Они были хорошей группой, так бывает. Собрались на учебу люди не случайные, выбравшие профессию, можно сказать, по душе. Дело, которому обучались, должно было давать деньги, но и само по себе было хорошим, нужным.
Молодые парни и девушки, нормальные, из хороших семей. Обычные. Без трещин в душе, изломов, во всяком случае - больших. В группе образовались и дружба и даже, через какое-то время, любовь. Создалось всего две парочки, остальные только дружили, общались, но самое главное - учились вместе и нормально друг к другу относились.
Так закончили два курса. После первого отмечали окончание, в основном, небольшими группами. Но на втором курсе сплотились больше. И окончание второго курса было решено отметить совместно, на довольно вместительной даче семьи одной из студенток.
Родители Лены были не против, многих узнали, были довольны, что дочь учится и в хорошем месте, и с нормальными людьми. На той даче Лена с новыми подругами из своей группы уже отмечали окончание первого курса, родители разрешили, все было нормально. А теперь она спросила, можно ли пригласить и других, дача была вместительная, заночевать даже на первом этаже там могли человек пятнадцать, на диванах и полу. Остальные могли расположиться на втором этаже. Вся их группа - двадцать шесть человек.
Родители подумали, поговорили друг с другом и с дочерью, вспомнили свою молодость - и согласились. Сами они были людьми лёгкими на подъем, ещё молодыми, современными - так что, зная их, Лена не удивилась их согласию, знала, что не откажут.
На даче собрались двадцать два человека, остальные четверо не смогли, по разным обстоятельствам.
Было весело. Никто не напился чрезмерно, было и такие, кто и вовсе не пили, девчонки организовывали несколько викторин, инициативные группы разыграли пару сценок. Хохмили, смеялись, танцевали.
Угомонились уже ночью, в двенадцатом часу, готовились ко сну.
Лена даже не знала, кто это выкрикнул первым, кто-то из парней, на первом этаже.
- Горит там! Пожар!
На втором этаже не сразу поняли, что горит и где, только побежали вниз.
Парни уже выскочили на улицу.
Горела баня.
Она стояла недалеко, но и не совсем близко от дома. Началась суета. Кто-то таскал воду из дома, кто-то подключал поливочный шланг.
Спасти баню не удалось, она сгорела дотла. Но удалось хотя бы спасти и сам дом, и забор, который тоже, по счастью, был неблизко от возгорания. В пылу сражения с огнем сначала никто не обратил внимания на то, что никто из соседей не явился.
Пожарным не набрали, все произошло очень быстро - было видно, что баню не спасти, а опасности возгорания чего-то другого не возникло. В общем, справились своими силами.
Но Лена точно знала, что в других домах были люди, и не так далеко от них, не могло такого быть, чтобы никто ничего не заметил. Когда праздновали, и то подходили к дому соседи, те, что напротив, через дорогу. Интересовались, сколько будет длиться празднование, и не будут ли они сильно шуметь или запускать салюты, у них-то, мол, дети, а вон в том доме - пожилые, все хотят спокойно отдыхать. Удостоверившись, что ничего такого не будет, ушли.
Студенты и не шумели, к тому же веранда была пристроена за домом, что глушило голоса.
Шум поднялся только во время тушения огня. Отчего загорелась баня, никто не знал, хотя после тушения и пытались выяснить. Никто не признался, что кyрил поблизости или ещё в чем-то подобном. Получалось, если так, то огню неоткуда было взяться. Конечно, нельзя было исключать, что кто-то что-то знал, но не признался.
И все же самое странное было то, что абсолютно никто из соседей никак не отреагировали ни на крики, ни на отблески пламени, которые невозможно было не увидеть в ночи.
Проверив, не притаился ли где-нибудь огонь, и кое-как приведя себя в порядок, все отправились в дом и рухнули спать, валясь от усталости с ног. Перед тем, как провалиться в сон, у Лены промелькнула мысль, что теперь ей родители не смогут доверять полностью никогда. Больше она не помнила ничего, все мышцы гудели от усталости, сон пришел моментально.
Проснулась от дикого крика, крик был женский. Первая мысль: снова пожар!
Было уже совсем светло, позже выяснилось, что семь утра. Одна из девушек вышла в туалет. Именно она и кричала.
Снова выскочили наружу.
Кто-то из девушек закричал тоже, одна или две, Лена плохо соображала, она ничего не могла понять.
Остальные хранили тяжёлое молчание.
