Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
НИР-Центр

Как высвободить золото в хвостах: что показал эксперимент и почему теория не сработала сразу?

Хвосты содержали 1,4 г/т золота, почти 36 % железа и около 41 % серы. Основная фаза — пирит (почти 85 %). Диагностическое выщелачивание показало, что только 34,6 % золота можно извлечь прямым цианированием. Остальное скрыто в сульфидах (56,6 %) и в силикатах (8,7 %). Потенциальное извлечение при полном вскрытии сульфидов — до 91,3 %. Значит, ресурс есть, но он ограничен. 34,6% — доступно для прямого извлечения 56,6% — связано с сульфидами (в первую очередь пиритом) 8,7% — практически недоступно Мы провели серию опытов по низкотемпературному обжигу (500 °C, 90 мин) в инертной атмосфере азота. В качестве допантов использовали: После обжига огарки выщелачивали цианидом. Но чуда не произошло. Извлечение золота осталось на уровне 25–35 %, то есть не превысило результат прямого цианирования исходных хвостов. Степень окисления сульфидной серы составила всего 1–6 % — пирит практически не изменился. Допанты не внедрились в кристаллическую решётку. Для сравнения провели классический окислительны
Оглавление

Что за материал?

Хвосты содержали 1,4 г/т золота, почти 36 % железа и около 41 % серы. Основная фаза — пирит (почти 85 %). Диагностическое выщелачивание показало, что только 34,6 % золота можно извлечь прямым цианированием. Остальное скрыто в сульфидах (56,6 %) и в силикатах (8,7 %). Потенциальное извлечение при полном вскрытии сульфидов — до 91,3 %. Значит, ресурс есть, но он ограничен.

Распределение золота по формам

Диаграмма распределения форм приуроченности золота к компонентам пиритных хвостов
Диаграмма распределения форм приуроченности золота к компонентам пиритных хвостов

Результат:

34,6% — доступно для прямого извлечения

56,6% — связано с сульфидами (в первую очередь пиритом)

8,7% — практически недоступно

Как пытались «активировать» золото?

Мы провели серию опытов по низкотемпературному обжигу (500 °C, 90 мин) в инертной атмосфере азота. В качестве допантов использовали:

  • кокс (источник углерода),
  • мочевину (источник углерода и азота),
  • метан (CH₄),
  • аммиак (NH₃).

После обжига огарки выщелачивали цианидом. Но чуда не произошло. Извлечение золота осталось на уровне 25–35 %, то есть не превысило результат прямого цианирования исходных хвостов. Степень окисления сульфидной серы составила всего 1–6 % — пирит практически не изменился. Допанты не внедрились в кристаллическую решётку.

А что работает?

Для сравнения провели классический окислительный обжиг на воздухе при 550°C до полного окисления пирита (степень окисления серы 97 %). Извлечение золота из такого огарка составило 66,9 %, а после дополнительной кислотной обработки — 74,5 %. Это в два раза выше, чем результаты с допантами в заданных условиях, но всё равно ниже потенциальных 91,3 %.

Почему не удалось достичь максимума? При обжиге часть золота переходит в новообразованные фазы — оксиды железа, сульфаты, которые тоже мешают выщелачиванию.

Почему теория не подтвердилась в первом эксперименте?

Теоретические расчёты (этапы 1 и 2) показали, что связь Au можно ослабить, а подвижность — увеличить. Но для этого допанты должны попасть именно в те полости, которые примыкают к атому золота, и при этом быть внедрены в структуру пирита. В проведённых опытах этого не случилось: условия (температура, способ подачи реагентов) не обеспечили встраивание углерода или азота в кристаллическую решётку.

Что дальше?

Эксперимент дал очень ценный результат: он показал границы применимости теории. Оказалось, что просто смешать руду с допантом и нагреть недостаточно. Нужно точно подобрать:

  • форму допанта (газ, твёрдое вещество, раствор),
  • температурный режим,
  • способ обеспечения контакта,
  • время выдержки.

Следующий этап исследования как раз будет посвящён этим вопросам — поиску технологических условий, при которых допанты действительно войдут в кристаллическую решётку пирита и запустят предсказанный механизм активации золота.

Главный вывод всей работы: понимание атомных механизмов даёт нам ключ к созданию новых технологий, но каждый ключ нужно правильно подобрать к замку. И этот путь — от теории к работающему процессу — как раз и проходит через такие «неудачные» эксперименты, которые показывают, куда двигаться дальше.