«Смеркалось; на столе, блистая,/ Шипел вечерний самовар,/ Китайский чайник нагревая;/ Под ним клубился легкий пар», – читаем в одной из глав пушкинского «Евгения Онегина». Сегодня наша чайно-художественная рубрика посвящена тому самому заварочному чайнику, который ставили на самовар. Посмотрим на него в «естественной среде обитания» – на полотнах XIX-начала XX веков; расположив их в хронологическом порядке.
Самое раннее полотно нашей подборки создано в 1844 году. Московский художник Тимофей Егорович Мягков написал портрет старинной московской же дворянской семьи: Варвара Андреевны Загряжской (в замужестве Беликовой), ее сестры Надежды Андреевны Плечко с мужем, еще одной сестры Софьи Андреевны (в замужестве Чулковой).
Полотно «Радостное письмо» Андрея Андреевича Попова (1858 год) запечатлело сцену за утренним чаепитием: часы можно предположить по щетке, оставленной во время еще не законченной уборки. Скорее всего, радостно письмо потому, что прислано отсутствующим членом семьи – старшим сыном или замужней дочерью.
Интересна форма заварочного чайника на полотне Леонида Ивановича Соломаткина «Именины дьячка» (1862 год).
И снова полотно Андрея Андреевича Попова: на этот раз изображен «Мастеровой за чаепитием» (1865 год). Возможно, мастеровой – из Санкт-Петербурга, города, где художник жил с четырнадцати лет и до самой кончины.
В 1872 году Алексей Иванович Корзухин написал полотно «Разлука» или, по прежнему названию, «Отправление кадета в корпус (Прощание сына с матерью)». Прощание происходит, видимо, сразу после утреннего чая.
О происходящем на картине Владимира Егоровича Маковского, «Любители соловьев» (1872-1873) прекрасно написал Федор Михайлович Достоевский. «Посмотрите: комнатка у мещанина аль у какого-то отставного солдата, торговца певчими птицами и, должно быть, тоже и птицелова. Видно несколько птичьих клеток; скамейки, стол, на столе самовар, а за самоваром сидят гости, два купца или лавочника, любители соловьиного пения. Соловей висит у окна в клетке и, должно быть, свистит, заливается, щелкает, а гости слушают. Оба они, видимо, люди серьезные, тугие лавочники и барышники, уже в летах... Перед ними хозяин, зазвавший их слушать и, конечно, им же продать соловья. Это довольно сухощавый и высокий парень лет сорока с лишком, в домашнем, довольно бесцеремонном костюме (да и что тут теперь церемониться); он что-то говорит купцам, и вы чувствуете, что он со властью говорит. Перед этими лавочниками он по социальному положению своему, то есть по карману, конечно личность ничтожная; но теперь у него соловей, и хороший соловей, а потому он смотрит гордо (как будто он это сам поет), обращается к купцам даже с каким-то нахальством, с строгостию (нельзя же-с)... Любопытно, что лавочники непременно сидят и думают, что это так и должно быть, чтобы он их тут немножко подраспек, потому что «уж оченно хорош у него соловей!» Чай кончится, и начнется торг...».
Полотно «Орден получил» написано Яковом Степановичем Башиловым около 1874 года. Пожилой и, видимо, одинокий чиновник прямо за столом с чайной трапезой пришивает ленту к ордену Святого Станислава 3-й степени. Такой орден был самым «младшим» в порядке старшинства российских орденов и вручался чаще других. Его получали многие военные и статские, прослужившие «беспорочно» 15 лет.
Очередной сюжет мастера бытового жанра Алексея Ивановича Корзухина: «За самоваром» (1874 год). Все готово за столом для чаепития, чай уже настоялся в простеньком заварочном чайнике, осталось только наколоть сахар.
Василий Васильевич Верещагин неоднократно бывал участником военных кампаний, сюжеты его батальных полотен документальны. Во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов он бывал, в частности, в деревне Малы-Дижос, где был расквартирован Дунайский отряд гвардейского экипажа. На полотне «Адъютант», написанном в те же годы, художник изобразил денщика, хлопочущего за самоваром для офицера.
