Alpina PRO Мария Султанова — она же вела разговор. Тема круглого стола звучала просто: «Истории компаний, истории людей: почему мы читаем истории успеха». Но разговор быстро ушёл куда-то глубже — туда, где уже не про компании, а про людей. Про то, зачем вообще рассказывать правду о себе. И про то, почему это так мучительно сложно.
Поводом стал в том числе выход новой книги — «Нервы, деньги, полимеры»: корпоративной истории СИБУРа, крупнейшего в России нефтехимического холдинга. Книгу, судя по всему, с прилавка смели буквально за несколько дней. «Дайте "Нервы", дайте "Нервы"», — рассказывала Султанова о покупателях, и в интонации чувствовалась не только издательская гордость, но и искреннее удивление: корпоративная история про нефтехимию — и вдруг такой ажиотаж.
Смысловой аудит вместо пиара
Дмитрий Соколов-Митрич занимается тем, что помогает большим компаниям рассказывать о себе. Среди его клиентов — «Яндекс», «Газпром нефть», «Росатом». К «Нервам, деньгам, полимерам» он тоже руку приложил — вместе с авторами книги, журналистами Александром Ивантером и Николаем Гурьяновым, вытаскивал из СИБУРа настоящую историю, а не глянцевую открытку.
На дискуссии он произнёс фразу, которая потом долго не отпускала: «Мы занимаемся не пиаром — мы занимаемся смысловым аудитом». Есть финансовый аудит, есть бухгалтерский. А тут приходят люди, выслушивают всех — от топ-менеджеров до рабочих, — объезжают объекты, пропускают всё через себя и выдают историю. Не ту, что написана в корпоративной миссии на сайте. А ту, что живёт внутри.
И вот тут начинается самое интересное. Компании, которые доходят до такого запроса, как правило, сами не знают, что обнаружат. И часто это оказывается настоящим открытием — о себе.
«Не нужно бронзы»
На встрече также зашёл разговор о том, почему корпоративные книги так часто получаются мёртвыми. Ответ, в общем, очевидный: потому что компании хотят «зефирную историю». Без острых углов, без живых людей с их сомнениями и ошибками.
Соколов-Митрич рассказал, что с такими клиентами просто не работает. «Если видим на старте, что нужна зефирная история — вежливо прощаемся». А самая частая претензия от тех, с кем всё-таки работают, звучит неожиданно: «Не нужно бронзы». Умные люди понимают: читать про супергероев неинтересно. Хуже того — это демотивирует. Когда герой безупречен, читатель думает: «Это точно не про меня». А когда видит живого человека — с ошибками, страхами, моментами, когда всё шло не так, — что-то начинает резонировать.
Но говорить правду о себе — даже когда очень хочется — мучительно сложно. Султанова призналась, что издательство год собирало книгу о провалах предпринимателей: из шестидесяти интервью половину авторы в итоге отозвали. Люди раскрывались — а потом пугались собственной откровенности и говорили «нет». Признать ошибку, показать момент слабости, сказать вслух «мы не знаем, куда идём» — это требует особого мужества. И именно поэтому книги, в которых это всё-таки есть, так сильно цепляют.
Это, кстати, хорошо объясняет феномен книги Алексея Комиссарова «Разрушая барьеры», о которой тоже много говорили на встрече. Комиссаров признался, что десять раз хотел бросить работу над ней — думал, что «ничего нового этому миру не принесёт». А потом рассказал, какие письма получает от читателей: люди пишут, что в сорок лет решились научиться играть на скрипке, пробежали первый марафон, наконец попробовали то, о чём давно мечтали. Книга сработала не как инструкция, а как разрешение — разрешение попробовать.
История успеха или предпринимательская история?
Один из самых важных разворотов в разговоре случился, когда Соколов-Митрич сказал, что не любит само словосочетание «история успеха» — и предпочитает говорить «предпринимательская история».
Потому что успех никогда не бывает окончательным. Потому что он не всегда совпадает с личным счастьем. Потому что за каждым красивым результатом — годы, в которые было страшно, непонятно и очень хотелось всё бросить.
Алексей Комиссаров рассказал историю, которую трудно ожидать от человека его статуса: в девяностые у него украли все деньги — чужие, занятые под огромные проценты. Казалось, жизнь закончилась. Сейчас он благодарен тем людям: именно та ситуация всё изменила.
Вот за этим, кажется, мы и читаем чужие истории. Не чтобы скопировать чужой путь. А чтобы понять: у других тоже было страшно — и ничего, справились. Значит, и я смогу.
Оптимизм как ресурс
Соколов-Митрич завершил разговор мыслью, которая звучит как вызов. Он вспомнил американского инвестора Эстер Дайсон, которая когда-то сказала ему: «Главный ресурс любой экономики — достаточное количество оптимистов». И добавил: у нас была великая литература, великая культура — но культуры оптимизма не было. Своей миссией он считает выстраивать эту культуру в стране, где традиционно сильнее культура выживания.
Можно с этим поспорить: в русской литературе оптимизма, пожалуй, куда больше, чем принято думать — просто он другой, не американский, не про «всё получится». Он про «попробую, даже если страшно». Но в том, что такие книги, как «Нервы, деньги, полимеры», нужны, сомневаться не приходится.
Потому что они делают простую, но важную вещь: показывают, что большое строится людьми. Живыми, сомневающимися, иногда ошибающимися. И что вопрос «куда мы идём?» — это не признак слабости. Это признак того, что ты ещё в пути.
С вами была Гузель Зиятдинович. Ставьте лайки и подписывайтесь на канал «Короче, о книгах».