Кузнецов задохнулся. Стало больно и горько. Как какой-то лекаришка позволяет ему такое говорить?! Пусть даже московский! Гнев стал разливаться по голове.
– Мне всё равно, кто я!
– А кто Вы? – немедленно спросил Глеб, заметивший, как презрительно изогнулись губы Кузнецова. Он понял, что человек в Майоре умер. – Почему же Вы не спрашиваете это? Алкапыв готов Вам рассказать.
Неожиданно для всех лицо Кузнецова заострилось, пожелтело, глаза стали чуть светиться, а губы растянулись в презрительной усмешке, обнажив острые, как у акулы, зубы. На глазах у всех произошла полная трансформация. Человек исчез.
– Я знаю, кто! Я результат греха! – «Чужой», осмотрев всех, скривился. – У людей много грехов, нужно чистить и чистить людской род.
– Зачем? – Глеб, превратившись в оркена, напомнил ему. – Ты же когда-то клялся их защищать.
Он рассчитывал, что то, что Кузнецов-человек даже с извращенным мышлением был когда-то воином-защитником, и это поможет ему справиться с программой «Чужого», но бывший майор хищно осмотрел всех и снисходительно улыбнулся.
– Защищать? Хм… Мне защищать? Как ни странно, но ты, сопляк, прав! Скoтuнy надо защищать. Только селекция нужна. Такие, как ты, только помеха в людском стаде. Люди должны стать покорными. Они наша пища! Спрашиваешь, кто я? Теперь я знаю, кто! Я загонщик для скота! – изо рта «Чужого» появился длинный чёрный язык.
Он не успел договорить, так как Папазол резко произнёс:
– Прах! – на месте бывшего майора лежала кучка серого пепла. Магистр хмыкнул. – Итак, мы увидели терминальную стадию, созданную гачами. Это что-то абсолютно новое. Загонщик? Надо передать всем коллегам-охотникам на гачей. Вы поняли? Гачи изобрели новых особей для защиты колоний. Если у них раньше были производители и рабочие особи, то теперь они стали специализировать рабочих особей, как у некоторых муравьев. Майор пример этого. Хорошо, что у нас есть его генетический материал. Теперь надо всем, кто работает по гачам, разослать его генетический материал, и они тогда смонтируют возможные фенотипы, чтобы сразу узнавали таких загонщиков.
– Да уж! Хорошо, хоть сохранилась кровь для анализов, которую брал Филипп! – вздохнул Алкапыв, куда-то позвонил и стал, как и Полковник, бормотать цифры.
Ксен выскочил на кухню и вернулся с блестящей кастрюлькой.
– Магистр! Надо бы это убрать. Мне кажется , что даже прах таких трансформантов опасен.
– Ты прав, но это должен сделать некромант, – Папазол кивнул и повернулся к Пуху. – Работай, ученик!
– Я?! Ой! Сейчас! – Пух разволновался, но раз ему доверили, значит, надеются на него.
Он понимал, что этот прах опасен. Несколько секунд он размышлял, потом выскочил на кухню и притащил оттуда поднос, лопаточку для переворачивания выпечки и веничек из вороньих перьев, который висел там на стене. Осторожно смёл и ссыпал прах в кастрюлю, подсунутую Ксеном, пользуясь веничком и лопаточкой. Щёлкнул пальцами, веник и лопаточка, превратились в чёрную пыль.
– О! – дружно воскликнули ребята, восхищённые им.
Пух, побелев от напряжения, даже не услышал их. Поставив кастрюлю на поднос, он мрачно произнёс:
– Стань истинным! Дай знания! – Пух ойкнул и осел на пол, держась за правый бок.
Кастрюля исчезла. Папазол и Алкапыв мрачно рассматривали горсть серой соли, лежавшей на подносе, которая почему-то была покрыта инеем. Пух горестно прошептал. – Это не я иней сделал. Простите, магистр! Сам не знаю, как это получилось.
– Это я, так сказать, сделал! – сообщил Кеша. – Я побоялся, что ты сожжёшь руки.
– Дальше! Работайте дальше! – строго проговорил Папазол.
Фил принёс пол-литра крови и заставил ученика некроманта выпить.
– Не спорь, и думай, что организм надо беречь!
Кеша, положил другу руки на виски, через минуту Пух встал, теперь он знал, как тратить энергию, не истощая половину запасов гликогена в печени. Все переглянулись, потому что он превратился в дроу.
– Покажи, что скрывалось! – приказал Пух.
Соль странно распределилась по подносу. Папазол переглянулся с Болюсом.
– Какие-то буквы, – проговорил озадаченно Пух, опять став человеком. – Я поищу в Интернете какой-нибудь шифровальщик.
– Не ищи! Мы знаем, что это, – остановил его Болюс и отвернулся к окну.
