Я неподвижно стою у двери нашей спальни и смотрю, как муж складывает вещи в чемодан. Он от меня уходит.
В моей руке тест для определения беременности — у нас будет ребенок. Мы шли к этому семь лет.
Семь лет я сдавала анализы, проходила УЗИ, пила таблетки, считала дни, молилась и плакала в подушку, когда от тщетности попыток сдавали нервы.
И вот случилось…
Мне тридцать пять, ему сорок три. Я психолог, он хирург. Взрослые, умные люди.
Тогда что с нами происходит?..
Я знаю, что происходит, но не понимаю, как мы до этого дошли. Даже разбирая события по секундам, я все равно не понимаю.
Сергей закрывает крышку чемодана и щелкает замком. От этого звука дергается сердце.
Прикрываю глаза и сжимаю пальцами переносицу. Я еще могла бы представить себя на месте Сергея — в какой-то похожей ситуации. Но как сейчас — никогда.
Он такой родной… Кажется, мы прожили вместе всю жизнь. Мы столько лет мечтали об этом ребенке, а он уходит в тот день, когда я узнала о беременности.
— Ты же вернешься?.. — спрашиваю, когда он проходит мимо.
Сергей останавливается, я замираю в ожидании ответа.
— Посмотрим, — на выдохе говорит он и на прощание целует меня в лоб.
Сергей уходит, а я остаюсь в нашей спальне, залитой январским утренним светом. В квартире, где все еще витает аромат приготовленных на завтрак сырников.
Я обессиленно опускаюсь на стул.
Я узнала о беременности час назад, в нашей ванной, в которой мы с Сергеем только что чистили зубы, улыбаясь друг другу в зеркале. Обычное субботнее утро.
Я сделала тест, как делаю это уже семь лет, — каждый раз, когда задержка дольше недели. Ждала результата, ни на что не надеясь, — привычная рутина. И вдруг “плюс”.
Внутри все окаменело. Шок был настолько сильным, что в голове промелькнуло: “Может, я ошиблась?” Может, беременность — это “минус”?
Но, конечно, я знала, что означает “плюс”. Я семь лет мечтала его увидеть.
Господи!..
Ну почему сейчас?! Почему не месяцем раньше или месяцем позже? Именно сейчас, в единственный промежуток времени, когда я не могу быть уверена на все сто процентов…
Я думала, что уже понесла наказание. Но нет, этого оказалось мало! И что теперь делать?..
Я села на диван, положила перед собой телефон и зажала ледяные ладони между колен. Я удалила имя Валика из списка контактов в телефоне, но его номер прочно отпечатался в памяти, как шрам.
Сорок минут я сидела вот так, уткнувшись взглядом в экран, не решаясь нажать на кнопку вызова. То брала телефон в руки, то снова откладывала на стол. Мне нужно было решиться и сделать этот звонок до того, как Сергей вернется из магазина.
Я решительно встала. Покусывая губу, прошлась по комнате. Глянула в окно — Сергея не было видно — и нажала “вызов”. Я слушала длинные гудки, нервно полируя ногтями подоконник. В животе от волнения стягивался болезненный узел.
— Привет, — раздался голос Валика.
На долю секунды он вернул меня в ту ночь, в тот коттедж, в ту тишину — и по рукам полетели мурашки. Я прикрыла глаза от осознания того, как Валик все еще на меня действует.
— Валентин… — спокойным, как на сессии, голосом начала я, пытаясь взять себя в руки. Кровь так громко стучала в висках, что я едва слышала свой голос. — Что на самом деле произошло между нами в коттедже?
Он, конечно, не мог просто ответить!
— Почему ты спрашиваешь? — настороженно произнес Валик.
— Это очень важно. Пожалуйста, скажи, — умоляла его я. — Между нами что-то было?
А потом, уловив какое-то движение, я подняла голову и увидела в стекле отражение Сергея. Он стоял в дверном проеме, в куртке, с пакетом из супермаркета.
Я сбросила вызов и медленно обернулась.
Мы молча смотрели друг на друга. Телефон все вибрировал и вибрировал в ладони.
— Я просто хотела убедиться… — пыталась оправдаться я, совершенно по-дурацки притворяясь, что все нормально.
И снова повисла пауза, от которой немели кончики пальцев.
— Ты понимаешь, как это выглядит? — спросил Сергей спокойным, почти ледяным, голосом.
— Понимаю…
— Как можно не знать, была ли ты с другим мужчиной, Лю?
— Я же все тебе рассказала… — ответила я, едва сдерживая дрожь в голосе. — Между нами ничего не было.
— Я просил у тебя только одного — не врать. А ты снова за свое! “Ничего не было”. Но при этом звонишь ему уточнить! — повысил он голос, но тотчас же взял себя в руки.
— В состоянии аффекта! — в отчаянии выкрикнула я. — Я только что узнала, что беременна.
