День космонавтики, парадоксальным и самым естественным образом выпавший на Пасху («так им и рассказывай, Юра, а про меня не надо») – время перечитать поразительный рассказ Андрея Платонова «Лунная бомба». В нем инженер Крейцкопф конструирует лунную бомбу, на которой сможет облететь спутник Земли (поразительный же параллелизм нашей текущей космической ситуации).
Крейцкопф живет в неизведанном мире будущего, стремительном и яростном, как всегда у Платонова. Жена уходит от Крейцкопфа к людям своего круга, он с восторгом смотрит на железные дороги и на заводы, убивает ребенка в кепке с надписью «Океан», пытается умереть сам, убивает вновь, жертвует, всюду соседствует со смертью. Думаю, Платонов хотел сказать, что в стремлении к космическому мы должны будем пожертвовать нашими мечтами: как известно, над тоннелями Транссибирской магистрали, Великого Сибирского пути, писали «К великому океану». Уничтожение земных океанов — рождение океанов внеземных. И нашими жизнями – у Крейцкопфа гибнут рабочие, хотя он знает, что его расчеты теоретически не должны были привести к трагедии. Он сам оказывается в тюрьме, а при попытке самоубийства вновь случайно убивает. Мотив жертвы: ребенок-жертва, массовое жертвоприношение, случайная жертва, «лунная бомба – мертвая мечта», и даже при запуске ракеты люди получают травмы, глохнут. А Крейцкопф оказывается навечно одинок в космосе, передает оттуда сигналы и ему кажется, что они идут годы, хотя на Земле проходят лишь часы.
Идеологи русского космизма считали, что человечество создано для того, чтобы преобразить наш смертный мир в бессмертный космос. Платонов, кажется, мыслил, что бессмертный космос должен в обратную сторону преобразить наш смертный мир. И никто из них не ошибался.
Немного цитат; так, как писал Платонов, не удавалось писать никому ни до, ни после, конечно; он пытался «случайную нечаянную жизнь человека превратить в вечное господство над чудом вселенной». И — превращал.
Передайте, что я у источников земной поэзии: кое-кто догадывался на Земле о звездных симфониях, и, волнуясь, писал стихи. Скажите, что звездная песня существует физически.
Скажите же, скажите всем, что люди очень ошибаются. Мир не совпадает с их знанием. Видите или нет вы катастрофу на Млечном Пути: там шумит поперечный синий поток. Это не туманность и не звездное скопление…
В стране Крейцкопфа уже собирали урожай. Горела солома в топках локомобилей в полях и молотила хлеб. Падал лист с деревьев, и его жевали козы. Глотали ягоды змеи, и на деревьях от них трепетали птицы. Множество детей народилось от урожая, и появились хорошие писатели.
Пышное лето плыло в вечном сиянии солнца.
Время стало мутным и неистощимым: шли дни, как годы, шли недели, медленно, как поколения.
Поднимите возможно больше людей на межпланетных бомбах на небо, – здесь страшно, тревожно и все понятно. Изобретите приемники для этого звездного звона.