— Ой, мамуль, мы сегодня так упахались, слона съесть готовы! Что у тебя сегодня на ужин? Пахнет… ничем, — растерянно заметила Марина.
— А я думала, это вы мне гостинцев привезёте, — с лукавым прищуром ответила Тамара Леонидовна, натянуто улыбаясь. — Как воспитанные гости. Сегодня у меня на ужин ничего. Голова болела весь день. Но если хотите — можете заказать пиццу. Лучше на свой адрес.
— Мам… Ну хватит, — нахмурилась Марина, пока ещё не понимая, что их больше никто не собирается встречать хлебом-солью. — Мы вымотались как собаки, в пробке час проторчали. Ты же знала, что мы приедем. Могла бы хоть пельмени закинуть, если лень готовить было.
— А мне не лень, Мариночка. Просто я больше не собираюсь отдавать свою жизнь плите, — Тамара Леонидовна пожала плечами.
Как же ей хотелось откатить время на пару месяцев назад, когда всё было совсем иначе…
…Всю свою жизнь Тамара Леонидовна презирала домашнее рабство. Умеренная готовка — одно дело, но когда она слышала от коллег и подруг, как они устали нарезать вёдра салатов к семейным торжествам — её аж передёргивало. Пока знакомые с упоением мерялись пышностью пасхального теста, Тамара Леонидовна скромно оставалась в сторонке. И её всё устраивало.
Некоторые злословили за её спиной по этому поводу. Другие — завидовали.
— Не понимаю, как так можно. Ну неужели самой не хочется собрать всех за одним столом? — удивлялась Елена, знакомая по работе. — Хотя бы на праздники, святое дело же!
— Мне такие праздники не нужны, — ответила Тамара Леонидовна. — Я вся в мыле, в пене. Когда приходят гости — уже хочу упасть и спать. Да и некогда мне с моим рабочим графиком. Захочу с родными побыть — с тортиком к ним приеду или просто посидеть приглашу, делов-то.
— Везучая ты… На меня бы обиделись, — со вздохом сказала подруга Надежда.
— А я всё равно не понимаю. Это же традиции, — сокрушалась Елена. — Всё это выглядит как оправдание.
— Ну, как скажешь. А мне так удобнее, — примирительно пожала плечами Тамара Леонидовна и сменила тему разговора.
По её глубокому убеждению, еда являлась исключительно топливом для поддержки организма. Не более того. Сама она если и готовила, то что-то на скорую руку: каша, пюре, сосиски. Порой Тамара Леонидовна вовсе обходилась творогом или стаканом ряженки. Жила она одна, так что могла себе позволить. Если уж совсем хотелось праздника живота — заказывала суши. И чувствовала себя при этом абсолютно нормальным человеком.
Она бы и дальше так жила. Но когда Тамара Леонидовна сообщила внуку, что вышла на пенсию, у них состоялся неприятный разговор.
— Ты теперь, Дениска, сможешь чаще приходить ко мне в гости, — с улыбкой сказала она. — Можешь хоть каждый день, после школы. Тебе всё равно по пути.
— Обязательно буду, ба. Ба… а это ты теперь, получается, будешь как все нормальные бабушки? Ну, как бабушка Лариса, там… Блины печь, котлеты жарить… Или ты не умеешь?
Невинный вопрос восьмилетнего мальчика ударил по самолюбию. В сердце взыграли упрямство и ревность. Ах, не умеет? Ну, держитесь.
На следующее же утро Тамара Леонидовна вооружилась старенькой поваренной книгой с рецептами, которым научилась ещё от матери, и устроила вылазку на рынок. Телячья вырезка, грунтовые огурцы, густая домашняя сметана… Пакеты становились всё тяжелее, а кошелёк — всё легче. Хорошо ещё, что у неё были солидные накопления, и она могла порадовать внука.
