Психологически в широком смысле очень символично – одно отмирает, другое возрождается. Так работает кризис, разрушающий старые конструкции, освобождающий место, сметающий, как ураган, былое. По философской идее мы должны были бы идти в освобождающее пекло кризиса с открытым забралом, лезть на рожон грядущих изменений. Но почему-то нет. Кризисов боятся, избегают, недолюбливают. За исключением, наверное, самых ушлых инфобизеров, пытающихся втюхать вам идею, что «кризис - лучшее время, чтобы подняться», а заодно и свой курс, как это сделать правильно. Но, чтобы подняться, в кризисе сначала придется упасть. Поэтому открытие — люди боятся не кризиса. Они боятся того, что в кризисе надо с чем-то расстаться. С ролью, отношениями, версией себя, картиной мира. Это больно. Местами даже немыслимо. И они всеми силами держатся за привычное былое. У кризиса есть структура. Сначала умирает старое. Даже если старое – прошлое, оно часть нас. В нем остается что-то дорогое, иногда любимое. Иногда н