Солнечный луч пощекотал веки Маргариты, заставив её забавно поморщиться и открыть глаза.
- Доброе утро, Маргарита, - прозвучал рядом мелодичный женский голос.
Девушка блаженно потянулась, наслаждаясь моментом пробуждения.
- Доброе утро, Хюррем-султан, - ответила она, одарив собеседницу искренней улыбкой. Но внезапно её лицо омрачилось. Резко сев в постели, Маргарита встряхнула головой, пытаясь развеять остатки сна. - Простите, я подумала, что Вы… мне приснилось… - пробормотала она, коснувшись пальцами своих губ. В её глазах мелькнул ужас, когда она посмотрела на султаншу, - или это был не сон? - с тревогой спросила она.
- Нет, Маргарита, это был не сон, - с улыбкой ответила Хюррем.
- Что же теперь со мной будет? Ка_знь, конечно. Зачем я вообще спрашиваю? Что ещё могут сделать с вражеской шпионкой? Шехзаде... он был здесь. Сказал, что любит меня... - с мечтательной улыбкой она прикусила губу. - Поцеловал. Ну и пусть теперь ка-знят...
- Маргарита, может, ты позволишь мне сказать хоть слово? - с лёгкой укоризной, но с улыбкой спросила Хюррем.
Маргарита мгновенно посерьёзнела.
- Простите, госпожа. Да, я готова Вас выслушать.
- Шехзаде будет здесь с минуты на минуту. Ты собираешься встретить его в постели, неумытая и растрёпанная? Он, конечно, любит тебя и такой, но, думаю, ты сама будешь чувствовать себя неловко.
Маргарита не могла поверить своим ушам.
- Шехзаде... любит меня? - прошептала она, её лицо выражало полное изумление. Значит, мне это не приснилось…Неужели это правда, госпожа? Этого просто не может быть...
- Узнаешь у него сама, когда он появится, - хитро улыбнулась Хюррем.
- Он придёт? О, Боже, он сейчас придёт! - воскликнула Маргарита, вскакивая с места и зажмуривая глаза.
- Тебе нехорошо? - тотчас встревожилась Хюррем.
- Нет-нет, всё в порядке, просто я резко встала, - заверила Маргарита, - госпожа, прошу Вас, задержите его, я не готова встретить его в таком виде, - умоляюще посмотрела она на султаншу.
- Не волнуйся, моя девочка, конечно, я его задержу, - успокоила её Хюррем и, подняв руку в жесте, направилась к двери, - ещё несколько часов назад ты собиралась ум_ереть, - обернулась она у порога, и Маргарита, не в силах сдержаться, рассмеялась.
Хюррем постучала в дверь, которая вмиг отворилась, и вышла из комнаты.
- Совсем ещё ребенок! Даже не поинтересовалась, откуда мне всё известно. Какая уж тут шпионка, - в коридоре поделилась она своими мыслями с Гюлем-агой.
- И правда, госпожа, ей до Вас далеко, - согласился тот, покачав головой. Но, спохватившись, добавил: - Я имею в виду, конечно, Ваш острый ум и невероятную сообразительность! Это же такая… такая сила!
Он поднял руки вверх, выпучил глаза и потряс ими, изображая восхищение.
Хюррем не смогла сдержать смеха.
- Я поняла, Гюль-ага, ты очень живо описал мое превосходство над Маргаритой.
- И не только над ней, госпожа, - удовлетворённо кивнул Гюль-ага, - прошу Вас, пройдёмте со мной. Ибрагим-паша ждёт Вас в условленном месте, - сообщил он очень серьёзным тоном и, заложив руки за спину, деловито последовал за султаншей, спрятавшей улыбку под вуаль.
Паша был, как никогда, оживлён, и это сразу бросилось в глаза Хюррем.
- Ибрагим, что-то произошло? Ты так взволнован, - с тревогой спросила она.
