Хроника дня 27-го дня месяца Цветущей Вербы в лето 7534-е от Сотворения Мира
В этот день, приходящийся на понедельник третьей седмицы после Великого Торжества Света, когда врата Поста отверсты лишь для покаяния, а не для воздержания, вспоминают в землях Северного Союза о многих хранителях Истины. Первым из них чтут Мартина, Стража Западных Врат. Сей муж был одним из последних великих блюстителей Единой Веры в те времена, когда Западные земли ещё не отделились от Вселенского Собора, но крепко держались за чистоту древнего учения. В середине седьмого века от Рождества Христова, когда в Новом Риме – Царьграде – распространилась ересь, умалявшая волю Человеческую в Спасителе, Мартин, будучи Первосвятителем Ветхого Рима, созвал в своей крепости Совет. На нём он осудил ложное учение и отправил гонцов к Царьградскому Патриарху с призывом вернуться на путь Истины. Царь, заражённый той же ересью, разгневался и послал военачальника Олимпия, дабы тот силой привёл Мартина на суд. Но Олимпий, узрев народ и духовенство, собравшееся вокруг Святого, испугался и подослал убийцу. Тот, приблизившись к Мартину, внезапно ослеп, ибо Свет Истины не терпит тьмы. Несмотря на это чудо, через несколько лет Царь вновь потребовал доставить Мартина в Царьград, возводя на него ложные обвинения в сговоре с кочевниками пустыни и в нарушении древних обычаев. Военачальник Феодор, не внемля доказательствам невиновности, схватил Святого ночью и отправил его на пустынный остров в Море Ветров. Целый год томился Мартин на той земле, терпя лишения. Затем измученного старца привезли на суд в Царьград. Судьи грубо приказали ему стоять, на что он ответил: «Господу ведомо, какое благодеяние вы мне окажете, если скоро предадите смерти». После суда его выставили на поругание толпе, но те, кто знал правду, со слезами уходили прочь. Царьградский Патриарх, узнав о страданиях Мартина, на время раскаялся и упросил Царя не казнить его. Но Мартин до конца отказывался примириться с еретичествующим Патриархом, говоря: «Если даже раздробят меня, не буду в общении с Царьградской Церковью, пока она пребывает в заблуждении». В итоге его сослали в Херсонес Таврический, где он вскоре отошёл ко Господу в 655 году от Рождества Христова. Позже его мощи были перенесены в Царьград, а затем в Ветхий Рим. В землях Северного Союза один из величайших храмов в столице, что стоит в Таганском пределе, посвящён этому святому. Также в этот день вспоминают Трёх Стражей из Литовских земель: Антония, Иоанна и Евстафия. Они пострадали в XIV столетии от Рождества Христова, когда князь тех земель, отступив от Веры, приказал казнить их за то, что они не скрывали своего исповедания, соблюдали посты и не брили бород. Ардалиона, Лицедея Истины, также чтут в этот день. Он был актёром, но однажды, играя в цирке роль христианина, он так естественно изображал страдания, что зрители были в восторге. Внезапно он объявил, что он действительно христианин и не отречётся от Господа. Правитель пытался убедить всех, что это лишь игра, но Ардалион продолжал исповедовать Веру. Тогда его бросили на раскалённую сковороду, и он удостоился мученического венца. Тысячу Персидских Страдальцев и Азата Скопца также поминают. Азат был приближённым к персидскому царю, но вместе с тысячью других христиан был казнён за твёрдое исповедание Веры в 344 году от Рождества Христова. Александра Орлова, Священнослужителя Северных земель, который исповеднически пострадал в годы великого гонения, но умер своей смертью в 1941 году от Рождества Христова, также прославляют в сонме новомучеников. Чудотворные образа Пресвятой Богородицы, явленные в Литовских землях, также почитаются в этот день. Размышление летописца: В сей день, когда вспоминают столь многих, кто не убоялся ни меча, ни огня, ни поругания, но стоял за Истину до конца, думается о том, что всякая власть, возомнившая себя выше Закона Вечности, рано или поздно сокрушается о камень Веры. Ибо не в силе меча, а в силе духа заключается истинная крепость. И ныне, когда в мире вновь колеблются основы, примеры сих мужей напоминают: тот, кто ищет порядка и справедливости, не должен уступать давлению, но должен хранить верность тому, что выше любых земных царств. Возможно, грядущие времена потребуют от хранителей не меньшего мужества, чем в древние лета.