Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Елена Холодова

Мы счастливее, чем думаем порой

9 мая - ещё один значимый день. Это - день рождения нашего голландского друга Хенка. Доброго, улыбчивого, интеллигентного Хенка, с его аккуратной седой бородкой похожего на Санта-Клауса. Далеко позади те благие времена, когда каждый год они приезжали к нам, а мы ездили к ним. Они к нам ранней весной, а мы осенью.. А потом то ковид, то - все знают, что... Когда бы мы ни встречались, всегда внутренне поражались трепетному отношению голландца к своей Анне. У них нет детей. Есть дом. Так называемый таунхаус в маленьком голландском городке. Маленький садик, полный цветов. Два кота. И они - друг у друга.. А теперь - нет. Рано-рано утром я написала ему письмо с поздравлениями. Обычно он отвечает не сразу. а тут пискнул телефон тут же. "Спасибо, Хелена, за поздравления. Я сегодня еду к Анне. Она уже полторы недели в доме престарелых. Больше ей нельзя было находиться дома. Опасно для неё и для.." Дальше он что-то зачеркнул, но забыл удалить. Там, наверное, было - "и для меня." Он мягко расск

9 мая - ещё один значимый день. Это - день рождения нашего голландского друга Хенка. Доброго, улыбчивого, интеллигентного Хенка, с его аккуратной седой бородкой похожего на Санта-Клауса.

Далеко позади те благие времена, когда каждый год они приезжали к нам, а мы ездили к ним. Они к нам ранней весной, а мы осенью..

А потом то ковид, то - все знают, что...

Когда бы мы ни встречались, всегда внутренне поражались трепетному отношению голландца к своей Анне.

-2

У них нет детей. Есть дом. Так называемый таунхаус в маленьком голландском городке. Маленький садик, полный цветов. Два кота. И они - друг у друга..

А теперь - нет.

Рано-рано утром я написала ему письмо с поздравлениями. Обычно он отвечает не сразу. а тут пискнул телефон тут же.

"Спасибо, Хелена, за поздравления. Я сегодня еду к Анне. Она уже полторы недели в доме престарелых. Больше ей нельзя было находиться дома. Опасно для неё и для.." Дальше он что-то зачеркнул, но забыл удалить. Там, наверное, было - "и для меня."

Он мягко рассказывал и раньше, что "знаешь, Хелена, память у Анны всё хуже."

Мы это видели, когда гостили у наших общих друзей. И поминутно спрашивала Анна у хозяев, как зовут их собаку. "Фостер". А через пару минут опять - как, говорите, зовут его?

"Знаешь, Хелена, она совсем не злая, спокойная. И очень радуется, когда я её навещаю. Сегодня тоже поеду с её братом и сестрой. И они мне устроят обед по случаю дня рождения."

***

Досадуя на своих близких порой, надо проникаться подобными примерами.

Двое очень пожилых, любящих людей думали, что будут доживать под своей крышей. Заваривать друг другу чай. Вечерами сидеть в своём садике и любоваться цветами. Выбираться к морю. Оно у них совсем недалеко. Но одному из них уже нельзя быть дома, по законам их страны и ещё по бесстрастному закону человеческого бытия. И живёт он уже в другом доме, чужом и неродном. А другой коротает безрадостные дни. В одиночестве.

Мы говорили об этом с подругой Бетти. "Знаешь, Хелена, из всех наших друзей меньше всех заслужил старина Хенк такую участь. С его добротой и великодушием.."

Думаем иногда - вот этого не хватает нам, того хотелось бы и вообще - не приставай с расспросами и не чихай оглушительно громко...Это - я. А мне - почему вещи не в шкафу, а на стуле грудой лежат?

Чихай. А я буду всё так же вещи на стул вешать...

Только не разлучай нас, Боже, ещё много лет...