В небольшой, уютной кофейне пахло корицей и обманом. Вера сидела за столиком, помешивая ложечкой остывший латте. Она наблюдала за мужем так, как обычно смотрела на актёров во время прогона неудачной сцены: с лёгким прищуром и пониманием, что придётся всё переделывать. Или менять исполнителя. Егор нервничал. Это было видно по тому, как его крупные, привыкшие к работе с металлом и пластиком пальцы теребили бумажную салфетку, превращая её в мохнатый комок. Он был красив той грубоватой, мужской красотой, которая с годами либо бронзовеет, либо оплывает жиром. Пока он держался на грани. — Вер, ну ты же понимаешь, — начал он, стараясь придать голосу бархатные нотки сожаления. — Объект горит. Заказчик — зверь. Там санузлы из итальянского мрамора, если я сейчас улечу, они там без меня такого наворотят... Трубы золотые, а руки у бригады — крюки. Вера молчала, выдерживая паузу. В театре пауза — это инструмент. В жизни — оружие. — Мы планировали этот отпуск полгода, — тихо произнесла она. — Турция
Публикация доступна с подпиской
Лучшие рассказы каналаЛучшие рассказы канала