"Мама, зачем тебе этот ужас?" - Арина покрутила в руках страшный грубый ботинок и отдала его обратно маме. Они возвращались из кино, и мама сказала, что надо на секунду зайти в магазин обуви кое-что посмотреть. Арина в свои семнадцать лет была жуткой модницей и отлично разбиралась в трендах. Да, среди молодежи сейчас были популярны кеды, кроссовки, лоферы, а не изящные туфельки на шпильке, но то, что сейчас смотрела мама - это был откровенный кошмар.
"Это не мне, это бабушке, - Аня поставила ботинок на полку. - Я сегодня зашла посмотреть, что в наличии есть, а завтра привезу ее сюда на такси, чтобы она сама померила и не каталась зря." – «Пфф, - Арина демонстративно закатила глаза. - Наша бабушка, конечно, человек сложный, но чтобы так ее не любить... Бабуля еще ого-го! То брючки, то блузочку, то пиджачок себе купит, всегда с маникюром, с укладкой, а ты ей опять такие кошмарные боты купить хочешь. У нас что, не хватит денег на что-то нормальное для бабули?»
Аня молча показала дочке ценник, и Арина ахнула: - "Сколько? Почти двадцать тысяч за такое??? И что, кто-то покупает???" - "Идем, - Аня погладила Арину по плечу, а на выходе показала вывеску магазина: "Ортопедическая обувь". - К сожалению, Ариш, наша бабушка может выбирать себе цвет маникюра или модель брюк, а вот с обувью все сложнее. У нее серьезные проблемы с ногами. Скоро вообще операцию надо будет делать..." - "Ужас... Бедная бабуля..." - покачала головой Арина, а Аня молча кивнула, мысленно возвращаясь в свое детство.
Мама Арины работала секретарем директора НИИ и, следуя советам Верочки из "Служебного романа", была женственной-преженственной. Она не признавала брюк, предпочитая исключительно платья и юбки, но, самое главное, не представляла себе жизнь без обуви на каблуке, которую гордо именовала "модельной". Всегда. В любую погоду. При любых обстоятельствах она вышагивала в изящных туфельках. "Без каблука я не чувствую себя женщиной," - говорила она, смахивая невидимую пылинку с лакированной туфельки.
К сожалению, ее дочь Аня пошла "в отцову породу": высокая, ширококостная и, самое главное, с «безобразно большим» размером ноги. Уже к тринадцати годам ее "лапа" вымахала до сорокового размера. "Забудь, - говорила мама, - Модельную обувь ты не будешь носить никогда. Твой стиль - спортивный, потому что то, что налезет на твою ногу - это какие-нибудь галоши. Или старушечьи боты." - и везла Аню в магазин "Богатырь", где можно было найти хоть что-то подходящее.
Аня рыдала от стыда и злости на себя: ну вот почему она не стала такой маленькой и изящной, как мама? Почему у нее лапища сорокового размера, а не изящная ножка тридцать шестого как у мамы? И насчет "спортивного стиля" мама не кривила душой: Аня видела, как некрасиво смотрятся грубые ботинки или отвратительные серые сапоги на плоском ходу с платьем или юбкой.
На ее счастье, в школе недавно отменили форму, и теперь можно было ходить на уроки в чем угодно. И, конечно, Аня влезла в брюки, которые стали ее постоянной одеждой до самого выпускного. На праздник мама каким-то чудом умудрилась найти белые туфли сорокового размера на невысоком каблучке, но непривычная к такой обуви Аня постоянно спотыкалась и запиналась, чуть не свалившись со сцены при получении аттестата. "Горе мое луковое! - вздыхала мама, - Говорю же - модельная обувь не для тебя!"
Аня горевала и переживала, но уже не так сильно. Потому что в то время на вещевых рынках стала появляться вполне сносная обувка - и ботиночки, не лишенные изящества, и сапожки, и ботильоны. Единственное, что по-прежнему Аня не рисковала носить - это "модельные туфли" - лодочки на каблуке-шпильке. В том смысле, что они у нее были, конечно, но не на каждый день. Для разовых выходов "в свет" - на праздник, для похода в театр. А, ну еще белые свадебные туфли были, которые потом много лет бережно хранились в коробке.
Муж Ани, Гоша, много раз пытался убедить ее в том, что каблуки ей очень даже идут: даже когда она надевала туфли, он все равно был на несколько сантиметров выше. "Так что не комплексуй и носи себе красивые туфельки, - говорил он, а Аня отвечала, что комплексует все равно, потому что остроносые "лодочки" при ее размере ноги выглядят как лыжи. Поэтому она будет носить что-то более скромное.
А потом наступили времена, когда удобная обувь и вовсе вошла в моду, ее выбор стал просто огромным. И даже, к ужасу Аниной мамы, женщины стали носить кроссовки вместе с платьем, а к строгому костюму надевать невнятные чоботы на толстой подошве.
Впрочем, возмущение мамы было из разряда "о, времена, о, нравы!" Потому что сама она все чаще выбирала... ровно такую же обувь. Удобную. Со слезами на глазах, но выбирала. Потому что ноги и спина болели нещадно. Кроме того, ее стопы сильно деформировались: пальцы скривились, налезая один на другой, а по бокам выросли ужасные шишки-"косточки". Какие уж тут туфельки! Теперь даже обычные широкие кроссовки было подобрать непросто. Теперь не любая обувь банально налезала на деформированные ноги.
"Каблуки часто носите?" - спросил ее доктор, к которому она обратилась с жалобами. - "Всю жизнь!" - с гордостью ответила она. - "Ну, собственно, эти проблемы у вас возникли именно по этой причине," - пожал плечами доктор и рекомендовал ортопедическую обувь. И операцию, чтобы убрать "шишки".
Все это, правда, довольно кратко и смягчая острые моменты, Аня поведала дочери. "Вот теперь я покупаю нашей бабушке специальную обувь. И морально настраиваю ее на необходимость операции." - "Ничего себе! - Как большинство подростков, Арина была максималисткой - То есть, бабушка тебя все детство в комплексы вгоняла, заставляла тебя стыдиться того, что ты изменить не в силах, а ты... Ты теперь ей дорогущую обувь покупаешь и по врачам возишь? Ты считаешь, что это справедливо? Тебе совсем не обидно?"
"Совсем не обидно, Ариш, - рассмеялась Аня. - Потому что, как ни крути, мама уберегла меня от серьезных проблем с ногами. Учитывая наследственность, они бы у меня обязательно возникли, если бы я с подросткового возраста носила узкие туфли на каблуках. А так - тьфу-тьфу - проблем нет вообще никаких. И ноги, и спина в полном порядке. Так что, выходит, что мой "изъян" сберег мое здоровье. Благодаря маме, конечно. Поэтому я покупаю ей обувь в ортопедическом магазине, а себе - в обычном. За что ей большое спасибо."