– Не хочешь говорить? – воззрился на него Алкапыв.
Болюс сердито засопел.
– Не могу понять! Я был убеждён, что проблема решена. Это письменность «найги». Только непонятно, что имеется в виду,
– Ты прочти! – заволновался Алкапыв. – Мы попробуем разобраться. Поверь, мы сможем!
– Ыпхэрк чои марч ирта, – гортанно произнёс Болюс и опять вздохнул. – Буквальный перевод звучит так – «Тень от слезы солнца».
Алкапыв посерел, а Глеб рявкнул:
– Болюс! Ты что замолчал?! Кто такие «найги»?! Чем это грозит Земле?! Давай, рассказывай!
– «Найги» создали гачей для определённых целей, – угрюмо проговорил Болюс. – Им нужна территория… Кхм... Вся планета.
– Что? Им нужна Земля? Тогда почему убивают людей? Люди же – ресурсы! – усомнился Глеб.
– Это не первый мир, в котором гачи уничтожали разумных! Им нужны ресурсы планеты, а разумные – это тоже ресурс, возобновляемый. Они готовили сделать из них домашнюю скотину, правда, только из покорных, – горько проговорил Папазол.
– Господи! Они нападали и на вас? – догадался Кешка. – Вы, поэтому так переживаете за нас?
– В нашем Мире, мы тоже воевали с гачами, и там они такое творили… – Болюс поперхнулся и замолчал.
– Ну-с, попробуем понять, что за гачи у нас, на Земле? – нахмурился Полковник, потом хлопнул себя по лбу. – Чёрт, это – зачистка!
– Гачи ждут «найги». Я прав? – прорычал Ксен.
Болюс проворчал:
– Уже, нет! Им помешали «норт». Это тоже цивилизация. Они воевали с «найги». Похоже, «норт» грохнули всех «найги» в этой галактике, а может не только в ней, и теперь гачи сами по себе. Мы это узнали от того, кто руководил проектом «норт» на Вайрине, когда освободили его.
– Ещё и «норт»?! – Глеб стал оркеном. – Это пришельцы, что ли? Папазол, а что нужно «норт»? Здесь что, корабль пришельцев где-то рядом сел?
– Ослы! – прошипел Папазол, не отвечая Глебу. Он пропрыгал круг по комнате, потом взвыл. – Болюс, помнишь корабль чистильщика? А если здесь тоже был такой корабль? Только очень давно! А если гачи нашли здесь корабль «норт» и решили воспользоваться им?
– Да-а, это бы всё объяснило! – Болюс пригорюнился. – Ну что за гaдствo! Мы тогда же ничего так и не выяснили толком от того компа корабля, а он фырх и улетел.
– Ну-с, это Вы что-то накосячили? – уставился на них Полковник.
– Это не наши косяки! – возмутился Папазол.
– Сильное заявление, но нужно продолжение! – Глеб хмыкнул и кивнул некромантам. – Мы доверяем тебе, магистр! Расскажи всё, что имеешь право, что не повредит этому Миру. Ведь ты из-за этого молчишь?
Папазол забрался с ногами на кресло, обнял колени и быстро заговорил:
– Эту галактику создавали «норт». То ли у них был какой-то план, то ли они выполняли план кого-то. Как я теперь понимаю, что кто-то, не сами «норт», исправил шерховатости. Возможно, это – творец всего сущего, ну или я не знаю, как его назвать. В результате, появился веер миров, связанных друг с другом, какими-то порталами, а для каждого Мира появились вероятностные реальности, существующие, но разделенные временем, – переждав дружное «О!», он продолжил. – На Ваирине «норт» оставили координатора. Нам удалось с ним договориться, и теперь координатор стал частью нашего Мира. Как я говорил, у «норт» есть враги – «найги». Мы так и не поняли, кто такие гачи. То ли «найги» сами ими стали, то ли они их производные. «Найги» – это, по сути, планетарные вирусы, потрошат планету, оставляют мертвый шар и уходят дальше.
– Магистр! – прошептал Пух. – Вы думаете, что гачи одновременно напали на оба мира?
– Не знаю! На Ваирине мы практически уничтожили гачей, – Папазол выпалил это и угрюмо нахохлился. – Хотя теперь, я и не знаю, уничтожили ли? Ведь гачи всё время приспосабливаются!
Алкапыв походил по комнате, рассматривая всех. Его немного знобило – пришло время, к чему его род готовился из века в век. Он оказался здесь не случайно! Прошло столько веков, что всё почти забыли. Однако, как, оказалось, забывать было нельзя. Покашлял, привлекая внимание. Все настороженно уставились на него.
