Весна 594 года до нашей эры выдалась в Аттике тревожной. На каменистых склонах холмов серебрились оливы, обещая новый урожай, но крестьянам было не до работы. На полях стояли каменные столбы с выбитыми именами заимодавцев — долговые камни. Если к концу года зерна не хватит, чтобы расплатиться, столб останется. А потом исчезнет и сама земля. А потом и свобода.
По пыльным дорогам, ведущим к Афинам, брели люди с узелками. Одни уходили на чужбину, спасаясь от долговой кабалы. Другие, наоборот, стекались к Акрополю — требовать передела земли. В воздухе пахло не только оливковым маслом и кипарисом, но и большой бедой. Ещё немного — и полыхнёт.
Именно в этот момент на авансцену афинской истории выходит человек, которого звали Солон. Ему предстояло сделать то, что до него не делал никто: остановить гражданскую войну не силой оружия, а силой закона. И попутно заложить фундамент того, что мы сегодня называем демократией.
Но начнём с того, что никакой демократией в Афинах тогда и не пахло.
Камни на полях и цепи на людях
К началу VI века до нашей эры Афины представляли собой государство, раздираемое изнутри. Формально городом управляли девять архонтов — высших должностных лиц, избиравшихся из знатных родов. Фактически же всё решал Ареопаг — совет аристократов, заседавший на скале бога войны Ареса. Простые земледельцы, ремесленники и торговцы не имели там ни голоса, ни права.
Природные условия Аттики были суровы. Почва каменистая, дождей мало. Хлеба своего не хватало — его приходилось ввозить из других греческих областей. Зато прекрасно росли оливки и виноград. Но это культуры долгого цикла. Оливковое дерево начинает плодоносить лишь через десять-пятнадцать лет после посадки. Крестьянину, у которого нечем кормить семью сегодня, такая перспектива не поможет.
Он идёт к богатому соседу-аристократу. Берёт зерно в долг под залог земли. На участке появляется долговой камень — «horos». Если урожай следующего года снова плох — камень остаётся. Долг растёт. Проценты в те времена были драконовскими — до 18-20 процентов годовых. Через несколько лет крестьянин уже не в состоянии расплатиться. Тогда заимодавец забирает землю. А потом и самого должника.
Это называлось долговой кабалой. Человек, не сумевший отдать долг, становился рабом кредитора. Его могли продать за границу — в Египет, в Малую Азию, на Хиос. Там за здорового мужчину давали три-четыре мины серебра — примерно столько же, сколько стоил хороший бык. Афинская земля пустела. Свободных крестьян становилось всё меньше.
К 594 году до нашей эры ситуация накалилась до предела. Беднота требовала отмены долгов и передела земли. Аристократия, разумеется, не желала отдавать ни пяди. Город стоял на пороге гражданской войны.
Драконт, написавший кровью
За тридцать лет до Солона Афины уже пытались навести порядок с помощью закона. В 621 году до нашей эры архонт по имени Драконт (или Дракон) составил первый в истории города письменный свод законов.
До Драконта законы существовали лишь в устной традиции, и толковали их аристократы так, как им было выгодно. Драконт же приказал вырезать правила на деревянных досках — аксонах — и выставить их на всеобщее обозрение. Это был огромный шаг вперёд: отныне закон становился публичным и одинаковым для всех.
Правда, содержание этих законов оказалось таким, что имя Драконта стало нарицательным. Даже за кражу овощей с чужого огорода полагалась смертная казнь. Афинский оратор Демад позже скажет, что законы Драконта «написаны не чернилами, а кровью».
При этом Драконт ввёл одно принципиально важное новшество: он впервые разделил убийство на умышленное и неумышленное и передал право судить убийц не роду пострадавшего, а государственному органу — Ареопагу. Это был первый шаг к тому, чтобы государство, а не род или клан, стало верховным арбитром.
Но суровость наказаний не спасла Афины от главной беды — долгового рабства. Законы Драконта защищали собственность, но не защищали человека. Нужен был кто-то другой.
