Немало сказано, написано и снято о вреде алкоголя, но о его пользе говорить не принято. Создается такое впечатление, что вообще мало кто задумывается о благе, им принесенной - парадоксе, известном, популяризированным самим Шнуром, а он - специалист. Оно понятно, наш человек берет бутылку и идет к другу тогда, когда иностранец понуро плетется к психологу. И еще неизвестно, чей опыт эффективнее.
Или вот, к примеру, выпивка на Титанике. Ясное дело, пассажиры Первого и даже немного Второго класса выпивали без стеснения и границ. В меру привычки и здоровья - кто мензурками, а кто и коровьими глотками. А вот экипаж и обслуживающий персонал, похоже, если и принимали, то наперстками и тайком. Буквально озираясь.
Чего не скажешь о судовом пекаре Чарльзе Джокине. Он, обычно трезвый, узнав о начавшейся трагедии, при случае, буквально, потянулся к припасенной или найденной бутылке, что не только позволило сохранить хладнокровие, проявить лидерские качества и исполнить до конца долг моряка, но и спасти себе жизнь в водах ледяного океана.
Чарльз Джокин родился 3 августа 1878 года в Беркенхеде, портовом городе Англии, расположенном на берегу Ирландского моря, напротив Ливерпуля, с которым его разделяет река Мерси. Его родителями были Джон Эдвин Джокин и Эллен урожденная Кромблхольм.
С раннего возраста Чарльз проявлял неподдельный интерес к морю, что, вероятно, было вызвано соседством со стихией и примером его старших братьев, служивших в Королевском флоте. В одиннадцать лет мальчик отправился в первое плавание, начав свой путь в моряка.
Набираясь опыта, знаний и овладевая профессиями, Джокин служил в различных компаниях. Морские дороги постепенно привели его на суда известной Уайт Стар Компани. Ему довелось послужить на знаменитом "Олимпике".
17 ноября 1906 года в Дугласе он женился на Луизе Вудворд. Семейная жизнь была радостной, у них родились двое детей: дочь Агнес Лилиан в 1907 году, и сын Роланд Эрнест в 1909 году.
На "Титанике" Чарльз Джокин занимал ответственную должность - Главного пекаря. Его ежемесячное жалованье составляло 12 фунтов стерлингов, что в наши дни сопоставимо с примерно двумястами с половиной тысячами рублей. В его подчинении находилась команда из тринадцати пекарей, чья задача заключалась в обеспечении свежей выпечкой всех на борту – от пассажиров до членов экипажа.
Во время своего единственного рейса на "Титанике" в апреле 1912 года Джокин состоял в должности вахтенного и в случае эвакуации должен был помогать руководить посадкой пассажиров в спасательную шлюпку №10. В 23:40 14 апреля, когда судно столкнулось с айсбергом, он отдыхал. Выпил он перед сном или нет, неизвестно - говорят всякое.
Но сам он вспоминал, что сильный толчок заставил его немедленно встать. Получив распоряжение с верхних палуб о подготовке спасательных средств к спуску, Чарльз Джокин послал тринадцать пекарей на палубу, где находились шлюпки, в которые они положили по четыре буханки хлеба в каждую.
Примерно в 00:30 мистер Джокин присоединился к подчиненным на шлюпочной палубе. Когда ледяная вода начала заливать борт, вызвав переполох среди пассажиров, Чарльз сохранил самообладание. Он вместе со старшим офицером Генри Уайлдом при поддержке стюардов и матросов помогал женщинам и детям разместиться в шлюпке №10.
Однако, когда дамы на палубе отказались садиться, ссылаясь на чувство большей безопасности на борту "Титаника", Джокин вместе с матросами и стюардами насильно усаживал в шлюпку женщин и детей для их спасения. Вместо того чтобы занять место в шлюпке №10, он оставил с пассажирами двух матросов и стюарда, а сам предпочел вернуться в свою каюту.
Где достал припасенную еще в Саутгемптоне бутылку, как он сам сначала утверждал, ликера. Позже он не уточнял, чего именно, но утверждал, что выпил немного - глоток или два, которые со временем в воспоминаниях увеличились до половины стакана.