– Думаю, я знаю еще кое-что. Всё это началось очень давно, – шаман покусал ус над губой. – Я на четверть гольд. Это маленькая народность на востоке Сибири. Нас всегда мало, и мы ассимилировали с другими народами Дальнего Востока. Чистых гольдов почти не осталось, немногие из нас помнят свои легенды и прочее. Я, наверное, теперь один знаю почти все легенды гольдов. Дело в том, что моя родная бабушка была великим шаманом гольдов. Она многое рассказывала мне в детстве. Многое в виде сказок, многое в виде песен. Именно она настояла, чтобы я учился на врача, сказав, что, видимо, время стёрло тени и можно жить свободными. Я поэтому уехал в Санкт-Петербург, а оказывается, она ошиблась. Тени появились опять.
– Тени… – повторил Севка. – А не та ли это, тень, о которой гласит надпись гачей? Вообще, почему появилась эта надпись? И при чём тут Курочка Ряба?
– Э-э… Мы тоже кое-что знаем, – объявил Кеша и, смущённо засопев, посмотрел на всех. – Прошу, дослушайте! Хотя это и кажется странным… Так вот, мы в одной игрушке, компьютерной, прочли целую библиотеку в одном из заброшенных замков некромантов.
– Давайте об игрушках потом! – раздражённо выдохнул Мелетьев.
– Нет-нет! Вы должны выслушать меня! Кто-то на Земле, кроме нас, знает об этом. Я про угрозу, – Кеша прошелся по комнате. – Юрий Петрович, послушайте! Вы не понимаете! Многие РПГ очень продуманы… Там целые миры! Я в игре «Тёмные воды» нашёл в какой-то книге из этой заброшенной библиотеки странную историю о том, что появится тень, меняющая время и реальность. Я тогда ещё удивился, чтобы всё прочесть, надо было сначала сжечь книгу, а потом потребовать показать истинное знание.
– Ну-с, и что? – Полковник недоумевал, не столько из-за рассказа, сколько от того, как выглядел Кеша, того трясло, и он тяжело дышал.
– А то, что в игре не было ни одного квеста, в связи с этим. Мы решили, что это какой-то баг. Кстати, сжечь книгу сразу не удалось. Я проходил игру рыцарем и чуть не треснул, пытаясь сжечь книгу. Прикиньте, только, когда нашел пьянствующих торговцев, отдал им все свои артефакты и потом бросил книгу в костер. Загорелась страница, я прочел про тень, и книга восстановилась. Сколько я потом по-разному не пробовал перечитать, чтобы узнать подробности, не получалось. Я даже загрузил игру заново, но с приветом – это задание исчезло. Вот я и решил, что это - баг.
– Старая игра? – поинтересовался Глеб, который терпеть не мог компьютерные игры, а теперь жалел, что упустил возможность получить информацию.
Кеша кивнул.
– Довольно старая. Она как-то не очень долго просуществовала, потому что там очень долгое и нудное начало. У половины игроков просто терпения не хватало доиграть до брошенного замка некромантов.
– Ну-с, можно предположить, что кто-то давно пытался что-то сообщить. Но, о чём? О «тени»? Что это за тень? – пробормотал Полковник.
– Я не знаю, но это стоит принять во внимание, – Алкапыв покачал головой. – Послушайте, у моего народа есть одна очень старая легенда. Если не найти «слезу солнца», то «тени ночи» откроют мир, для пожирателей людей. Я думал сначала, что речь идёт о вампирах, но дорги меня убедили в обратном. Они давно защищают этот мир. Точнее свой мир! Конечно, не все, они же разные, как и люди, но тех, кто забывается, дорги стараются сами вычислить и остановить. Надо понять, что произошло? Почему гачи решили изменить себя.
– Последнее объяснить можно, – севшим голосом произнёс Полковник. – Гачи – это группа зачистки, которая решила здесь обосноваться навсегда. Они решили этот мир благоустроить под себя.
– И они что-то придумали очень хитрое. Не зря же, они прятали документ эпохи Тимурленга, – заметил Ксен и замолчал, размышляя. Глеб, как всегда в таких случаях, вцепился в его виски, накачивая энергией. Ксен, тряхнув кудрями, встал. – Я тоже понял! Здесь нет корабля «норт»! Иначе, за каким дьяволом гачи прятали исторические документы людей? Что им не хватило бы информации из бортовых компьютеров корабля? Так что этот корабль искать не имеет смысла!
– Алкапыв, а что говорится в Вашей легенде про «тени»? – спросил Сева.
– Вот в чём проблема. Не рассказала бабушка мне её. Помню, она пела о лунных волках, гонящихся за предрассветными тенями прошлого. Знаю, что только лунные волки способны уничтожить тени.
– Время гулять! Да! Именно! – Глеб вскочил. – Вот почему она сказала, что время гулять. Мы можем что-то сделать, потому что наступило для этого время. Теперь главное – не отшибиться. Ведь нам не сказали, когда оно наступит, или, что оно наступило.