Поэт с родословной царя
Солон происходил из древнего аристократического рода Кодридов — потомков последнего афинского царя Кодра. Но к моменту его рождения семья обеднела. Чтобы поправить дела, молодой Солон занялся морской торговлей. Он плавал в Египет, на Кипр, в Малую Азию, видел, как живут люди в других землях, и много думал.
Думал он не молча. Свои размышления Солон облекал в стихи — элегии и ямбы, которые декламировал на городской площади. В то время поэзия в Греции была не просто развлечением, а мощным политическим инструментом. Люди собирались послушать стихи, как сегодня собираются на митинг.
Самая знаменитая его элегия начиналась так: «Да, понимаю, и в сердце глубоко мне горе запало; Вижу, как клонится ниц бывшая первой страна Меж ионийских земель». Он обращался к богачам напрямую: «Вы же в груди у себя успокойте могучее сердце: Много досталось вам благ — ими пресытились вы. Меру поставьте надменному духу».
Эти стихи сделали Солона знаменитым. Его знали и уважали обе враждующие стороны. Бедняки видели в нём заступника. Аристократы — своего, который понимает, как устроен мир и не будет рубить с плеча.
В 594 году до нашей эры, когда противостояние достигло точки кипения, афиняне избрали Солона архонтом-эпонимом и наделили чрезвычайными полномочиями «примирителя» и законодателя. Ему доверили переписать сами основы афинской жизни.
«Стряхивание бремени» и четыре ступени
Первое, что сделал Солон, потрясло Афины до основания. Он объявил сисахфию — «стряхивание бремени».
Суть реформы была проста и радикальна: все долги, обеспеченные залогом земли или личной свободы, аннулировались. Долговые камни с полей убирались. Крестьяне, попавшие в кабалу на родине, освобождались. Те, кого успели продать за границу, выкупались за государственный счёт и возвращались домой.
На будущее Солон категорически запретил обращать афинских граждан в рабство за долги. Отныне свободный афинянин не мог стать рабом в своём родном городе ни при каких обстоятельствах.
Это был тектонический сдвиг. Представьте: в одночасье исчез целый класс долговых рабов, а земли вернулись к тем, кто их обрабатывал. Аристократы, разумеется, пришли в ярость — они теряли колоссальные суммы. По некоторым подсчётам, общая сумма аннулированных долгов могла достигать десятков талантов серебра. Один талант — это примерно 26 килограммов серебра. В пересчёте на покупательную способность того времени — стадо из нескольких десятков быков или годовой доход небольшого города.
Но Солон на этом не остановился. Следующим шагом он перекроил политическую систему Афин.
Раньше доступ к власти определялся исключительно происхождением. Родился в знатной семье — можешь стать архонтом. Нет — сиди и не мечтай. Солон заменил принцип происхождения принципом имущественного ценза.
Он разделил всех граждан на четыре разряда по годовому доходу, измеряемому в медимнах — мерах зерна (один медимн — примерно 52 литра):
- Пентакосиомедимны — те, чей доход превышал 500 медимнов зерна, масла или вина в год. Высший слой, из которого только и можно было избирать архонтов.
- Всадники — доход от 300 до 500 медимнов. Могли служить в коннице и занимать многие должности.
- Зевгиты — доход от 200 до 300 медимнов. Крестьяне, имевшие упряжку волов. Служили в тяжёлой пехоте — гоплитах.
- Феты — все, чей доход был ниже 200 медимнов. Батраки, подёнщики, беднейшие ремесленники. Они получили право голосовать в народном собрании, но не могли занимать должности.
Это была не демократия в современном смысле, но колоссальный шаг в её сторону. Впервые в истории человек, не принадлежащий к знати, но разбогатевший своим трудом, мог претендовать на участие в управлении государством.
Совет, суд и писаный закон
Чтобы уравновесить власть аристократического Ареопага, Солон создал новый орган — Совет Четырёхсот (Буле). По сто представителей от каждой из четырёх старых родовых фил. Совет готовил повестку для народного собрания и следил за текущими делами.
Ещё одно новшество — гелиэя, суд присяжных. Любой гражданин, независимо от имущественного разряда, мог стать присяжным. Более того, любой гражданин получил право подать в суд не только от своего имени, но и в защиту обиженного. Солон хотел, чтобы закон защищал всех, а не только тех, у кого есть связи и деньги.