Я нервным движением отключила телефон, по которому до сих пор пытался дозвониться Валик.
— Да, — словно раздумывая, сказал Сергей. — Забеременела именно сейчас, хотя мы пытались семь лет.
— Это… нечестно, — тихо выдохнула я.
Сергей только молча кивнул: да, нечестно. Постоял еще пару секунд и направился в спальню. Я бросилась за ним.
Он достал из шкафа чемодан — тот самый, который мы брали на свадебное путешествие в Индию, — и раскрыл его на кровати.
— Я же на других мужчин даже не смотрела, — в панике говорила я, путаясь у него под ногами, пока он собирал вещи. — Ты же меня знаешь!
Сергей на меня и не взглянул.
— Я думал, что знаю. Но теперь… — Он швырнул в чемодан стопку футболок и потянулся к верхней полке шкафа за свитером, который я подарила ему на прошлый Новый год. — Теперь я не так уверен.
— Пожалуйста, не уходи! — Я обняла его сзади, прижалась щекой к спине. — Когда ребенок родится, мы сделаем тест на отцовство, и ты мне поверишь.
Сергей осторожно расцепил мои пальцы.
— Вот тогда и поговорим.
…Я семь лет замужем за лучшим мужчиной на свете. Я всегда была верной, осторожной даже в мыслях — не потому, что святая, а потому, что мне нужен был только он.
Теперь Сергей ушел, а я осталась сидеть в нашей спальне на стуле, с тестом на беременность, зажатым в руке, совершенно опустошенная, будто выпотрошенная. Странно, что в этой пустоте живет крошечный ребенок.
Все наладится, я знаю. Сергею нужно пространство. Еще неизвестно, как бы я повела себя на его месте.
Мы с Сергеем разумные люди, осознанные до мозга костей. Мы обязательно с этим справимся. У нас все будет хорошо.
«Не крышесносно, не фантастически…» — слышу я в мыслях голос Валика.
А следом — его настоящий голос из-за входной двери:
— Любовь, открой!.. Я знаю, что ты дома.
Он жмет на кнопку звонка, не отпуская, еще и молотит кулаком в дверь.
— Любовь, открой! Дай мне с ним поговорить! Сергей, выйди! Я все объясню!
— Валик, уходи! — пытаюсь перекричать его я, но даже сама себя не слышу.
Приоткрываю дверь на ширину ладони.
— Валик!.. — Но и слова не успеваю сказать — он вламываемся в квартиру. Куртка нараспашку, под ней только черная футболка.
— Сергей, где ты?! — кричит Валик, бросаясь в гостиную.
Он всегда такой — как торнадо, способный снести все у себя на пути. Поэтому я и оказалась на обломках своей семьи. Но ему этого мало.
Валик заглядывает на кухню. Открывает дверь в ванную таким рывком, будто собирался выдрать замок. Потом заходит в спальню — и резко останавливается. Там, на нашей кровати, все еще лежат вещи Сергея, которые не влезли в чемодан.
И вдруг становится тихо-тихо.
Я устало прислоняюсь плечом к дверному косяку.
— Он что… — Валик медленно оборачивается, — бросил тебя?..
И смотрит на меня так, будто я призналась, что питаюсь кровью младенцев.
— Не бросил, — уверенно говорю я. — Просто мы решили какое-то время пожить отдельно.
Валик вглядывается в мои глаза — пытается понять, лгу или нет.
— Ты тоже так решила?
— Да. Я тоже так решила.
Он наконец отпускает мой взгляд. В раздумьях прохаживается туда-сюда по комнате, проводя ладонью по стриженому затылку.
Валик словно изменился за эти три недели. Повзрослел? И не скажешь, что ему всего двадцать два.
— И почему ты так решила?.. — спрашивает Валик, останавливаясь напротив меня.
— Потому что так надо, — лгу я.
Валик снимает куртку и бросает на кровать. Мышцы на руках стали видны отчетливее. Пошел в качалку? Было бы хорошо, ему нужно почаще выпускать пар.
Он оглядывает спальню, уже без спешки, основательно, задерживаясь взглядом на мелочах. Книга “7 принципов счастливого брака" Готтмана на моей прикроватной тумбочке, наше с Сергеем свадебное фото в рамке на комоде. А возле фотографии — тест на беременность.
Валик берет тест в руки, крутит, рассматривает. Даже думать не хочу, что у него на уме.
— Он бросил свою беременную жену, потому что так надо. Невероятно…
Почему мне так больно от его слов?..
Валик кладет тест на место и садится на кровать, сцепив руки в замок. Молча смотрит на меня. Я жду, что он начнет давить, начнет чего-то требовать. А он просто спрашивает:
— Ну ты как?..
И от его голоса, от его искренности к горлу подкатывают слезы.
