Молодая женщина прислонилась к шершавому стволу дерева в своем саду. Воздух был наполнен ароматом листьев, травы и осенних цветов, смягченный сладким запахом созревших яблок.
Она наблюдала, как опавший лист скользил вниз, кружась в янтарных лучах утреннего света. Он не просто падал, он возвращался к истоку, даря свою красоту земле. Он отжил свое, а теперь отдаст последние соки земле, которая его породила.
И в этот момент, как только лист коснулся травы, внезапное трепетание внутри женщины прервало ее мысли о вечном. Она положила ладонь на место удара, чувствуя остаточную вибрацию сквозь трикотажное платье, и наконец поняла, что срок настал, тот долгожданный и многообещающий. Скоро, совсем скоро ее малыш появится на свет.
Она увидела мужа, бежавшего к ней через сад, за ним свою маму. Затем была поездка в роддом.
– Потерпи, Наденька, потерпи, родная, - слышала она голос мамы, пока ее муж сосредоточенно смотрел на дорогу, ведя машину.
Она терпела, знала, что чудеса не даются просто так. Иногда они требуют жертв, а от нее требовалось всего лишь потерпеть. Она потерпит, выдержит все, но обязательно даст возможность свершиться этому чуду!
Больничная палата кажется холодной и стерильной по сравнению с домашним теплом, за исключением солнечных лучей, золотистых и ярких, точно таких же, как те, что недавно окутывали опавший осенний листок.
Надя уже слышала этот божественный звук – тонкий и мелодичный крик ее первенца, сыночка! Медсестра подносит его и кладет рядом. В комнате воцаряется тишина. От малыша, ее малыша, пахнет чем-то тёплым – чудом новизны.
Его нежная и розовая, как лепестки, кожа всё ещё влажная. Надя рассматривает его крошечные ноготки, совсем прозрачные, и золотистый пушок на головке. Он ритмично дышит. Она наклоняется и целует его бархатисто-мягкую макушку. Первый поцелуй!
– Я буду твоим деревом, маленький мой листочек, — шепчет она. – Я буду оберегать тебя. Все будет хорошо, сынок, я обещаю.
В белом халате и в маске к ним приближается ее муж Никита, завороженный чудом в ее объятьях. Эта картина запомнится Наде на всю оставшуюся жизнь: она с Максимкой и Никита.
И жизнь пошла своим чередом, порой бурная, порой трудная, с радостями и переживаниями, взрослением сына и утратой родных. Сначала не стало мамы. Она ушла в мир иной, когда ее любимому внуку Максимке исполнилось пять лет.
Он тоже тяжело пережил потерю, не понимая толком, куда делась его любимая бабушка Вера. Надя привела его в сад. Стояла осень, и в траве краснели яблоки, которые еще не успели собрать.
– Вот, смотри, малыш. Помнишь, весной дерево цвело? А потом из каждого цветочка появились яблочки, маленькие совсем как ты сейчас. Потом они выросли, созрели, и им пришло время упасть на землю. А из их семян вырастут новые деревья, понимаешь?
Мальчик задумался и спросил:
– А баба Вера – она тоже вырастет как это дерево?
– Обязательно. Вот ты подрастешь и все поймешь. А сейчас пошли в дом, что-то прохладно стало.
Так шло время, текло как река. Менялись времена года, подрастал Максим. Надежда с Никитой вкладывали все силы в его воспитание. Школа далась им нелегко, были небольшие трудности с учебой.
– Неусидчивый, невнимательный, - жаловались учителя.
Приходилось объяснять, воспитывать, даже к детскому психологу ходили. Но в старших классах все неожиданно наладилось, пришло в норму. Максим окончил школу, поступил на заочное отделение университета, нашел работу.
А когда получил диплом и стал архитектором, уже руководил небольшой группой урбанистов, то есть разработчиков городского дизайна. И все, казалось бы, идет по накатанной, но на семью обрушивается новое горе. Точнее, оно обрушилось не только на их семью. Эпидeмия, та самая, страшная и беспощадная.
Никита – врач. Он выкладывался по полной, днями и ночами помогая больным, спасая их жизни. А вот свою жизнь он спасти не смог. Сколько их тогда пострадало, самоотверженных врачей, которые не щадили себя в борьбе с этим злом.
Беда обрушилась на семью как лава из вулкана. Похороны отца дались Максиму нелегко, он так же волновался за мать, которая еле-еле, с большим трудом и почти утратой физических сил справлялась с этим горем.
Но и эта беда позади. Снова цвел их яблоневый сад, жизнь сделала еще один виток, сохранив остатки семьи: мать и сына, связанных между собой неразрывными нитями. Вместе пережили его первую, неудачную любовь, разбившиеся вдребезги мечты.
