Слова Николая упали на кухонный линолеум тяжело и глухо, как тот самый пакет с выпотрошенной рыбой. В них не было злости. В них была абсолютная, железобетонная уверенность хозяина положения, который знает, что жертва загнана в угол и трепыхаться бессмысленно... Начало истории Надежда Петровна смотрела на мужа, с которым делила постель, радости, горести и последние тридцать лет жизни, и не узнавала его. Точнее, она вдруг поняла, что никогда его и не знала. За уютным фасадом мягкотелого добряка, «сглаживающего углы», скрывался виртуозный кукловод. Если бы это случилось еще вчера, Надежда бы сорвалась. Она бы закричала, забилась в истерике, начала бы швырять тарелки, схватилась бы за сердце, требуя скорую. Она бы сделала ровно то, чего он от нее ждал. Она бы блестяще отыграла роль «сумасшедшей старухи», еще раз подтвердив Рите правоту отца. Но сейчас, глядя в холодные, насмешливые глаза Николая, Надежда Петровна почувствовала, как внутри нее что-то щелкнуло. Словно перегорел предохраните
Публикация доступна с подпиской
Клуб ПРЕМИУМ Читателей