Позже, уже на палубе, пекарь Джокин, как считается, столкнулся с доктором Уильямом О'Лафлином. Вместе они обнаружили, что все шлюпки уже спущены на воду. Тогда он спустился на палубу А и столкнул за борт порядка пятидесяти шезлонгов, которые могли бы пригодиться для спасения в качестве небольших плотов.
А затем вновь зачем-то спустился на нижнюю палубу в кладовую. В одних источниках говорится, что там он выпил еще, в других - не говорится ничего. Просто спустился и спустился. Но именно там он услышал громкий треск, словно корпус корабля прогибался.
Выбравшись из кладовой, он присоединился к группе пассажиров и членов экипажа, идущих к кормовой палубе, оказавшись на правом борту которой Джокин крепко ухватился за поручень. Так он оказался снаружи судна в момент его погружения в воду. Насколько Джокин утверждал сам, он “опускался вместе с кораблем, как в лифте, и даже не намочил волосы”. Он стал последним, кто оставил тонущий корабль уже после того, как тот начал погружаться.
Согласно собственным словам Джокина, он провел в ледяной воде около двух часов. Примечательно, что он почти не ощущал холода, что, вероятно, было следствием выпитого “глотка или двух”, хотя обычно алкоголь лишь увеличивает риск переохлаждения.
Для большинства людей погружение в воду с температурой -2°C вызвало бы мгновенный шок, подобный тому, что описывал второй помощник капитана "Титаника" Чарльз Лайтоллер: "Каждый миллиметр тела ощущал тысячи впивающихся игл".
Такой стресс, сопровождающийся паникой, как правило, приводил к смерти в течение нескольких минут или настолько стремительной потере тепла, что шансы на выживание сводились к нулю. Однако выпивший пекарь оказался в иной ситуации.
Будучи превосходным пловцом, он вошел в воду с присущим ему спокойствием. "Я просто плыл и держался на воде", — вспоминал Чарльз впоследствии. На рассвете Джокин заметил шлюпку B, на которой находилось около двадцати человек, среди них Гарольд Брайд, Арчибальд Грейси IV, Чарльз Лайтоллер и Джек Тейер.
Он медленно приблизился к шлюпке, но свободных мест на ней не оказалось. Тем не менее, кок Айзек Мейнард узнал его и помог пекарю забраться на борт, пока ноги Джокина оставались погруженными в воду. Позднее подоспела еще одна спасательная шлюпка, куда он смог перейти и оставался до прибытия "Карпатии". Здоровье Чарльза практически не пострадало в той ситуации, которую не пережили несколько сотен человек. У него лишь наблюдалась незначительная отечность ног.
По возвращении в Великобританию Чарльз Джокин принял участие в процессе выяснения обстоятельств гибели “Титаника”. Он выступал в качестве члена экипажа, дающего показания на британском слушании под началом лорда Мерси. В 1920 году Джокин эмигрировал в Соединенные Штаты, поселившись в городе Патерсон, штат Нью-Джерси.
Далее Джокин служил на кораблях американских экспортных линий, а во время Второй мировой войны - на транспортных судах. В 1944 году он принял решение завершить свою карьеру и выйти на заслуженный отдых. Жизнь Чарльза Джокина оборвалась 9 декабря 1956 года, когда ему исполнилось 78 лет.
Причиной смерти, случившейся в госпитале Патерсона, стала пневмония. Похоронен Чарльз Джокин в Патерсоне, Нью-Джерси, рядом со своей женой на кладбище Сидар-Лоун. Считается, что с годами он все больше посвящал себя выпивке. И его можно понять - груз пережитого и смерть жены… Не нам судить отважного моряка.
В эпоху расцвета Венеции произошла одна судебная история с трагическим исходом. Некоего пекаря судили за убийство. Он настаивал на своей невиновности, однако доказательства, представленные против, казались неоспоримыми. В итоге был вынесен смертный приговор, который по обыкновению того времени исполнили публично и незамедлительно.
Уже после выяснилось, что пекарь оказался невиновен. Эта судебная несправедливость привела к установлению традиции: перед каждым разбирательством специальный глашатай напоминал участникам процесса: “Помни о Пекаре”.
“Помни о Пекаре” - вопиет история гибели Титаника, не история страшной трагедии, а история чудесного спасения смелого человека, до конца выполнившего свой морской и человеческий долг, пусть и любящего выпить. Хотя в данном случае вовсе и не пусть, а именно что любящего выпить.