В издательстве «Самокат» вышел сборник рассказов современных детских писателей о животных «Кто у нас такой хороший?». Не про кошек и собак, а про необычных животных, которые, как правило, в квартирах не водятся. Я получила огромное удовольствие от чтения историй, теперь буду вам рассказывать!
В книге шесть историй и пять авторов. Скажу пару слов про каждую.
Екатерина Мурашова. Жизнь белой мыши.
Больше всего понравилась мысль о любви к животным: не всякая любовь к животным сентиментальная. Можно не умиляться и не сюсюкать, а относиться по-другому, может это даже более уважительная позиция по отношению к живым существам.
Случайная цитата из рассказа:
За несколько месяцев до описываемых событий мой друг-генетик подарил мне беременную мышь-мутанта с девятью точковыми мутациями. Спустя неделю мышь разродилась. Потом её потомки скрестились между собой. На момент истории с белой мышью у меня в кухне в деревянном ящике жило полтора десятка удивительных для непосвящённого взгляда мышей. Мыши были: коротколапые и короткохвостые, пушистые и пятнистые, голубые и оранжевые. При этом почти все мыши-мутанты были ленивы, тупы и болезненны, как, впрочем, мутантам и положено (это только в фантастических боевиках мутанты обязательно сильны и агрессивны. На самом же деле всё наоборот).
И вот в этот оазис сонного благополучия - деревянный ящик с линейными мышами-мутантами — я вечером, придя после работы, запустила свою беспородную белую мышь-дворняжку. Поужинала, покормила мышей и дочку и пошла спать.
Наутро решила заглянуть к мышам: не было ли каких обид? Заглянула и с изумлением увидела, что ящик пуст.
Станислав Востоков. Носуха.
Здесь меня тоже зацепило сочетание человечности и прагматизма в отношении автора к животным. Историю про носуху Станислав как-то рассказывал у нас на встрече книжного клуба. И вот наконец-то она превратилась в рассказ!
Случайная цитата из текста:
На другой день носуха вылезла из новой клетки, смяв алюминиевый каркас, взломала дверь балкона и в гостиной съела черепаху Шурика.
Это было любимое мамино животное. Шурик, среднеазиатская черепаха, жил у нас давно. Мама сама покупала ему на рынке зелень и каждую неделю протирала его панцирь от пыли, которую тот собирал под диваном. Теперь это было всё, что от него осталось, — пустой панцирь с дырками для головы, хвоста и ног. Он стал похож на пустой дом, из которого ушёл хозяин.
Мама очень расстроилась.
Увидев опустевшее жилище, она взяла панцирь в руки и сказала совсем шекспировскую фразу:
— Бедный Шурик!
Потом посмотрела на меня:
— Может, вернёшь носуху?
Ирина Лукьянова. Цветные хвосты.
Удивительно, сколько сил и времени человек готов потратить на выхаживание мелких непонятных существ, которые в живой природе и не выжили бы! А в конце рассказа меня растрогала жизненная солидарность мамы-человека и мамы-шиншиллы.
Случайная цитата из текста:
Я пошла читать форум шиншилловодов. И писать «помогите, люди добрые». Шиншилловоды спали и не откликались. Только один предложил взвесить малюток, чтобы посмотреть, наедаются ли они.
Я притащила кухонные весы и стала взвешивать.
Но как только я взвесила первого (48 граммов) и отпустила его в клетку к братьям и сёстрам, он растворился среди них. Все четверо были одинаковые: светло-серые, спинка чуть темнее головы, хвост с кисточкой, усы до середины спины. Они вообще никак не отличались друг от друга. Ну, только если им заглянуть под хвост — тогда можно было углядеть, что двое — мальчики, а двое — девочки. А по-хорошему-то надо было им дать имена и вообще как-то научиться понимать, кого уже взвесили, а кого нет.
И вот тут дочь сказала: «Давай их пометим».
Наталия Волкова. Дунька.
История из детства автора о черепахе, из которой мы можем понять, что эти животные далеко не так предсказуемы, как может показаться.
Случайная цитата из текста:
Однажды я предложила Свете:
— А давай выгуляем черепах в Ботаническом саду?
Она согласилась. Мы решили, что гулять в корзинках им не очень интересно, и придумали для них поводки: взяли бельевую резинку и обвязали вокруг панциря, а к резинке прикрепили суровую нить.
В Ботаническом саду мы вбили в землю колышки и привязали к ним черепах, как коз. Они поедали одуванчики, мать-и-мачеху и подорожники, а мы играли в сторонке.
Когда, наигравшись, мы вернулись к колышкам, то увидели, что Маруся сидит себе, как примерная девочка, около колышка, а от моей Дуньки остался только поводок. Как она умудрилась вывернуться из резинки? Сначала мы не очень испугались: далеко ли может уползти черепаха?! Но, когда мы не нашли её ни в кустах, ни за скамейкой, ни на клумбе с пионами, я расплакалась.
Юлия Говорова. Очень благородные попугаи.
Говорова странно пишет: она не рассказывает историю с сюжетом, а выдает поток сознания, как будто она сначала собралась рассказать о животном, но попутно решила еще поделиться всем, что приходит в голову. Я ещё когда читала предыдущую книгу автора, про маленький зоопарк, не могла определиться, нравится это мне или, наоборот, раздражает. Не смогла точно понять и сейчас. Но рассказы все же прочитала с удовольствием.
Она мне перегрызла сифон — водопроводный и гибкий шланг под раковиной (наверное, хотела запруду, если продолжать дальше линию бобра).
Она мне искромсала весь плинтус по всей кухне.
Она мне раскрошила подносы из соломки. Она разорвала все прихватки (попались Тае под горячую лапу!).
Она распотрошила мне веник. Много веников.
Вот почему-то она не любит веник. Увидит и сразу начинает с ним драться. Я уже накупила столько веников, что в хозяйственном магазине считают, что я какая-то грязнуля Федора, капитально погрязшая в мусоре. Но, к счастью, вставшая на путь исправления и теперь бесконечно всё метущая.
Таисия изжевала мне коврик в прихожей. «Добро пожаловать!» — теперь этой опрометчивой надписи у меня на коврике у входной двери по решению Таи больше нет.
Юлия Говорова. Сурикат Рита из Кронштадта.
В этом рассказе автор больше говорит о себе и своем детстве, нежели о быте двух сурикатов, которые живут в её квартире. Это подтверждает мою давнюю мысль о том, что через общение с животными, даже самыми необычными, вроде осьминогов, мы куда лучше чувствуем и понимаем сами себя.
Пластинки деда я недавно нашла на антресолях.
Единственное, что мне про моего деда известно, - что он научился играть на мандолине. Не на гитаре или, как его старшая дочка, мамина сестра Люся, не на аккордеоне, а именно - он собирался блеснуть! — на мандолине.
Он виртуозно играл на мандолине. Моей бабушке посвящал, и не только по праздникам, стихи.
А мандолина ведь — дальняя родственница лютни!
А лютня — это, конечно, менестрели. Средневековые романтические поэты-певцы. И для меня дед остался менестрелем. Что нисколько не противоречило тому факту, что одновременно он работал токарем-фрезеровщиком на заводе Ильича.
В заключение скажу, что это уже вторая совершенно новая книга и животных, чтение которой стало для меня маленьким праздником.
***
Спасибо, что дочитали до конца! Мне важны ваши комментарии. Пожалуйста , будьте доброжелательны.