Первую половину дня Тамара Леонидовна тащила добычу домой, а вторую — воевала с кастрюлями и сковородками. Зато когда внук сел за стол, он аж ахнул. Вся квартира благоухала так, что от ароматов текли слюнки. Бабушка с гордым видом подала наваристый борщ, голубцы, овощной салат и компот.
— Обалдеть! — только и смог выдавить из себя ошарашенный школьник. — Бабуль, я и не знал, что ты так можешь.
В этот момент Денис решил последовать примеру взрослых, которые так любили хвастаться красивой и вкусной едой. Он сфотографировал накрытый стол и отправил снимок родителям.
Долго ждать не пришлось. Тем же вечером на пороге нарисовались Марина с мужем.
— Мамулечка, мы такие уставшие после работы, сил никаких нет стоять у плиты… — посетовала дочь. — Можно к тебе? Домашнее же лучше всех этих химических полуфабрикатов.
Деваться было некуда. Более того, первое время Тамара Леонидовна даже была рада. Даже если дочка никогда не предлагала помочь с уборкой. Даже если Максим, зять, ел за двоих, а потом тёще приходилось в спешке сооружать новый ужин для внука.
— Ой, как хорошо-то… — сказал Максим в тот день, поглаживая живот. — Давно я так не ел.
— А вы приезжайте и завтра, — с энтузиазмом предложила Тамара Леонидовна. — Я пельменей наделаю. Домашних.
Это было фатальной ошибкой.
Вечерние набеги семьи стремительно превратились в часть рутины. Зять даже начал капризничать, раздавая советы при виде недостаточно румяной корочки на мясе. Марина повадилась как бы невзначай скидывать ссылки на кулинарные блоги с рецептами по утрам.
— Там видео с такой пастой выложили, просто объедение! — писала она. — А ты случайно не умеешь готовить такую?
И Тамара Леонидовна меняла свои планы на день и бежала осваивать новый рецепт.
Эта музыка длилась бы ещё долго, если бы не внук. Вчера он привёл с собой целую команду из пятерых друзей.
— Бабуль, мы тут решили заскочить к тебе, — будничным тоном сообщил Денис. — Мы в футбол играли, проголодались. У тебя есть что-нибудь?
У Тамары Леонидовны чуть не отпала челюсть. Прогнать детей она не могла, но после этого набега явно придётся опять вставать к плите, чтобы успеть накормить дочь и зятя.
Хуже того — она случайно подслушала разговор юных футболистов.
— А твоя бабушка… она не будет тебя ругать? — осторожно спросил один из мальчиков. — Моя бы ругала…
— Да не-е, что ты, — махнул рукой Денис. — Моя бабушка теперь пенсионер. Папа говорит, у пенсионеров очень много свободного времени, им гости только в радость, всё равно без дела сидят!
Тамара Леонидовна чуть не выронила вазу для печенья, которую несла на кухню. В радость, значит…
Женщина вдруг поняла, что она впахивает теперь в три раза больше, но не видит ни зарплаты, ни благодарности. Её непосильный труд вдруг стал превращаться в обязанность, которой она ещё и должна радоваться.
Вот так Тамара Леонидовна и оказалась в том самом бытовом болоте, над обитательницами которого снисходительно посмеивалась всю свою жизнь. И теперь ей нужно было выбраться из него.
— Не понял юмора… — вмешался в разговор Марины и тёщи Максим. — А есть мы сегодня что будем? Нам теперь крюк делать, до дома ехать ещё полчаса по таким пробкам. Вы бы хоть предупредили…
— Мам… Ну правда, тебе было трудно для нас хотя бы макароны сварить? Ты же дома сидишь безвылазно целыми днями. Чем тебе ещё заниматься?
Тамара Леонидовна зло прищурилась. Взгляд её стал тяжёлым и колючим.
— Так, ребятушки. Мой выход на заслуженный отдых — это не повод превращать мой дом в столовую. Я тебя, Марин, вырастила, выучила, на ноги поставила, а теперь просто хочу тишины, — отчеканила она. — Магазины открыты до одиннадцати ночи, вы ещё успеваете. В чём проблема? Взрослые люди, с голоду не околеете. А мне лежать надо, я таблетку выпила.
