Если бы кто-то лет 40 назад сказал Антонине Васильевне, что её любимый Серёженька, ради которого она пахала на двух работах и отказывала себе во всём, вот так просто выставит её за порог, она бы ни за что не поверила.
Она помнила его ещё тем мальчиком, которому целовала разбитые коленки и шила ночами костюмы на утренники. Как колбаску и сырок покупала только ему. А сама, стыдно сказать, ходила в штопанных колготках.
Она была матерью-одиночкой. В те годы это клеймо жгло похлеще крапивы, но Антонина Васильевна терпела косые взгляды соседок. Всё ради него. Чтобы Серёжа ни в чём не нуждался.
И вот теперь, на старости лет, она сидит на чужой кухне с одним пакетом вещей и не знает, куда идти.
А ведь всё так хорошо начиналось.
Сергей, её единственный сын, наконец-то взялся за ум. После развода и долгих лет метаний он встретил Светлану.
Тридцатилетняя, красивая, с ребёнком-школьником. Антонина Васильевна сначала напряглась — разница в возрасте, чужой ребёнок... Но сын был счастлив, а для матери это главное.
Светлана оказалась женщиной хваткой. Она быстро взяла быт в свои руки, навела порядок, переставила мебель и даже начала намекать на ремонт. Антонина Васильевна старалась не мешать. «Молодые пусть живут своей жизнью», — думала она.
Но вчера вечером Сергей пришёл домой непривычно серьёзный. Он долго мялся в коридоре, а потом выдал то, от чего у матери потемнело в глазах.— Мам, тут такое дело... В общем, мы со Светой решили расписаться. И жить будем здесь.
— Ну и правильно, сынок, — улыбнулась она. — Я же вам не мешаю.
— В том-то и дело... — он замялся. — Понимаешь, у Светы ребёнок, ему нужно пространство. А ты... ну... тебе будет комфортнее у твоей сестры. Вдвоём веселее. Я буду помогать деньгами, навещать.
Антонина Васильевна смотрела на сына и не узнавала его. Перед ней стоял чужой человек.
— У сестры? Но там же однокомнатная квартира! Мы с ней еле помещаемся! А мои вещи? Мои подруги здесь. Мне эту квартиру на заводе выдали.
!— Мамуль, не выдумывай! — отрезал сын. — Это не обсуждается. Так будет лучше для всех.
Она собрала свои пожитки. Сын на следующий день вызвал такси. Всю дорогу до дома сестры она молчала, глотая слёзы.
А сегодня утром позвонила Света и бодрым голосом сообщила: «Тонечка Васильевна, вы не волнуйтесь! Мы с Серёжей уже кровать вам у сестры в комнату присмотрели, компактную. И шторы новые повесим, чтобы уютно было».
Антонина Васильевна слушала этот щебет и думала только об одном: как же быстро её променяли на чужого человека. Ну, ладно, лишь бы Сереженьки было хорошо...
Подписывайтесь на канал! Заходите чаще! Всем добра!