Час пути от Туапсе - и впереди показалось Лазаревское:
Его издалека выдаёт колоссальное колесо обозрения:
А на окраине - какая-то прижелезнодорожная постройка сталинских времён:
Станция Лазаревское встречает по-южному буйным сквером у платформы, бюстом адмирала Михаила Лазарева (1954)...
...и вокзалом тех же лет с залами ожидания в колоннадах:
Другой стороной он выходит на транзитную улицу Лазарева с автостанцией и кафешкой, где 3 года назад была одна из лучших в России шаурма.
Над станцией поднимается весьма крутая Яшкина гора с несколькими видовыми площадками. Для нас таковой стал второй этаж гостевого дома:
А колесо всё так же царит над посёлком, напоминая о том, что изобрели его тоже где-то в этих краях:
История Лазаревского проста и сверхтипична для этих мест. Начал её действительно адмирал Лазарев, один из основателей Черноморской укреплённой линии, в 1839 году построенной вдоль побережья, чтобы отрезать черкесов от морских поставок. В устье речки со звучным черкесским названием Псезуапсе её представлял Лазаревский форт, названный так просто по разнарядке.
Эпическими сражениями, как Михайловское укрепление (ныне Архипо-Осиповка) он в истории не отметился, а в 1854 был срыт из-за угрозы захвата англичанами. Второй раз село на Псезуапсе было основано в 1869 году как колония понтийских греков - царская власть активно приглашала христиан из тех мест, куда отбывали черкесы. В 1934 Лазаревское назначили центром Шапсугского района, в 1945 он превратился в Лазаревский район, ну а в 1961 стал частью Большого Сочи, и конечно же не мог не развиваться как курорт.
Наш гостевой дом стоял на краю небольшого микрорайона из высотки (кадр выше), построенной для курортных работников, и нескольких пятиэтажек с весьма необычным дизайном:
Всё это охватывает неправильной буквой "л" Партизанская улица, обеими концами выходя к улице Победы, идущей параллельно морю выше улицы Лазарева. С одного конца стоит дом Попандополу начала ХХ века, где с 1985 года обитает краеведческий музей, вроде как - с неплохой экспозицией по шапсугам. Мы про это дело как-то напрочь забыли и сразу пошли к другому концу улицы, к колокольне храма Рождества Богородицы (2004):
Которая напрочь затмила сам храм (1903) - я его просто забыл сфотографировать в зелени. Не хуже в паре с ней смотрится самый лаконичный воинский мемориал, что я видел - просто стена с датой:
Но она завершает Горку Героев с братской могилой Великой Отечественной (1961) и памятником воинам-интернационалистам (2015). Первая дата пусть не удивляет - в 1942 году, когда над Западным Кавказом шли отчаянные воздушные бои, погибших лётчиков хоронили, где придётся - во дворах частных домов или в лесу, где нашли останки. То же было и солдатами, умиравшими в эвакогоспиталях, и лишь 15 лет спустя останки 106 человек собрали вместе и перезахоронили на Горке Героев.
От оконечности улицы недалеко до безымянной площади, которую можно назвать главной в Лазаревском. Над ней высится "Добрый Ангел Мира" (2008) - типовой памятник меценатам:
И глядит на море бывший Дом культуры 1970-х годов, с 1992 года - Центр национальных культур, где можно увидеть, например, национальные танцы всех этих адыгов, понтийских греков или амшенских армян. Из которых и основатель учреждения - поэт Крикор Мазлумян.
На улице Лазарева, которую пересекаем вновь, рослые пальмы напоминают, что мы таки и правда в Сочи, а не в суровом северном Геленджике:
Парадный выход к морю - улица Калараша, я был уверен, что названная в честь города-побратима в Молдавии. На самом деле киевлянин Дмитрий Калараш - это лётчик-герой, теперь лежащий в той самой могиле...
Улица выводит к стеле 25-летия Победы (на врезке), а справа (если идти к морю) в парке есть ещё памятник Героем и жертвам войны (1995), название которого ёмко взяло дух эпохи.