Все свои законы Солон велел записать на деревянных досках — аксонах — и выставить на всеобщее обозрение на Агоре, главной городской площади. Каждый афинянин мог прийти, прочитать и узнать свои права. Архонты, вступая в должность, клялись, что если нарушат хоть один закон, то поставят в Дельфах золотую статую в свой собственный рост. Учитывая, что золотая статуя в человеческий рост стоила бы целое состояние, это была не пустая угроза.
Солон также провёл серию экономических реформ. Он запретил вывозить зерно из Аттики (его и так не хватало), но поощрял экспорт оливкового масла. Приглашал в Афины ремесленников из других городов, обещая им гражданство. Ввёл новую, более удобную систему мер и весов. Разрешил бездетным гражданам завещать имущество кому угодно — раньше оно автоматически отходило роду.
Афины при Солоне начали превращаться из захолустного аграрного городка в торговый и ремесленный центр.
Неблагодарность сограждан и уход
Проведя реформы, Солон сделал нечто совершенно неожиданное для политика. Он ушёл.
Взяв с афинян клятву не менять его законы в течение десяти лет, он покинул город и отправился путешествовать. По одним сведениям — в Египет, к фараону Амасису. По другим — на Кипр и в Лидию, ко двору легендарного царя Крёза.
Причина проста: его реформы не удовлетворили никого. Бедняки надеялись на полный передел земли, а получили лишь отмену долгов и право голоса. Богачи роптали, что потеряли огромные деньги. На Солона сыпались упрёки со всех сторон. В одном из стихотворений он с горечью написал: «Трудно угодить всем в делах великих».
Поздняя легенда, переданная Плутархом, рассказывает о встрече Солона с лидийским царём Крёзом. Царь, облачённый в пурпур и золото, спросил мудреца, видел ли тот кого-нибудь счастливее его. Солон ответил, что счастливым можно назвать лишь того, кто достойно прожил жизнь и умер не в бесчестии. Крёз рассмеялся. А через несколько лет его царство захватили персы, и царь, стоя на костре, якобы трижды выкрикнул имя Солона.
Красивая история, хотя историки сомневаются в её достоверности: хронология не сходится. Но она хорошо показывает, какую репутацию заработал Солон у потомков — мудреца, говорящего царям неудобную правду.
Золотой век тирана
Десять лет, пока Солон путешествовал, Афины жили по его законам. Но едва срок клятвы истёк, в городе снова вспыхнула борьба за власть. На этот раз между тремя группировками: педиэями (жителями равнин, богатыми землевладельцами), паралиями (жителями побережья, торговцами и ремесленниками) и диакриями (горцами, самыми бедными).
Во главе диакриев встал аристократ по имени Писистрат. В 560 году до нашей эры он въехал в Афины на колеснице, сопровождаемый высокой статной женщиной в доспехах Афины, и объявил, что сама богиня возвращает ему власть. Афиняне, по словам Геродота, поверили.
Писистрат установил тиранию. В древнегреческом понимании это слово не несло однозначно негативного оттенка. Тиран — это правитель, пришедший к власти не по наследству, а силой или хитростью, и правящий единолично. Писистрат оказался тираном мудрым. Он не отменил законы Солона, а, напротив, следил за их исполнением. Конфискованные земли аристократов-противников раздавал беднякам. Поощрял ремёсла и торговлю. При нём Афины начали чеканить собственную монету — знаменитые серебряные тетрадрахмы с головой Афины и совой.
Именно Писистрат приказал впервые записать и отредактировать поэмы Гомера — «Илиаду» и «Одиссею». До этого они существовали в виде разрозненных устных версий, которые пели рапсоды. Писистратовская редакция стала канонической, той самой, которую мы знаем сегодня. Он же учредил Великие Панафинеи — пышный праздник в честь богини-покровительницы города с жертвоприношениями, спортивными состязаниями и музыкальными конкурсами.
Писистрат правил до самой смерти в 527 году до нашей эры, после чего власть перешла к его сыновьям Гиппию и Гиппарху. Но времена изменились. В 514 году Гиппарха убили заговорщики Гармодий и Аристогитон (их позже прославят как «тираноубийц», хотя на самом деле это была личная месть, а не политический акт). Гиппий, оставшись один, стал подозрительным и жестоким. В 510 году его наконец изгнали из Афин при помощи спартанского войска.