К моменту, когда Надежда вышла на пенсию, Максим стал уже хорошо зарекомендовавшим себя проектировщиком. Он обзавелся семьей. С Яной они познакомились случайно в маленьком кафе на окраине города.
Максим сидел за угловым столиком, уткнувшись в потрёпанный томик «Над пропастью во ржи». Он всегда приходил сюда по воскресеньям, чтобы спрятаться от шума городского. Иногда брал с собой маму, но в этот раз она отказалась.
Официантка поставила перед ним латте, и в этот момент девушка за соседним столиком тихо проговорила:
– Ручку, кажется, забыла…
Максим поднял глаза. Девушка с короткими тёмными волосами держала в руках блокнот, на обложке которого было крупно выведено: «Яна».
– Возьми мою, — сказал он, протягивая ей свой Паркер, подарок отца.
Яна посмотрела на него с лёгким удивлением, потом улыбнулась уголками губ.
– Спасибо. У меня сегодня выступление в клубе, буду читать свои стихи, кое-что как раз пришло на ум, а ручки нет.
Максим усмехнулся:
– А с телефона или с планшета нельзя читать? Или наизусть?
– Наизусть я путаюсь иногда. А с планшета… нет. Обычно читают свои записи, так солиднее.
Девушка рассмеялась и через минуту уже сидела напротив него. Максим сам пригласил ее пересесть. Молодые люди быстро познакомились и проболтали два часа.
Когда кофе был допит, и они наговорились, Яна вернула ему ручку и пригласила в клуб на литературный вечер. Она вдохновенно читала свои стихи, которые его, честно говоря, поразили. Особенно последнее.
Все мы в этом мире одиноки:
И приходим в мир по одному,
И уходим вовремя, по сроку.
Этот срок неведом никому…
Яна получила какой-то приз за свои стихи, а Максим никак не мог успокоиться.
– Скажи, почему такое грустное стихотворение ты прочитала напоследок? – спросил он ее, когда они шли под дождем, под одним зонтиком, крепко прижавшись друг к другу.
– У меня в эnuдемuю мамы не стало. Я осталась одна. Отсюда и эти строки. От одиночества, наверное.
Максим рассказал ей и про свое горе и почему-то сразу же пригласил к себе:
– Пойдем, пожалуйста! Я тебя со своей мамой познакомлю. Она у меня замечательная.
И так, с этого первого вечера они больше не расставались. Маме Яна очень понравилась, а когда они с Максимом поженились, то Надя сказала так:
– Вот, теперь у меня и доченька появилась, и подружка.
А через год и внучка!
Яна работала в редакции молодежной газеты, Максим получил повышение, трудился увлеченно, как учил его когда-то отец, приучая в школе к усидчивости и концентрации внимания.
В городе стояло жаркое лето. Пахло горячим асфальтом и выхлопными газами, а в офисе не работало кондиционер, ждали мастера со дня на день. Максим сидел за компьютером, гул принтеров и отдаленный шум транспорта сливались в постоянное жужжание.
Его босс, наклонился над столом, стараясь вникнуть в суть дела.
– Участок на нашей улице, — проговорил он, постукивая по экрану тыльной стороной ручки. - Сейчас это просто бельмо на глазу. Заросшие сорняками клумбы. Мы расчистим это место и построим здесь молодежный Центр досуга. Подумай над проектом как следует, Ильин. Ты со своей командой справишься.
Максим посмотрел в окно. Отсюда участок представлял собой лоскутное одеяло, пестрое и неухоженное. Небольшой, упрямый садик, который никак не хотел исчезнуть. Но за ним никто толком не ухаживал. Хозяина нет, а городским властям не до него.
А Максиму тоже не до него. Не ахти и проект! Он уже пожалел, что они выиграли этот тендер. Но, если подумать, то может и получится что-то интересное. К тому же босс обещал неплохую премию за проект, если он будет принят с первого раза.
Максим сразу же подумал про отпуск, которой обещал Яне. Хотели оторваться вдвоем, оставив дочку с мамой, то есть любимой бабулей, которая в своей внучке души не чаяла.
Все так и вышло. Проект сдали на ура. Скоро можно выкупать тур, их с Яной ждало море, пляж, коктейли и музыка по вечерам, пьянящие ночи, звездный небосвод и ночной шум прибоя.
Особенно радовалась Яна! Она, как всегда, будет писать свои тихи, потом, возможно, выпустит новый сборник. Все складывалось отлично! Но тут у Максима завибрировал телефон.
У него сжалось сердце от какого-то предчувствия. Сообщение с маминого телефона, но не от нее, от соседки по дому: «Ваша мама очень плохо себя чувствует. Приезжайте»
Максим выключил компьютер и побежал к выходу, в коридоре столкнувшись с боссом, который заметил озабоченное выражение его лица.
– Все в порядке? - спрашивает он, чувствуя неладное. – Ильин, подожди, я обещал с тобой прибавку к жалованью обсудить.
Но Максим уже бежит к лифту, оставляя позади себя офис, шум, обещания босса, которые в эту минуту утратили всякий смысл.
Чем дальше он отъезжает от города, тем больше затихает шум. Открывается знакомый загородный пейзаж, словно сам мир преображается.
Он въезжает на знакомую с детства улицу. Янтарный свет крыльца мерцает в сумерках. Сад, в котором он собирал яблоки мальчишкой, теперь представляет собой участок, довольной заросший и не очень ухоженный, как тот городской садик. Он подосадовал на себя, что не так часто приезжает к маме, чтобы помочь с садом.
Паркуется рядом с калиткой и взбегает по крыльцу к входной двери.
Внутри дома едва уловимо пахнет средством для чистки с хвойным ароматом вперемешку с запахом лекарств. Полы скрипят так же, как и всегда. Он входит в спальню матери, слышит её дыхание — медленное, ритмичное, хрупкое. Надежда лежит под тонким одеялом. Соседка шепчет ему:
– Врач был, сделал укол. Но если станет хуже, немедленно в больницу.
С этими словами она уходит.
Максим садится в кресло рядом с мамой и берет ее за руку. Он не смотрит пока на оставленные рецепты. Просто сидит с ней, так же, как она когда-то сидела с ним во время гриппа или ночных кошмаров в детстве, а позже и с его разбитым сердцем после расставания с первой пассией, которой он уж и имени не помнит.
Мама всегда была рядом. К горлу подступил комок. Но уже вечерело, нужно было добежать до аптеки, пока она спит. Максим вышел из спальни, быстро позвонил Яне, сказав, что заночует у мамы. Сбегал за лекарством и вернулся.
Мама все так же спала. Он снова сел рядом. Ночь тихо стояла за окном, летняя, мягкая, со стрекотом цикад в саду. Максим так и дремал в кресле рядом с маминой кроватью.
С приближением рассвета первый свет проник сквозь окно, те самые золотые лучи, которыми когда-то любовалась Надя в своем саду. Свет нежно коснулся ее лица.
Она приоткрыла глаза и смотрит на своего сына, теперь уже взрослого, склонившего голову во сне рядом с ней. Собрав все свои силы, она поднимает руку и кладет ее ему на плечо. Когда он просыпается, она улыбается и тянется его поцеловать. Он подставляет щеку. Ощущения у Надежды точно такие же, как в первый раз, когда она поцеловала его при рождении.
У Максима перехватывает дыхание. Он наклоняется ближе и едва слышно шепчет:
– Все будет хорошо, мама, я обещаю. Только верь в это.
Он и сам не знал, что слово в слово повторил те же самые слова, которые мама сказала ему, когда он только что родился.
Утренний свет становится ярче, тёплым и размеренным, словно обнимая их обоих. Вскоре приехала Яна с дочкой. Она почувствовала неладное, хоть муж и не сказал ей. Бабушка попросила усадить рядом с ней внучку, они все вместе стали обсуждать, куда поедут в отпуск.
Нашелся приличный санаторий для мамы в Подмосковье. Там ее полечат по-хорошему. И семья рядом будет. Можно снять неплохой домик неподалеку.
– Ты ведь не будешь возражать, дорогая, если мы пропустим морское побережье в этот раз? – тихо спросил Максим у жены, когда мама уснула.
Яна посмотрела на него, обвила его шею своими нежными руками и ответила:
– Мы обойдемся с тобой. А маму нужно вылечить. И больше не оставлять одну. Подремонтируем дом и переедем сюда. Я все равно часто на удаленке работаю, а тебе на машине до города всего-то полчаса с небольшим.
Вот и решили. А он-то боялся, что Яна расстроится. Она так на море хотела!
***
Лечение помогло. После санатория они приехали в их городскую квартиру, а в старом родительском доме затеяли ремонт. Босс Максима помог бригаду организовать. Все сделали быстро и качественно, а главное – не дорого. Сам Максим только за материалы платил, а работу оплатила его фирма.
– За счет заведения, - сказал ему босс. – Дороже матери никого нет. Правильно поступил, что весь свой бонус потратил ей на лечение.
Его окружали хорошие люди: мама, жена, дочурка, коллеги. И он сам становился лучше в этом окружении, будто озарённый добрым светом.
Как важен этот свет в тебе самом,
Желанье им делиться без остатка.
Твоя Душа – и друг тебе, и дом,
И будущего лучшая разгадка.
- Самое дорогое в жизни - это мама. И самое святое. Ее любовь и забота сопровождают нас всю жизнь.
- И как хорошо, когда взрослые дети возвращают то, что сами копили годами в своих сердцах, получая от матерей бесценный дар.
- Спасибо большое за прочтение, буду признательна отзывам о рассказе, вашим комментариям и лайкам, дорогие читатели.