Когда мы говорим о дефиците микросхем, первое, что приходит в голову, — нехватка фабричных мощностей, санкции, перераспределение производства в пользу HBM. Но полупроводниковая индустрия зависит не только от оборудования и кремния. Есть десятки «невидимых» материалов, без которых ни одна фабрика не выпустит ни одной пластины. Фоторезист — один из них. И прямо сейчас его поставки оказались под угрозой из-за событий, которые, казалось бы, не имеют к микроэлектронике никакого отношения.
Цепочка, которую мало кто видит
Ормузский пролив — узкий проход между Ираном и Оманом, через который проходит около 20% мировых поставок нефти. С начала марта 2026 года пролив фактически закрыт из-за конфликта на Ближнем Востоке. Для нефтяного рынка это очевидная проблема. Но при чём тут микросхемы?
Связь — через нафту. Это продукт переработки нефти или природного газа, который служит сырьём для производства специальных химических веществ полупроводниковой промышленности. В том числе фоторезиста, без которого невозможна литография: процесс нанесения рисунка микросхемы на кремниевую пластину.
Цепочка выглядит так:
нефть из Персидского залива → нафта → химические заводы в Японии и Корее → фоторезист → фабрики Samsung, SK Hynix, TSMC → готовые микросхемы.
Разрыв на любом звене останавливает всю линию.
Кто пострадает первым
По данным южнокорейского издания TheElec, крупные японские производители фоторезиста уже предупредили Samsung и SK Hynix о грядущих перебоях с поставками. Именно эти две компании оказались в наиболее уязвимом положении — обе расположены в Южной Корее, критически зависящей от импорта нефтехимического сырья.
Японские поставщики фоторезиста — Tokyo Ohka Kogyo (TOK), JSR, Shin-Etsu Chemical, Fujifilm — контролируют около 90% мирового рынка этого материала. Альтернативных источников за пределами Японии практически не существует. Если японские заводы не получат нафту в достаточном объёме, заменить их продукцию будет нечем.
Почему EUV пострадает сильнее всего
Фоторезист для EUV-литографии — не тот же материал, что используется в старых техпроцессах. EUV-резисты работают с длиной волны 13,5 нм и требуют исключительной чистоты, точности состава и жёстких допусков. Малейшее отклонение в химическом составе — брак целой партии пластин.
Именно на EUV-литографии построено производство самых передовых микросхем: процессоров по техпроцессам 7 нм и тоньше, памяти HBM, ИИ-ускорителей. Те самые изделия, спрос на которые определяет рекордные прибыли полупроводниковой отрасли.
Получается замкнутый круг: ИИ-бум разгоняет спрос на передовые микросхемы → передовые микросхемы требуют EUV-литографии → EUV-литография требует специального фоторезиста → фоторезист требует нафты → нафта идёт через Ормузский пролив → пролив закрыт.
Масштаб проблемы
Перебои с фоторезистом — не первый случай, когда «невидимые» материалы ставили под угрозу мировое производство микросхем. В 2019 году Япония ограничила экспорт трёх ключевых химикатов для полупроводниковой промышленности в Южную Корею из-за дипломатического конфликта. Тогда Samsung и SK Hynix оказались на грани остановки производства и были вынуждены экстренно искать альтернативных поставщиков.
Нынешняя ситуация потенциально серьёзнее: речь не о политическом решении одной страны, а о физической блокировке транспортного маршрута. Перенаправить танкеры в обход Ормузского пролива можно, но это удлиняет маршрут, увеличивает стоимость и сроки доставки.
Что это значит для рынка памяти и не только
Мы подробно рассказывали о прогнозе TrendForce: во втором квартале 2026 года цены на DRAM вырастут на 58–63%, на NAND — на 70–75%. Дефицит фоторезиста может усугубить эту динамику.
Samsung и SK Hynix — два крупнейших производителя памяти в мире с совокупной рыночной капитализацией почти $1,4 трлн. Если их фабрики начнут простаивать из-за нехватки химических материалов, последствия затронут всю цепочку: от серверов для ИИ до смартфонов и ноутбуков.
Для TSMC ситуация менее критична — Тайвань имеет более диверсифицированные маршруты поставок нафты. Но и тайваньский гигант зависит от японского фоторезиста, а значит, косвенно — от тех же самых сырьевых потоков.
Урок для отрасли
История с фоторезистом — напоминание о хрупкости глобальных цепочек поставок в полупроводниковой индустрии. Фабрика стоимостью $20 млрд может остановиться из-за нехватки химического реагента ценой в несколько тысяч долларов за литр. Самый совершенный EUV-сканер ASML бесполезен без фоторезиста, на который его свет должен падать.
Конфликт на Ближнем Востоке казался далёким от мира микросхем. Оказалось — один пролив, одна молекула нафты, одна цепочка превращений — и вот уже под вопросом производство памяти, от которой зависит вся ИИ-инфраструктура планеты.
Полупроводниковая отрасль привыкла считать своими главными рисками санкции, дефицит оборудования и нехватку кадров. Ормузский пролив напомнил: есть риски, которые не решаются ни инвестициями, ни технологиями — только географией и геополитикой.