- Нет, - говорю, - мне все задуманное не осилить.
Я втыкаю колышек в землю (тот самый, с птичкой на шаре) и бережно подвязываю к нему колючие лапы можжевельника Хорстманн. Лапы колются, но это совсем не больно, словно разыгравшийся ребенок, забывшись, щиплет за руки. Муж сидит рядом же на скамейке, ест крашеное яичко и вытряхивает из калош на рыбьем меху опилки.
- Я столько всего придумала, - продолжаю я свою упадническую мысль, - да и не только придумала, а это все надо сделать, но никак не успею.
- Значит придется тебе два века жить.
- Легко сказать. А я планировала все за одно лето сделать.
Не правда ли, это ошарашивающие мысли для любого садовода? Где та узда, что усмирит нашу фантазию? Где тот мудро нашептывающий голос, который снимет все бремя "надо" и выдуманных обязательств и вернет нас к разумному балансу? Лично у меня только зимний синдром голодных глаз, маниловских идей, а потом - внезапно - суровая реальность в виде рабочей недели, глупого светового дня и каких-то совершенно лишних потребностей в еде и сне. А еще же спина. А еще же усталость. Вы слышите, как закатываются мои глаза, ведь если бы не все это, ничто не смогло бы остановить страстного садовода?
В первые два-три года владения нашим участком мы, городские жители, косили серединку, не посягая на окраины, любовались живой изгородью из крапивы и лопуха (и едва ли были менее счастливы). Потом я стала думать, как бы от этой крапивы закрыться и... Пришла к выводу, что проще косить и ее. Так в саду появился сначала бензотриммер, а потом и холм, и вход в лесок.
Я сидела на этом холме на закате и любовалась постепенно окрашивающимся небом. Налево я не смотрела. Там, за сарайчиком и скромными молодыми елочками царство крапивы, татарника, вековой слой ржавых банок и каких-то гнилых досок. По всей видимости, задолго до нас это место уже перестало интересовать людей.
Последние три года я решала проблему по-своему: косить и убирать еще и там? Увольте! И я стала сажать деревья и кустарники, чтобы закрыть этот закуток. Но все изменилось нынешней осенью, когда внезапно мне пришла в голову гениальная идея: сделать круговой маршрут по саду. Поднимаешься на холм, заходишь в лесок, который носит гордое название Секретного сада, выходишь на поляну (которая именно этот мусорно-крапивный закуток и есть), проходишь под сенью елей и лиственниц (самая высокая из которых сейчас мне по плечо) и снова оказываешься в саду.
Я так загорелась этой идеей, что в ноябре мы с мужем несколько дней посвятили выпиливанию сухих и всяких сорных веток в лесочке, чтобы открыть проход. Проход открыли, да только почти сразу его завалило снегом: началась зима. И по мере того, как все выше и выше заметало сад, мысли мои становились все смелее и отчаяннее. Я напридумывала гору всего, что будет там, на этой новой поляне. Друзья моя, я даже розы, неприхотливые неукрывные розы заказала именно туда - в этом я могу уже вам признаться (о розах читайте в следующем выпуске).
Маруся, милая моя, но что делать, когда глаза страшат, а руки из ж...? Тебе мало твоих других площадей? Ты успеваешь прополоть, прокосить и держать на должном уровне уже все то, что в результате зимних фантазий наворотила в своем саду? Если бы!
- Куда тебе еще столько земли? - тяжко вздыхая, спрашивал муж, ломом вытаскивая полусгнившие бревна, глубоко ушедшие в землю. Мы с ним вторые выходные подряд разбираем эту свалку. Пока трава и дикая малина не проснулись и снова до следующей весны не закрыли весь этот страх и ужас.
- Никуда, - бурчу я в ответ. - Я и за той не успеваю ухаживать, но и смотреть на помойку больше не могу.
Глядя на объем весенних работ, энтузиазм мой несколько поугас. Ну, думаю, уж хотя бы для покоса расчистить. Какие там полосы тысячеслистника, дубровника и шалфея, зачем, а главное, каким образом?
Я складываю осколки, консервные банки и упаковки от советского стирального порошка в мусорный пакет. Малыш рядом строит дом из обломков кирпича. "Дом я строю из камней, из камней" - поем мы с ним на пару. Под песни и сказки он даёт нам поработать пару часов без лишних отвлечений.
Мало убрать мусор, все эти бревна, стричь малину, а потом ещё все лето косить и выкорчевывать пропущенную. Тут одними граблями махать целый день. А потом жечь все лето.
Нет, никаких тысячелистников и гортензий под райской яблоней (ведь я только осенью заметила там огромную и красивую яблоню с крошками-плодами, и как раньше не видела?). Очень страшат глаза.
Да вот только вьющуся жимолость Брауна посажу. И розы. Уж коль скоро я их заказала.
Ваша Маруся