С боем, но женщина всё-таки выставила молодых за дверь. Зять и дочь, конечно, страшно обиделись. Настолько, что даже запретили Денису общаться с бабушкой. Но нет худа без добра.
Теперь Тамара Леонидовна не летела на рынок с утра, а могла проваляться в постели до обеда. Бесконечная готовка больше не съедала накопления. Женщина наконец перестала «безвылазно сидеть дома» и смогла позволить себе прогулки с подругами, посиделки в кафе и театр.
А вот в молодой семье нарастал бытовой кризис… Тамара Леонидовна знала, что дочь и зять и раньше цапались по поводу готовки. А уж теперь — и подавно.
Марина чаще всего ограничивалась разогревом полуфабрикатов. Порой её не хватало даже на это, и они заказывали доставку. Из-за такого подхода семейный бюджет утекал в никуда. Максиму это очень не нравилось. Как не нравилось и отсутствие кулинарных шедевров на столе.
Поэтому через неделю Марина сама пришла к матери. Да не просто так, а с просьбой о перемирии.
— Мам, мы тут остыли, подумали… Мы были неправы. Давай договоримся. Мы полностью оплачиваем тебе все продукты, плюс будем переводить пятнашку каждый месяц чисто за готовку. Идёт? Тебе же лишняя копейка явно не помешает.
Тамара Леонидовна лишь грустно усмехнулась. Дочь так ничего и не поняла.
— Дочунь, моё время теперь бесценно. Я ушла на пенсию, потому что у меня его осталось не так уж и много. Я не могу больше менять его на деньги. Теперь я хочу тратить свои часы на то, что вы называете бездельем. Слушать птичек, читать, смотреть, как ветер качает ветки за окном… Это в сотни раз дороже любых доплат.
Вскоре дочь ушла, сухо процедив дежурное прощание. Даже не обняла.
Отношения с молодыми так и остались прохладными. Зато у Тамары Леонидовны был кое-кто, кто был рад её видеть и без жаркого с отбивными.
— Ба, привет. Я тут с английского шёл, решил зайти к тебе. Можно? — осторожно поинтересовался внук.
— Конечно, солнышко. Заходи.
Через десять минут они сидели за кухонным столом. В маленькой кастрюльке на плите бурлила вода, в ней подпрыгивали сосиски, а рядом в ковшике варились макароны.
— Бабуль, а ты больше не будешь печь пирожки с мясом? Ну, те, которые пацанам тогда зашли? — тихо спросил Денис, задумчиво ковыряя пальцем край цветастой скатерти.
— Не буду, солнышко. Не моё это. Не люблю я с плитой возиться. А ты ко мне из-за пирожков прибежал, что ли? — уточнила Тамара Леонидовна, пристально глядя на мальчика.
— Да не, бабуль. Просто посидеть с тобой хотел.
Денис притих секунд на десять, а потом добавил:
— Ну их, эти пирожки… Зато у тебя тихо и спокойно. А то родители вечно злые теперь, ругаются…
Тамара Леонидовна вывалила дымящиеся макароны на тарелки, нарезала сосиски и шлёпнула сверху по щедрой кляксе кетчупа. Они ели эту примитивную, совершенно простую еду, и в маленькой кухне царили мир и согласие. Женщине, конечно, было немного грустно из-за скандалов в семье дочери. Зато она гордилась внуком, ведь он с малых лет понял то, чего не понимали два взрослых человека. Погода в доме намного важнее борща и котлет.
Дорогие мои! Вы уже наверное в курсе, что происходит с Телеграмм. Он пока функционирует и я публикую там рассказы, но что будет завтра - неизвестно. Кто хочет читать мои рассказы днем раньше, чем в Дзен, подписывайтесь на мой канал в Максе. Все открывается без проблем и ВПН. И кто, не смотря ни на что, любит ТГ - мой канал в Телеграмм.