С другой стороны во дворах припрятан Сквер Одоевского (1959) с памятником этому поэту-декабристу. Александр Одоевский был двоюродным братом Грибоедова, дослужился в Лейб-гвардии до корнета, ну а в 1825 году, буквально накануне вступив в Северное общество, вышел на Сенатскую площадь. Позже он прошёл весь кандальный путь - Читинский острог, Петровский завод, фабрики Тельмы около Иркутска. И жить бы ему в солнечной Сибири до старости, но в 1836-37 годах по ходатайству Ивана Паскевича-Эриванского (который Армению к России присоединил) ссылку Одоевского заменили военной службой в звании рядового.
На службе этой декабрист успел подружиться с Михаилом Лермонтовым и Николаем Огарёвым и не раз всех удивить своим благородством... но служба его была недолгой: в 1839 году тут, в Лазаревском форте, Александр Иванович сгорел от малярии. Ну а как поэт он вошёл в историю автором одного стиха, или даже - одной строчки (выделена):
Струн вещих пламенные звуки
До слуха нашего дошли,
К мечам рванулись наши руки,
И лишь оковы обрели.
Но будь покоен, бард! цепями,
Своей судьбой гордимся мы,
И за затворами тюрьмы
В душе смеемся над царями.
Наш скорбный труд не пропадет,
Из искры возгорится пламя,
И просвещенный наш народ
Сберется под святое знамя.
Мечи скуем мы из цепей
И пламя вновь зажжем свободы!
Она нагрянет на царей,
И радостно вздохнут народы!
Сам сквер устроен на едва заметных валах, и помимо памятника вмещает то единственное, что от осталось от форта - единорог, отлитый в 1817 году в Каменске-Уральском (эх-эх, я ведь там был, но так и не написал об этом!). Интересный сам по себе: чаще всего попытки скрестить два разных вида техники порождают чудовищ, сочетающих худшие свойства обоих, но вот у артиллериста-конструктора Михаила Данилова под патронажем графа Петра Шувалова (на чьём фамильном гербе, собственно, и был единорог) в 1757 году, внезапно, получилось!
Они скрестили пушку (длинная, стреляет цельными ядрами по настильной траектории) и гаубицу (короткая, стреляет взрывающимися бомбами по навесной траектории), и удивительным образом на выходе получилось орудие, превосходящее оба своих прототипа буквально во всём - дальнобойнее, точнее, корпус легче в разы, снаряд тяжелее намного. Единороги стали оружием победы в Семилетней войне (напомню, что тогда в составе России оказался Кёнигсберг, позже сданный политиками), и даже в Крымскую ещё стреляли...
Всё это - уже в глубине курортного района:
Над которым величественно проворачивается Колесо Обозрения (2012) - до недавнего времени крупнейшее в России, 83 метра высотой (в 2022-м открыли 140-метровое колесо на московской ВДНХ). Поправочка - колесо оборзения: кружок на таком проехаться три года назад стоило то ли 500, то ли 600 рублей, а какие цены сейчас - мне даже гуглить не хочется. За такую сумму на двоих мы бы точно проехались, а за каждого - сочли, что оно того не стоит.
И ладно бы это мы одни оказались такими нищебродами на этом празднике жизни - но в мае колесо крутилось пустым, людей мы видели даже не в каждой десяткой кабинке! Впрочем, наблюдая за бумом внутреннего туризма и комментариями на Дзене, вообще всё больше убеждаюсь, что "я не дешёвка/я не нищеброд" - не последний фактор ценообразования.
Вокруг - много других заведений, где можно оставить свои деньги:
И в целом, Лазаревское среди курортов Черноморского побережья Кавказа - это такой эталон, я бы даже сказал, матрица, из которой путём добавления какой-нибудь "изюминки" можно сделать хоть Дагомыс или Мацесту, хоть Архипо-Осиповку или Джанхот.