Художник Константин Егорович Маковский – старший брат художника Владимира Егоровича Маковского. На полотне «Алексеич» или, как называли его в семье, «Алексеич за самоваром» (1881-1882 год), Константин Егорович изобразил старого слугу. Алексеич готовит чай, возможно, в своей комнатке для себя.
Барон Михаил Петрович Клодт фон Юргенсбург (1835-1902) – живописец, график и реставратор, сын знаменитого скульптора Петра Карловича Клодта. На полотне «За чайком» (1889 год) изображена женщина в народном костюме южнорусских губерний.
Художник Кирилл Викентьевич Лемох был видным мастером жанровой живописи на крестьянскую и детскую темы. Полотно «Семейное счастье» он написал в 1890 году.
Интересная деталь на полотне Николая Петровича Загорского«Чаепитие»: заварочный чайник накрыт салфеткой, чтобы сохранить подольше тепло.
На полотне Владимира Егоровича Маковского «Наем прислуги» (1891 год) семья отставного военного за чаем устраивает «смотрины» деревенской девушке, которая пришла наниматься прислугой. Судя по обстановке, семья не слишком богата, однако достаточно обеспечена, чтобы позволить себе иметь прислугу и выказывать спесь по отношению к крестьянке.
В 1892 году Василий Максимович Максимович на полотне «Лихая свекровь» изобразил зажиточную крестьянскую семью в большой избе. Здесь могут позволить себе и красивую посуду, и много чая – судя по величине заварочного чайника, и сахар к нему.
Жанровую сцену из жизни художника можно увидеть и на картине Владимира Егоровича Маковского «Деспот семьи» (варианты названия «Семья художника» и «В мастерской художника»). В картине, написанной в 1893 году, много автобиографических деталей: так, художник работает над эскизом росписи строящегося храма Христа Спасителя в Борках, рядом на мольберте стоит икона (иконопись, эскизы росписей для храмов на заказ много лет служили для Маковского способом прокормить семью). А вот семейство изображено в более ранний период, когда Маковский жил в доме тестя, где и родились его сыновья Александр (1869 год) и Константин (1871). Возможно, художник написал первенца, а также тестя с тещей, сидящей у чайного стола. Также неизвестно, кого он шутливо назвал деспотом семьи: себя или плачущего младенца?
Трогательный и лиричный сюжет «Старый друг» художник Алексей Аввакумович Наумов написал в 1889 году. Вспоминаются строки из «Обломова» Иван Александровича Гончарова: «...Любили долго сидеть за чаем, иногда даже будто лениво молчали... И молчание их было – иногда задумчивое счастье ... или мыслительная работа в одиночку над нескончаемым, задаваемым друг другу материалом».
Акварель художника Александра Ивановича Морозова «За чаепитием», созданная в 1904 году – еще один сюжет из повседневной жизни простых людей, крестьян.
И, конечно, нельзя не упомянуть знаменитую «Купчиху за чаем» Бориса Михайловича Кустодиева, написанную в 1918 году. Рассматриваем в деталях роскошный и дорогой заварочный чайник, а также сцену чаепития на соседней веранде: там тоже заварочный чайник стоит на самоваре.
В 1920 году Борис Михайлович Кустодиев написал «Голубой домик» – своего рода философскую притчу, в жанровом сюжете. Младенец на руках у матери, играющие дети символизируют начало жизни; гоняющий голубей юноша, флиртующая пара и компания играющих в шахматы, старушка на лавочке – ее течение; лавка гробовщика, у входа которой мирно читает газету старик-хозяин – ее завершение. А на балконе, осененном кроной высокого «древа жизни», пьет чай супружеская чета средних лет: мирные радости, семейное благополучие.
Следующую «Купчиху» за чаепитием Борис Михайлович Кустодиев написал в 1923 году. Здесь заварочный чайник попроще, не сочетающийся с остальной посудой.