Когда я выставила на аренду свою уютную «однушку» в спальном районе, я была полна надежд. Квартиру я делала для себя: нежные пастельные обои, светлый ламинат, винтажное зеркало в полный рост и дорогие шторы блэкаут, которые я заказывала в ателье. В общем, не квартира, а «зефирка».
Претендентка нашлась быстро. Алина, студентка третьего курса, тихая, вежливая, с аккуратным каре и в больших очках.
— Ой, как у вас уютно! — восхищалась она. — Мне как раз нужно такое спокойное место, чтобы готовиться к сессии. Я человек нешумный, домашних животных нет, вечеринки не люблю.
Я выдохнула с облегчением. «Идеальный арендатор!» — подумала я, подписывая договор. Мы договорились, что я буду заезжать раз в месяц за квитанциями, предварительно предупредив.
Первый месяц прошел спокойно. Алина исправно скидывала деньги на карту. Но на второй месяц я случайно оказалась в её районе — нужно было забрать посылку из ПВЗ в соседнем доме. Решила: «Дай-ка заскочу, отдам ей запасной ключ от тамбура, который она просила, заодно и познакомлюсь поближе».
Звоню Алине — недоступна. «Наверное, в университете», — подумала я. Но когда я подошла к своей двери, то услышала странный гул. Не музыку, не крики, а какой-то технический шум и яркий, почти ослепляющий свет, пробивающийся через щели дверного проема.
Я открыла дверь своим ключом (каюсь, не предупредила, но интуиция кричала: «Заходи!»). То, что я увидела, заставило меня застыть на пороге.
Моя уютная спальня превратилась в съемочный павильон. В центре комнаты стояли два огромных софтбокса (профессиональные лампы), три штатива с телефонами и камерами. А на моей кровати, на моем итальянском покрывале, лежали горы какого-то странного реквизита: перья, латексные костюмы, маски и куча косметики.
Но самое страшное было в углу. Мои нежные пастельные обои, которые я так бережно выбирала, были заклеены кусками черного скотча, на которых держался тяжелый неоновый баннер.
— Алина?! — крикнула я, перекрывая гул вентиляторов.
Из ванной вышла Алина. Но не та «серая мышка» в очках, а яркая дива с боевым раскрасом, в кожаном корсете и на шпильках, которые уже успели оставить на моем светлом ламинате глубокие царапины.
— Ой, Наталья Сергеевна... А вы почему без звонка? — Алина даже не смутилась. Она поправила парик и вальяжно облокотилась на штатив.
— Что здесь происходит? Ты сказала, что будешь учиться! Где учебники? Почему в спальне прожекторы? И что это за дырки в стенах под этот баннер?!
Алина вздохнула и закатила глаза, как будто я была неразумным ребенком.
— Наталья Сергеевна, ну вы же современный человек. Я — инфлюенсер. Я создаю платный контент для своих подписчиков. Ваша квартира просто идеально подошла по эстетике — светлая, минималистичная. Я тут студию оборудовала. Это мой бизнес.
— Бизнес?! В жилом помещении? Без моего согласия? Ты испортила обои, ты поцарапала пол этими каблуками!
— Да ладно вам, — фыркнула Алина. — Я же плачу вовремя. Даже на две тысячи больше кидаю за «амортизацию». Обои переклею, когда съезжать буду. Или не переклею — черная стена сейчас в тренде. Вы чего нервничаете? Соседи не жалуются, музыку я не включаю, я просто... работаю лицом.
— Ты работаешь не только лицом, Алина. Ты превратила мою квартиру в коммерческий объект специфического назначения! В договоре четко сказано: «для проживания». Тут не сказано: «для съемок видео категории 18+».
Алина сразу сменила тон. Из вежливой студентки она превратилась в настоящую акулу.
— Слушайте, хозяйка. Я заплатила за месяц вперед. Вы не имеете права меня выселить без уведомления за 30 дней. А штативы — это мои личные вещи. Хочу — ставлю, хочу — не ставлю. И вообще, вы нарушили моё личное пространство, ворвавшись без звонка. Я могу на вас в суд подать за незаконное проникновение!
Я стояла и обтекала. Моя «зефирка» была осквернена неоном и скотчем, а наглая девица в корсете еще и угрожала мне судом в моем же доме.
— У тебя есть час, Алина, — тихо сказала я. — Час, чтобы собрать свои лампы и маски. Если через 60 минут ты и твои штативы не исчезнете, я вызываю полицию. И поверь, мне будет плевать на уведомление в 30 дней, когда я покажу им, какой «бизнес» ты тут развела без кассового аппарата и регистрации ИП.
Алина начала орать, звонить кому-то, угрожать «связями в медиа». Но когда я начала демонстративно снимать на видео её «студию» и дырки в стенах, она быстро начала паковать чемоданы.
Вечером я зашла в пустую квартиру. На полу — царапины, на стенах — пятна от скотча, в воздухе — запах дешевых духов и лака для волос. Я поняла одну вещь: «тихие студентки» иногда оказываются куда более шумными и опасными, чем развеселые компании. Теперь в моем договоре аренды есть отдельный пункт: «Запрет на использование профессионального осветительного оборудования и ведение блогерской деятельности». Смешно? Возможно. Но мои обои мне дороже чужого «контента».
Спасибо, что дочитали эту историю! Ставьте лайк и подписывайтесь на канал. Здесь мы ежедневно обсуждаем изнанку современной жизни.
А как вы считаете:
- Имеет ли право арендатор заниматься блогерством в съемной квартире, если это приносит ему доход, но не мешает соседям?
- Права ли хозяйка, выставив девушку без предупреждения за 30 дней, или это было самоуправство?
- Где проходит грань между «личными вещами» и превращением жилья в рабочую студию?