– Ты прав, – Алкапыв оглядел всех. – Кое-что бабушка всё-таки рассказала. По легенде лунные волки нашли Айрын-куран и разорвали его, и чёрная река зависти вытекла. Тогда «слеза солнца» зажгла северное сияние, чтобы волки нашли дорогу к рассвету, чтобы «тени» не смогли погасить солнце.
– Вот оно что! – Ксен сжал кулаки. – Вот почему во всём мире дорги, растят охотников на гачей. Эти твари действительно прилетели очень давно. О них знали, но дошло до настоящего времени всё обрывками.
Папазол, как всегда в минуту сомнения, залез верхом на Болюса и стал переплетать его косы, тот, не обращая на это внимания, задумчиво раскладывал на столе забор из вилок, захваченных со старой квартиры. Наконец, Папазол объявил:
– Осталось три неразгаданных загадки.
– Кто бы сомневался? – проворчал Болюс и содрал его с себя.
Прыгая по комнате и не замечая внимательного взгляда Алкапыва, Папазол немузыкально начал выть мотив песни «Куда уходит детство».
– Ы-ы-ы…
Шаман пристроился к нему и, стуча в откуда-то взятый бубен, подвывал:
– Говори, говори!
Папазол, сложив руки перед грудью, как оперный певец, надрывался:
– Откуда это шарфик, чтобы его? Отку-уда? Ы-ы?! А Верме-ель? Откуда этот гад взял заклятье? Ы-ы?! Его дядя, что-то знал или нет? Откуда дядя всё узнал? Ы-ы! А зачем Либлих про флейту насвистел? Он нам что-о-о хотел сказать? Ведь хотел, мне не показалось! Ы-ы? А жрица сюда примчались, зачем? Ы-ы? Почему нам не сказали про них в Храме? Не знали? Это как они могли не знать?! Ы-ы… Почему же с Сумеречного ничего не сообщили? Ы-ы? Это что же я упустил-то, ы-ы?
Их Альма присоединилась к концерту и стала подвывать. Болюс принялся вилками стучать по стаканам, закрыв глаза.
Спецназовцы чувствовали себя несколько неловко, но заметив, что все остальные относятся спокойно к этому действу, принялись завтракать. Не то чтобы они хотели есть, просто организм никак не смог справиться с таким объемом информации и решил поправить здоровье.
Последствия музыкального выступления были необычными. Глеб и Ксен улеглись на пол, закрыв глаза, а Фил стал мотаться по комнате, стеная:
– А я-то, я-а-а-а?! Что же я-то тогда заметил? Что? Видел же что-то? Что-о?! – Дон отловил его и усадил за стол. Фил хряпнул стакан чая и возопил, тряся Дона за плечи. – Почему?!
– Не понял! – тот тоже выпил чаю. – Не вопи, а поясни.
– Что ты сделал?! Что?! Почему Либлих пожалел тебя?
Дон пожал плечами.
– Потому что сказал, что бывают обстоятельства сильнее человека, и человек способен исправить их потом.
Фил вцепился в патлы и осмотрел комнату.
– Майор не врал, а я не обратил внимания! Да! Либлих же абсолютно одинок! И Дон! Либлих нам помог, но как?
Дон, фыркнув, превратился в акера и ушёл к Альме, та сочувственно облизала ему морду. Фил, махнув рукой, уселся на пол, обняв его и Альму.
Спецназовцы переглядывались, такое и с ними бывало, когда они не могли найти правильное решение. Поэтому и они молча пили чай, но чуть не захлебнулись, когда Папазол неожиданно опять залез на плечи Болюса и стал качаться. Было непонятно, как они оба не падают.
Полковник, тихо бормоча себе под нос, встал, побродил по комнате, а потом принялся стучаться головой о стену. Алкапыв остервенело общипывал, собранные со стены перья, приговаривая «Ах-ах-а-ха-ха!». Пух и Кешка тихо в два голоса пели «Чижик-пыжик», остальные пацаны задумчиво резали колбасу, превращая её в фарш, потом принялись за огурцы.
Спецназовец Степан тихо спросил Ника:
– Часто у вас так бывает? Нет, нам говорили, что у Полковника прикольные ребята, но что-то нам не по себе.
– Вы парни на чай налегайте и не обращайте внимания, – посоветовал Ник и хохотнул. – Чудят, так как застряла каменная чаша, и выходить не хочет. Пока они не додумаются, мы не двинемся.
– Куда? – Степан внимательно посмотрел на него.
Леонид покивал им.
– Ты молоток, что понимаешь, что речь идет не о доверии. Просто все упёрлись именно в этот вопрос. Вот они и маются, чтобы понять! Куда идти?! Они что-то нащупали, но не знают, что. Переживать с ними вместе бесполезно, поэтому надо им помочь – не мешать переживать.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: