Я тебя вижу?
В древнегреческом мифе скульптор Пигмалион вырезал из слоновой кости статую такой невероятной красоты, что сам в неё влюбился. Он одевал её, разговаривал с ней, дарил подарки. Он не видел в ней холодный камень — он видел свою мечту. Боги сжалились и оживили статую. Галатея стала живой женщиной.
Но вопрос, который редко задают: а изменилось ли что-то в Пигмалионе? Увидел ли он в Галатее живого, настоящего человека — со своим нравом, желаниями, правдой? Или он продолжал смотреть на неё как на свою совершенную статую, требуя соответствовать образу?
Мы все немного Пигмалионы.
Мы формируем в голове образ другого человека — родителя, партнёра, друга, — и потом, годами, не замечаем, что он/она /они изменился. Мы продолжаем приписывать те черты, что сложились когда-то давно. Мы обижаемся по старым сценариям. Мы ждём тех же реакций. Мы не видим живую плоть — мы смотрим на статую, которую сами создали.
А статуя молчит. Не может сказать: «Посмотри на меня. Я уже другая. Я выросла. Мне больно. Мне радостно. Мне страшно». И мы проходим мимо.
И остаёмся одни. Бродим по огромному, пустому залу, где вместо людей — мраморные изваяния. Гладкие, прекрасные, безмолвные.
Здесь царит леденящий холод. Такой, что пробирает до костей, до хруста в груди. Ты озираешься вокруг и не видишь ни одного живого взгляда. Только каменные лица, застывшие в вечных гримасах, которые ты сам же им и придумал.
И от этого одиночества становится так невыносимо больно, что даже взглянуть на эту боль страшно. Потому что если посмотреть на неё в упор, можно осознать: я — совсем один. Среди своих же фантазий. Меня не видят. И я никого не вижу. И на душу ложится такая тяжесть, что хочется завыть от тоски по настоящему, живому теплу.
Но настоящего тепла здесь нет. Его не может быть. Потому что тепло души — оно только у живых людей. У тех, кто дышит, ошибается, злится, плачет, боится, смеётся невпопад. У тех, кого мы отказываемся замечать.
И только когда статуя трескается — когда человек поступает «не так», выходит из привычной роли, взрывает наше ожидание — мы в ужасе и надежде замечаем: внутри не камень. Живой. Другой. Неудобный. Настоящий.
И тогда есть два пути: снова замазать трещину и вернуться в ледяной зал. Или наконец повернуть голову, посмотреть в глаза и спросить: «Кто ты? Что с тобой происходит? Какой ты сейчас?»
Пигмалион мог так и остаться со своей статуей. Но он увидел живую Галатею, он научился смотреть — по-настоящему. Без призмы своих ожиданий. Без привычки «знать заранее».
А вы видите тех, кто рядом? Или вокруг вас — только статуи, созданные вашим воображением?
Если вы хотите научиться различать — я приглашаю вас на группу EMDR по переработке проблем в отношениях. Мы будем исследовать, где в вашей душе поселился Пигмалион, где вы не видите другого, и как наконец снять с глаз привычную пелену.
Набор продолжается.
#отношения #проекции #одиночество #EMDR #психология
