Куда мир катится?! Я, в святые девяностые просмотрев роман "Чорне та червоне", совершенно не обратил внимания, как и подобает советскому человеку, на раскрытую Стендалем линию классовой борьбы и сословного неравенства. Так нас учили в СССР: все люди равны, а если в древности и были какие-то проблемы с этим, так их дедушкач Ленин отменил ещё в Семнадцатом году. Всё у нас хорошо, не заморачивайтесь. И роман воспринимался исключительно как инструкция "Соблазнить чувиху за Икс свиданий", что было особенно ценно в доинтернетную эпоху, без многочисленных психологов-коучей с ютуба.
Сидишь за партой у окна, глядишь тревожно и туманно,
А за окном стоит весна - Весна по имени Оксана.
Приходит первая любовь, когда тебе всего двенадцать,
Приходит первая любовь, когда ещё нельзя влюбляться.
Нельзя - по мненью строгих мам. Но ты спроси у педсовета:
Во сколько лет свела с ума Ромео - юная Джульетта?!
А теперь?!
А теперь детей в школах на литературе травят Эффективной Историей ((
На днях, событием в нашем инфополе стал вирусный ролик училки с Луцка чи Тернополя, креативно пояснявшей тему "с помощью стула и двенадцати баллов". Стул имеется в виду совсем не тот, о котором на каждом втором канале рассказывают гастроэнетрологи, хоть совсем не заходи туда. Обычный человеческий стул, она ставит возле доски, и говорит: "Дети, кто первый сядет на этот стул - получит 12 баллов":
После секундного замешательства, на стуле оказывается Восьмиклассница, словно бы сошедшая со страниц романа. И песен Цоя.
"- Молодец, Вика, двенадцать обеспечено".
Дети, из вашей реакции я вижу, что вам нужны пояснения. Она просто села на стул - и получила 12, за чтооооо? Разве это - справедливо? даже ничего не учила, не готовила, не прикладывала дополнительных усилий. Она просто была изначально ближе всех к стулу, ибо сидит на первой парте, поскольку имеет плохое зрение.
Это и хотел сказать Стендаль!
Цей стул символизирует: хорошую должность с большой зп и соцпакетом, карьеру, высокое положение в обществе, дворец с прислугой и тачку с водилой. Занять его, пожалуй, не отказался бы никто. Но не у всех, говорит Стендаль, равные стартовые условия. Нету, мол, никакой справедливости и близко!
Вот, разжёвывает училка -
(она сильно упрощает сословную структуру и иерархию, сводя всего к ДВУМ слоям общества, на самом деле их было больше, я сначала хотел вставить более правильную классификацию, из школьного же учебника - уже по истории,но пусть пока так, для примера вполне достаточно):
- первые парты - это "Аристократия". Им, чтобы занять этот стул, не нужно особо напрягаться, учить, готовиться. Они занимают его, потому что с рождения стоят поблизости, в силу своего положения, статуса.
Вторые парты - это "Буржуазия". Они уже сидят несколько дальше от заветного Стула, и явно не успевают к нему. Им необходимо, если хотят выйти в люди, прикладывать дополнительные усилия: много учиться, много работать, проявлять чудеса изворотливости, и молиться чтобы сильно повезло. Тогда они, возможно, смогут хотя бы ненадолго присесть около этого стула, как Жюльен Сорель в рассматриваемой работе.
(она не развила тему, что у нас со времён Стендаля ничего не изменилось, вернее так: успело измениться на 180 градусов в 1917 году, когда ты вчера точил болты на заводе - а сегодня, удостаивая аудиенцией, принимаешь верительные грамоты у послов Китайского Императора:
и затем успело ещё раз на 180 градусов вернуться на круги своя в 1937-м, и это уже до 2091 года, навсегда. Но не будем сейчас цепляться к ней, она и так объяснила достаточно за полутораминутный ролик).
Далее звучат хлопки за кадром, от благодарных учеников, лайки и комменты под роликом - от родителей и неравнодушных граждан.
Так закончилась эта история.
О Любви - ни слова. А ведь это Стендаль. Стендаль!!!
Божечки, куда ж мы катимся.
А ведь я вам давно говорил: учите Эффективную Историю!
Промчались зимы с вёснами, давно мы стали взрослыми,
Но помним наши школьные деньки.
Плывут морями грозными, летят путями звёздными
любимые твои ученики.
И, где бы ни бывали мы - тебя не забывали мы,
как мать не забывают сыновья.
Простая и сердечная, ты - юность наша вечная, учительница первая моя!