— Ты даже ужин нормальный приготовить не можешь! Опять эта паста с морепродуктами, сплошное баловство, а не еда.
Голос Людмилы Николаевны звучал на всю кухню, заставляя Ольгу глубоко вдохнуть, чтобы сохранить спокойствие.
Спина ныла после долгих часов работы, но сегодня усталость отступала на второй план. Внутри Ольги зрела холодная, расчетливая решимость. Она больше не собиралась терпеть эти бесконечные поучения на своей территории.
Олег сидел за столом, листал ленту новостей в телефоне и привычно делал вид, что критика матери его совершенно не касается. Он ждал ужина, уверенный в своей полной безнаказанности.
Ольга вытерла руки полотенцем и повернулась к свекрови. В кармане ее домашнего кардигана лежала распечатка из банка, которую она сегодня днем лично забрала в отделении.
Она не стала устраивать скандал утром, когда случайно увидела уведомление на планшете мужа. Ольга поступила умнее: поехала в банк и заказала полную выписку по их совместному счету, куда они откладывали деньги на ремонт.
— Я готовлю то, что считаю нужным, — ровным тоном ответила Ольга. — Но раз уж мы заговорили о семейном бюджете и тратах, у меня есть вопрос поинтереснее рецепта пасты.
Олег наконец оторвался от экрана. Ему явно не понравился тон жены.
— Оль, ну хватит. Мама просто высказала мнение. Давай ужинать.
На кухне стало неестественно тихо. Только монотонно гудел холодильник в углу. Ольга достала из кармана сложенные листы и положила их на стол прямо перед мужем.
— Объясни мне, Олег, куда вчера исчезли все наши накопления? И почему на твое имя внезапно оформлен крупный потребительский кредит, платежи по которому превышают твою зарплату?
Олег моргнул. Его лицо вытянулось от удивления, а глаза нервно забегали по сторонам. Он явно не ожидал, что жена так быстро проведет расследование.
— Я... я собирался тебе сказать. Это для дела.
Но Ольга смотрела не на него. Она смотрела на свекровь. Людмила Николаевна вдруг суетливо начала поправлять края скатерти, избегая прямого взгляда. Ее былая уверенность куда-то испарилась.
— Надо же, какое важное дело, — тихо, но твердо произнесла Ольга. — Я сегодня не поленилась и позвонила застройщику, которому ушел перевод. Вы купили Людмиле Николаевне студию в новостройке. За мои накопления и под кредит, который планировали гасить из моего дохода.
Олег сглотнул. Он открыл рот, но не смог подобрать слов. Зато голос прорезался у его матери. Защищать свои интересы было ее главной задачей, и она решила пойти в наступление.
— А что ты хотела? — громко заявила свекровь. — Мы семья! Мой сын имеет право распоряжаться общими деньгами! Мне нужно расширяться, а вы молодые, еще заработаете! Ты вообще должна быть благодарна, что он с тобой живет!
— Мам, подожди... — попытался остановить ее Олег, поняв, что ситуация выходит из-под контроля.
Но Ольге больше не нужны были их оправдания. Пазл сложился идеально. Муж втайне лишил их финансовой подушки, а его мать руководила этим процессом, сидя на кухне Ольги и критикуя ее еду.
— Вот пусть ваш сын теперь вас и содержит, Людмила Николаевна, — абсолютно спокойно ответила Ольга. — Вы нашли друг друга. Идеальный тандем.
Она прошла в спальню, достала с верхней полки вместительную дорожную сумку. Ольга не стала устраивать истерик и портить имущество. Она аккуратно, но быстро сложила базовые вещи мужа: документы, ноутбук, несколько рубашек и бритвенные принадлежности.
Застегнув молнию, она вынесла сумку в коридор и поставила ее у входной двери.
— У вас есть десять минут, — ее голос звучал твердо. — Одевайтесь. Оба.
— Ты не имеешь права меня выгонять! — возмутился Олег, вскакивая из-за стола. — Мы в браке! Я здесь живу!
— Эта квартира досталась мне в наследство от дедушки до нашего брака, — отрезала Ольга, опираясь на дверной косяк. — Ты здесь только зарегистрирован. Завтра же я подам заявление в суд на твою выписку и раздел твоих тайных кредитов. А сейчас ты берешь сумку и уходишь.
Олег суетился в коридоре, пытаясь перевести все в шутку, просил остыть и поговорить завтра. Но Ольга просто открыла входную дверь, молча указывая на лестничную клетку.
Свекровь продолжала возмущаться, грозила бумерангами судьбы и судами, но к выходу продвигалась довольно быстро, подталкивая растерянного сына в спину.
Когда за ними закрылась тяжелая металлическая дверь и щелкнул замок, Ольга выдохнула.
Она прошла на кухню, собрала со стола тарелки с нетронутым ужином и загрузила их в посудомоечную машину. Затем налила себе стакан прохладной воды с долькой лимона и села у окна.
В квартире стало удивительно тихо. Исчезло постоянное напряжение, ушло чувство вины за неидеальный быт. Впереди ее ждал бракоразводный процесс, работа с юристами и бумажная волокита.
Но сейчас она смотрела на вечерний город, пила воду и чувствовала глубокое, ровное спокойствие. Она вовремя защитила свои границы и свое имущество. Ольга вернула себе контроль над собственной жизнью.