Это не могло быть групповое помешательство. Они не могли сойти с ума все разом.
Не пили чрезмерно, а некоторые не пили и вообще. Ничего другого не употребляли и вовсе, таких не было в их группе и быть не могло.
Баня была на месте. Целая и невредимая. Словно не они ночью стояли над ее сгоревшими останками! Словно не они таскали воду, поливали, как могли, из шланга и ведер! Словно не они отмывали сажу со своей кожи!
Потрясение было слишком велико. Кто-то ходил, рассматривал ведра, ведра валялись в куче так, как и были брошены ночью, а не были составлены друг в друга, как прежде. Шланг лежал неаккуратной змеёй, кто-то вспоминал, что до этого шланг был сложен кольцом. Они переговаривались, вспоминая подробности происшествия и действия каждого. Привидеться такое не могло, к тому же - всем!
- Об этом лучше никому не говорить, - внезапно сказала Вика. Те, кто были недалеко от нее, замолчали. - Решат, что мы тут нанюхались чего-то, а то и похуже, - она замолчала. - Не поверит никто.
Завтракали почти молча, потрясенные. Завтрак был недолгим. Потом заговорили. Баню, ещё до этого, и трогали, и ходили внутрь, все. Она была цела, и никаких следов пожара не было. Не было даже следов того, что они обливали дачу водой, об этом свидетельствовали только небрежно сброшенные в кучу ведра и тот самый шланг. Куча песка оставалась словно бы почти нетронутой.
- Это не могло быть коллективной галлюцинацией, - об этом говорили все.
Не могло. Они не сошли с ума. И если бы такое было возможно - где следы воды, которые они в большом количестве вылили на эту баню? Где песок, которым они забрасывали огонь? Это не было сном, невозможно.
Всё было необъяснимо. Двадцать два человека. Никто не был слишком пьяный, а некоторые и вовсе совершенно трезвые. Все нормальные, вменяемые. Никто не страдал никакими психическими расстройствами. Хорошо! Если такое у кого-то и могло быть, то не сразу у двадцати двух человек!
Кто внушил им это видение? Разве такое возможно?! И где вода и песок?! Это не был сон! Об этом свидетельствовала и испачканная одежда. Почему соседи никак не среагировали на их крики?
Они так и не нашли ответы на эти вопросы, которые продолжали их мучить всю жизнь.
В то утро, приведя всё в порядок, они покинули дачу, напоследок глянув на злополучную баню, поблескивающую, словно в насмешку, маленькими окошками под поднимающимся солнцем.
Обо всем этом и позже друг с другом они почти не говорили, Вика права: им никто не поверит, а обвинить, хоть в чем, могут легко.
Их уверенность в мире, существующих законах мироздания покачнулась.
Кто-то увлекся мистикой, особенно девушки. Кто-то старался просто все забыть, хотя это было невозможно. В эру уверенно шагнувшего в жизнь интернета читали, стараясь найти хоть что-то подобное и, похоже, это никому не удалось, иначе информация так или иначе была передана по цепочке, связь они не теряли и после окончания университета.
Было много информации об НЛО, о каких-то мистических историях, но случались такие истории с отдельными людьми. О неопознанных летающих объектах, впрочем, писали иногда, что такое видели многие одновременно, в каких-то городах и даже одном из районов Москвы.
За исключением случаев с НЛО, подобному их истории они не нашли, когда бы одновременно с немалым числом людей случилось нечто необъяснимое.
Они словно в какое-то время попали в иное измерение - и вернулись обратно. Поведение соседей, впрочем, не подтверждало и такую фантастическую версию: если бы такое и существовало, то и соседи в "той" реальности реагировали бы по-другому. Лена как-то говорила об этом с одной подругой, в тот редкий момент, когда они возвращались к этой теме, это все же время от времени случалось.
- И ведра. Лопаты были в сарае, но не сложены аккуратно, как раньше.
Да, иногда к этой теме возвращались, словно пытаясь в который раз убедить друг друга, что это было в реальности.
Как будто кто-то посмеялся над ними.
Кто?
Приходили даже мысли о жизни в Матрице. Всё это вроде бы было бредом, идеи того фильма, но...
Ответа они так и не нашли. И те угли, которые они видели когда-то, то, что осталось от бани ночью - те угли навсегда остались в их душах, что-то навеки спалив там. Навсегда.
Но они жили. Нормально. Стараясь всё забыть. И не забывали об этом никогда.
________________
Из цикла "Непознанное", основано на воспоминаниях очевидца