Услышал сейчас в интервью Шейнину бывшего на СВО: «Им кричишь: сдавайтесь! Они отвечают: русские не сдаются!» И объясняет деньгами, вложенными США в перевоспитателей. – Ерунда.
А что не ерунда?
Надо признать, что идеалы искусства разделяются на искусственные и естественные. Надо признать, что искусственные – это осознаваемые, а естественные – подсознательные. Надо признать, что естественные – по Шмиту – в веках повторяются в одной и той же последовательности друг за другом по синусоиде, разворачивающейся во времени между полюсами «коллективизм» и «индивидуализм». И что ими порождаются произведения неприкладного искусства. Которые (единственные, кроме личного примера, что уже за пределами искусства) испытывают сокровенное человека непосредственно и непринуждённо. И потому очень сильно действуют воспитательно. Надо, затем, признать, что естественные идеалы бывают экстремистские и обычные. Надо признать, что экстремистские противоположны: христианоподобные – коллективистские и ницшеанские – индивидуалистические. И надо признать, что экстремистские – за исключительность своих сторонников. И надо признать, что все идеалы присущи всем народам. Надо затем признать что упомянутых синусоид несколько по качеству: большие и маленькие. При язычестве – индивидуалистская волна, при христианстве – коллективистская волна. И надо признать, что крайности – сходятся. И может случиться перескок из христианина в язычника. Это случилось с немцами, ставшими фашистами. Им Гитлер только что не успел внедрить иную религию, чем христианство. На что-то тибето-скандинавское он целил.
И на какой струне играл? На исключительности.
Кому не лестно быть исключительными?
Христиане принимали подвижническую смерть, зная, что попадут в рай за свою исключительность.
Но и ницшеанцы за исключительность (язычники, когдатошние, и нынешние, верящие в метафизическое иномирие, как бы антихристианский тот свет).
Это трудные веры для обычных людей.
Но в них могут впасть и украинские русские. Исключительность же. Сверхчеловеки. Они не боятся смерти. Как и русские из христианских и христианоподобных убеждений.
Так, чтоб понимать, как украинские русские впали в такую крайность, надо узнать, какими произведениями неприкладного искусства их «кормили».
А не. Это беззубое интервью у участника СВО.
Он воевать умеет, а не проводить искусствоведческое исследование, для которого нужны совершенно особые разведданные.