Я их не ждала, я к ним не готова. Зажмуриваюсь, а они скапливаются в уголках глаз.
— Эй, ты чего?.. — взволнованно спрашивает Валик.
Слышу, как он вскакивает с дивана, опускается передо мной на колени.
Он заботливый и любящий. Но своей заботой и любовью он разбил меня вдребезги. И продолжает топтаться по осколкам — тоже с заботой и любовью.
— Да чего реветь-то? У тебя же будет ребенок! Ре-бе-нок, — проговаривает он по слогам, заставляя меня улыбнуться. — Дочка или сын... Эй, Любовь, посмотри на меня.
Я поднимаю голову и вижу его так близко… У него обеспокоенный взгляд, а на губах улыбка. Возле рта появилась тонкая задумчивая складка — раньше ее не было.
— Ты семь лет этого хотела, а теперь ревешь?.. — Валик большим пальцем стирает слезу с моей скулы.
— Это все гормоны. — И я вдруг тоже улыбаюсь.
— Ну… значит, Сергею будет непросто. Но кто сказал, что должно быть просто? Вот ты говорила? — улыбаясь, он вглядывается в мои глаза.
Я мотаю головой.
Валик как торнадо, правда. Но сейчас рядом с ним мне спокойно — потому что я в его эпицентре. Когда Валик так близко, все затихает, только сердце колотится, будто чужое.
— Во-о-от!.. — Он по-дружески сжимает мое плечо. — Ну, давай его номер, я с ним поговорю.
Номер Сергея?!
— Ни за что. Без вариантов, — напрягаюсь я.
— Ладно, — легко соглашается Валик. — Он все равно вернется. Просто так будет дольше.
Валик поднимается, будто собирается уходить. Я встаю следом. И мы оказываемся очень близко друг к другу, почти вплотную, в этом наэлектризованном коконе.
В меня просачивается его запах, который я до этого будто не чувствовала, — наверное, потому что ревела. От него в прямом смысле слова подкашиваются ноги. Я хватаюсь за локоть Валика. Он, придерживая меня, прижимает к себе. И наши губы почти соприкасаются.
А потом соприкасаются на самом деле.
И снова, как когда-то на сессии в моем кабинете, возникает крохотная заминка, когда я еще не могу осознать, что происходит, — ведь мы только что говорили о Сергее. После такого поцелуй невозможен… Но Валик уже обхватывает мой затылок теплой ладонью...Боже…
Я прихожу в себя и со всей силы его отталкиваю. Валик застывает напротив меня, его грудь ходит ходуном.
— Ты что творишь?! — ору я.
— Что я творю?.. — звенящим от эмоций голосом переспрашивает Валик.
Он смотрит на меня с отчаянием и абсолютным непониманием.
— Я же тебя услышал! Я удалил тебя из своей жизни — без заморозки! Ты хоть знаешь, каково это? — бросает он мне в лицо. — Я больше не рисую! Я грузчиком работаю! А ты… Ты мне позвонила! И теперь «что ты творишь?» Это что ты творишь?!
— Не надо истерик, — ледяным тоном прошу я, прожигая его взглядом.
— Истерик?.. — У него на скулах ходят желваки. — Знаешь… я испортил тебе жизнь, признаю. Но и ты ее себе испортила. И продолжаешь… — Валик сжимает челюсти, будто заставляя себя замолчать. — Ты же сейчас тоже это чувствовала — когда мы целовались.
— Когда ты меня… — пытаюсь исправить его я.
— …тоже чувствовала! — перебивает меня Валик. — И все равно выбираешь мужа. Мужа, который оставил тебя! Одну! Беременную! — Он отворачивается ко мне спиной и с силой сплетает пальцы на затылке.
Я смотрю на него и не могу насмотреться. Моя безумная дофаминово-окситоциновая зависимость. Хорошо, что у меня есть семья — Сергей и мой будущий ребенок. Они мои якоря. Иначе меня бы затянуло в это торнадо. А потом бы швырнуло куда-нибудь на скалы.
— Валик… — Я подхожу к нему почти вплотную. Он чувствует это и поворачивается ко мне, будто стрелка компаса на север. — Валик… — Я касаюсь ладонью его щеки.
Он замирает, смотрит на меня как-то ранено. Потом осторожно накрывает мою ладонь своей.
— У меня муж, — ласково продолжаю я. — И у нас с ним будет ребенок. Пожалуйста, уходи. Если ты действительно желаешь мне счастья, уходи. И больше не возвращайся.
Он сжимает мою ладонь, мучительно долго ее держит, а потом опускает. Ждет еще несколько бесконечных минут и наконец, взяв куртку, уходит. Хлопает входная дверь.
Я беру влажные салфетки, опускаюсь на пол и начинаю вытирать следы от его ботинок.
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Разводись, любимая!", Лена Лето, Мария Птахова ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1