Всё по плану. Обживаемся
Кузьмич уже несколько раз бывал в крепости в составе рекогносцировочных групп, потому имел представление, где расставить бэтээры и наблюдательные посты. Уточнив задачи взводным на местах, капитан убедился, что раненным бойцам оказывают помощь, и только после этого связался с батальоном.
- У меня четыре «трёхсотых». – Начал он с главного, старательно выговаривая каждое слово. - Лёгкие, но их надо эвакуировать. Вместе с разведкой. Старший совсем плох. И ещё. Одну коробочку пришлось оставить. Сгорела. А в общем, всё идёт по плану. Обживаемся.
- Трёхсотых сейчас забирать нельзя. – Через паузу ответил майор. – Пока нет возможности. Подумаем, как организовать. Не боись, тянуть не станем. Прямо сейчас займусь. Порядок действий тебе сообщат кодом. Про коробочку в курсе. До сих пор чадит. Забудь. Будет оказия - уберём, чтоб глаза не мозолила. И ещё, «Хопёр». Ночь целиком на тебе. Днём отоспишься. Как понял? Приём.
Капитан отпустил тангенту и недовольно бросил замполиту:
- Как будто я, блин, спать собирался!
- Забей. – Посоветовал тот.
- Ты понял меня? – Переспросил комбат.
- Да, понял, я понял. – Буркнул Кузьмич. – У меня всё. До связи.
***
Синева наступающих сумерек принесла долгожданную прохладу. Солнце ещё не совсем сдало свои позиции ночному светилу, но тени от развалин крепостных стен и знаменитой арки уже стали длиннее и чётче.
Капитан, закончив очередной обход постов, устало опустился на патронный ящик и, сняв автомат с плеча, прислонил к колесу командирского бэтээра.
- Скорее бы ночь прошла. – Вздохнул, прикурив сигарету. – Первые две ночи духи точно беситься будут. Потом привыкнут и успокоятся.
- Уверен? – Без интереса спросил замполит. – Думаешь, днём дёргаться не будут?
- А где артиллерист? – Спохватился ротный. - Что-то давно я его не видел.
- Всё нормально, командир. Вырубилась артиллерия. Спит рядышком с разведчиком. Похоже, у них крепкое боевое братство образовалось после совместного пребывания в мавзолее.
- У них ещё совместный бой был. – Назидательным тоном заметил капитан, намеренно сделав упор на предпоследнем слове.
Старший лейтенант, почувствовав упрёк, собрался было объясниться, но в разговор внезапно вмешался связист, свесившийся из водительского люка:
- Товарищ капитан, из штаба закодированное распоряжение пришло. А я таблицу, как назло, где-то посеял. Свою не дадите?
- Семагин, скажи, родной, - с жалостью взглянул снизу вверх ротный, - когда ты дембельнёшься наконец? Не боец, а ходячее недоразумение.
- Как только, так сразу, товарищ капитан. – Моментально нашёлся связист. - Так что, дадите?
- Давай сюда. – Протянул руку капитан. – Без тебя разберусь. Помогай, комиссар. У тебя лучше получается.
Старший лейтенант благосклонно кивнул и, достав из полевой сумки таблицу, углубился в изучение шифровки.
- Короче, Кузьмич. Тут написано, чтоб эвакуировали своими силами. Утром, с началом фаджра. Приказано задействовать два броника. Спецназ вертушками помочь не может. У них там что-то очень серьёзное затевается.
- И всё? Больше ничего?
- Ничего.
- А по-русски нельзя время назвать? – Привычно заворчал капитан. — Это ты у нас известный учёный-ботаник, а мы народ деревенский. Нам бы попроще.
- Ботаника здесь ни причём. - Тоном учителя начальных классов ответил замполит. – Фардж, это утренний намаз. Кстати, комбат выбрал самое подходящее время. Пока духи будут молиться, наши уже будут в расположении.
- Откуда такие сведения?
Старлей не стал отказывать себе в удовольствии поддразнить командира.
- Давно за речкой служу. – С серьёзным видом ответил он. - За полтора года привык просыпаться от воплей муэдзина.
Замполит ждал продолжения, но ротный уже забыл про него.
- По грунтовке ехать нет резона. – Принялся вслух рассуждать капитан, глядя на карту. - Духи в отместку могут не один, а два-три участка заминировать. Поди догадайся, где собака порылась. Получается, по старой дороге вдоль речки, как в прошлый раз. Однако и здесь есть проблемные места. А что это означает? – Выжидательно посмотрел на замполита. - Как думаешь, комиссар?
- Получается, нам надо сегодня ночью выставить в этих местах засады. Угадал?
- И что бы я без тебя делал? – Как бы удивился командир роты. – Собирай взводных. Совет держать будем.
***
На лице муллы не дрогнул ни один мускул. Он долго смотрел на стоявшего перед ним на коленях мужчину в разорванной, перепачканной кровью и грязью одежде.
- Ты был правой рукой Бехруза. – Нараспев заговорил мулла. – Ты, а не бача Масум. Ответь мне только на один вопрос: почему ты не разделил участь воинов, погибших в бою вместе со своим командиром?
Мужчина понимал, что доживает последние минуты жизни, но не испытывал страха. Рана причиняла мучительные страдания, и ему хотелось, чтобы всё закончилось как можно быстрее.
- Мулла! – Воскликнул мужчина, с трудом подняв голову. - Я стою перед тобой на коленях не из-за страха. Я – воин. Мне не знаком страх. Твои слуги силой поставили меня на колени…
- Отвечай на вопрос! – Повысил голос мулла.
- Да! Я был правой рукой Бехруз-хана. И что из того? Он погиб, а я остался в живых. На всё воля Всевышнего. А это значит, что Ему было угодно оставить меня в живых. Ты сам учил меня следовать воле Аллаха. Или что-то не так, мулла?
- Ты неверно истолковал волю Всевышнего. – Ответил мулла, прикрыв глаза. – Люди рассказали, что ты повёл себя как трусливая собака, которая, испугавшись воров, бросила своего хозяина. – Мулла оглянулся на советника и негромко закончил. – Помоги заблудшему вернуться на путь истины.
Продолжение следует.
Предыдущая часть. https://dzen.ru/a/addBV32eH2aOh31e
Повести и рассказы Николая Шамрина опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/