Клисфен и рождение демократии
После изгнания тирана Афины снова погрузились в смуту. Аристократы во главе с Исагором попытались вернуть старые порядки. Им противостоял демос, который возглавил Клисфен — потомок знатного рода Алкмеонидов, долгие годы живший в изгнании.
Исагор призвал на помощь спартанцев. Спартанский царь Клеомен вошёл в Афины с отрядом, изгнал Клисфена и его сторонников и попытался распустить Совет. Но афинский демос восстал. Спартанцев осадили на Акрополе и вынудили уйти. Клисфен вернулся с триумфом.
В 508-507 годах до нашей эры он провёл реформы, которые окончательно превратили Афины в демократию.
Клисфен уничтожил старые родовые филы, на которых держалось влияние аристократии. Вместо них он создал десять новых — по территориальному принципу. Каждая фила включала три части: городскую, приморскую и внутреннюю. Это намеренно перемешивало население, не давая знатным родам сохранять контроль над компактными территориями.
Совет Четырёхсот был заменён Советом Пятисот — по пятьдесят представителей от каждой новой филы. Членов Совета выбирали по жребию, а не по знатности или богатству.
Но самое удивительное изобретение Клисфена — остракизм. Раз в год народное собрание решало, нужно ли провести голосование об изгнании кого-либо из граждан. Если решали, что нужно, каждый гражданин писал на глиняном черепке («остраконе») имя того, кого считал опасным для демократии. Набравший больше всех голосов изгонялся из Афин на десять лет — без конфискации имущества, без лишения гражданских прав. Это был гениальный предохранительный клапан: город мог мирно избавиться от амбициозного политика, не доводя дело до гражданской войны.
Что осталось после Солона
Солон умер примерно в 560 году до нашей эры, в возрасте около восьмидесяти лет. Он успел увидеть начало тирании Писистрата, но не дожил до её падения и до реформ Клисфена. Тем не менее именно его законы стали фундаментом, на котором выросла афинская демократия.
Что из созданного Солоном пережило века?
Во-первых, сам принцип: закон выше происхождения. Впервые в истории европейской цивилизации было провозглашено, что объём политических прав определяется не тем, кто твой отец, а тем, что ты сам сумел заработать. Это была тектоническая идея, которая через много веков проросла в современных конституциях.
Во-вторых, сисахфия навсегда похоронила долговое рабство в Афинах. Свобода гражданина стала неприкосновенной. Отныне афинянин мог разориться, но не мог стать рабом в родном городе. Это создало тот самый класс свободных земледельцев и ремесленников, который составил костяк афинской демократии и афинской армии.
В-третьих, гелиэя — суд присяжных. Идея о том, что любой гражданин может участвовать в отправлении правосудия, оказалась поразительно живучей.
В-четвёртых, писаный закон, доступный каждому. Солон выставил аксоны на Агоре, и с тех пор афиняне могли ссылаться на закон, а не на волю чиновника или аристократа.
Сам Солон попал в канон «семи мудрецов» — легендарных мыслителей архаической Греции. Его изречения «Ничего слишком» и «Познай самого себя» были высечены на стенах храма Аполлона в Дельфах. Его стихи цитировали Аристотель и Плутарх. Его реформы изучали отцы-основатели Соединённых Штатов, когда писали Конституцию.
Но, пожалуй, главное наследие Солона — это сама идея о том, что общество можно переустроить не насилием, а разумом и законом. Что даже в самый острый момент гражданского противостояния можно найти путь, который не уничтожит ни одну из сторон. Он не дал «неправой победы» ни богатым, ни бедным. Он удержал Афины на краю пропасти.
А через двести лет после его смерти афинский оратор Демосфен скажет: «Солон дал нам законы, и мы живём по ним до сих пор».
А что думаете вы: можно ли назвать Солона «отцом демократии»? Или всё же настоящая демократия родилась позже, при Клисфене, а Солон лишь расчистил для неё почву? Жду ваших мыслей в комментариях.