Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Неочевидная наука

Джон Гиббон и 20 лет упорства

1931 год. Молодой хирург Джон Гиббон дежурит в Бостонской больнице. К нему привозят женщину с тромбом в легочной артерии. Единственный шанс спасти её - удалить сгусток крови хирургически. Но для этого нужно остановить сердце, а медицина тогда не знала, как поддерживать жизнь пациента без работающего сердца. Гиббон наблюдал за мониторами всю ночь, видел, как постепенно угасают показатели жизни. Утром женщина умерла. Ей было всего 37. Тогда Гиббон и подумал: что если создать машину, которая временно заменит сердце и легкие? Пока хирург оперирует, аппарат будет качать кровь и насыщать её кислородом. Коллеги сочли идею безумной. Кровь вне тела сворачивается за минуты. Любой контакт с металлом или воздухом её разрушает. Как можно заставить её циркулировать по трубкам, не убив пациента? Но Гиббон не отступил. Вместе с женой Мэри он превратил подвал дома в лабораторию. Они экспериментировали на кошках, собирали аппарат из подручных материалов, чертили схемы по ночам. Первые прототипы были при

1931 год. Молодой хирург Джон Гиббон дежурит в Бостонской больнице. К нему привозят женщину с тромбом в легочной артерии. Единственный шанс спасти её - удалить сгусток крови хирургически. Но для этого нужно остановить сердце, а медицина тогда не знала, как поддерживать жизнь пациента без работающего сердца.

Гиббон наблюдал за мониторами всю ночь, видел, как постепенно угасают показатели жизни. Утром женщина умерла. Ей было всего 37.

Тогда Гиббон и подумал: что если создать машину, которая временно заменит сердце и легкие? Пока хирург оперирует, аппарат будет качать кровь и насыщать её кислородом.

Коллеги сочли идею безумной. Кровь вне тела сворачивается за минуты. Любой контакт с металлом или воздухом её разрушает. Как можно заставить её циркулировать по трубкам, не убив пациента?

Но Гиббон не отступил. Вместе с женой Мэри он превратил подвал дома в лабораторию. Они экспериментировали на кошках, собирали аппарат из подручных материалов, чертили схемы по ночам. Первые прототипы были примитивными: насосы из автомобильных деталей, трубки из резины, оксигенаторы из стекла.

Годы шли. Коллеги смеялись. Научные журналы отказывали в публикациях. Гиббону говорили, что он тратит карьеру впустую.

К 1953 году у него было уже больше 20 версий аппарата. Десятки погибших животных. Сотни неудачных испытаний. Но Гиббон продолжал.

18 мая 1953 года в операционную привезли 18-летнюю девушку Сесилию Бавольяк с дефектом межпредсердной перегородки. Без операции она бы умерла. Обычная операция была невозможна. Гиббон предложил использовать свой аппарат.

Он подключил её к машине. Остановил сердце. 45 минут оперировал, пока аппарат качал кровь вместо сердца. Зашил дефект и запустил сердце обратно.

Сесилия выжила. Первая в истории успешная операция на открытом сердце с искусственным кровообращением.

Прошло 22 года с той ночи, когда умерла его пациентка.

Сегодня аппараты искусственного кровообращения используют в миллионах операций по всему миру. Без них невозможна пересадка сердца, шунтирование, исправление пороков. Благодаря упрямству одного хирурга кардиохирургия стала тем, чем мы её знаем сейчас.

Сесилия Бавольяк прожила ещё долгую жизнь. Вышла замуж, родила детей. Умерла в 2008 году в возрасте 73 лет от естественных причин.