- Госпожа, это лишь предвкушение. Я близок к завершению дела со шпионской сетью Габсбургов. Через несколько дней я планирую захватить их главаря, и тогда с остальными будет куда проще. И Вы не поверите, кто оказался этим самым главой! Помните служанку Изабеллы? Ту, что руководила той операцией? Которая, как мы думали, приняла я_д? Так вот, она выжила, вернулась на родину и спустя время вновь продолжила свою подрывную деятельность против нашей империи.
- Серьёзная дама, - покачала головой Хюррем, - когда ты собираешься взять её?
- Думаю, через неделю. Я мог бы сказать точнее, если бы Маргарита не заболела. Теперь нужно ждать, когда музыкант приноровится собрать информацию. Я, конечно, постараюсь ему помочь в этом. Надеюсь, он смышлёный парень, и мне не придётся положить шифровку ему в карман, - усмехнулся Ибрагим, - осталось два важных сообщения, которые должны попасть к Карлу до похода повелителя, а потом дождаться его ответа. Так что, госпожа, скоро всё расскажем Маргарите, нужно будет подумать, как её подготовить… - взглянув на султаншу, Ибрагим замолчал на полуслове, заметив загадочную улыбку на её лице, - госпожа, я что-то не то сказал? - озадаченно спросил он.
- Ибрагим, у меня тоже отличные новости! - с сияющей улыбкой произнесла Хюррем, - я поговорила с Мустафой обо всём, и он отреагировал именно так, как я надеялась.
Ибрагим слегка прищурился, склонив голову.
- Простите, госпожа, но что именно “обо всём”?
- О Маргарите, - пояснила Хюррем, - надеюсь, ты не сердишься, что я не обсудила это с тобой заранее?
- Госпожа, как Вы можете так говорить! Мне неловко слышать подобные слова от Вас, - ответил паша, опустив голову в почтительном поклоне.
- Нет, Ибрагим, это я чувствовала себя неловко, принимая решение в одиночку. Ведь мы с тобой стали настоящей командой, единым целым, и, надо признать, очень успешной командой, - подчеркнула Хюррем.
- Это так, госпожа, - согласно кивнул он, - наша дружба, зародившаяся благодаря Мухсине, оказалась на редкость прочной и принесла немало пользы.
- Пусть так будет всегда, с помощью Аллаха! - с воодушевлением ответила Хюррем.
- Аминь! Я верю, что сам Всевышний благословил наш союз, - вновь склонил голову Ибрагим.
- Аминь! - вторя ему, сложила руки перед грудью Хюррем.
- Госпожа, я с нетерпением жду подробностей! Как отреагировал шехзаде на столь неожиданное известие? Хотя, я почти уверен, что он простил Маргариту, но, конечно, был опечален, - с сочувственным взглядом спросил паша.
- Да, поначалу он был очень расстроен, но мне удалось его успокоить. Итак, Ибрагим, слушай, я расскажу тебе всё с самого начала...
Их разговор затянулся, а верный Гюль-ага, словно невозмутимый страж, оберегал их уединение.
Спустя некоторое время с тихим скрипом приоткрылась дверь, и в образовавшейся щели показались глаза Ибрагима-паши.
- Всё спокойно, можете выходить, - прошептал Гюль-ага, и Ибрагим попрощался с Хюррем.
- Госпожа, мы по-прежнему будем держать друг друга в курсе всех дел и событий. Сегодня и завтра меня во дворце не будет. Сейчас я с повелителем еду инспектировать верфи на целый день, а завтра буду в янычарском корпусе, вводя в курс дела нового агу янычар, Мехмета, - поделился он.
- Это тот самый друг Армандо? - уточнила Хюррем.
- Да, он. Толковый воин, но надо объяснить ему, как стать толковым командиром, - ответил паша.
- Хорошо, Ибрагим, будем держать связь через Гюля-агу и Нигяр-калфу, - сказала султанша, и они разошлись каждый по своим делам.
Хюррем, узнав, что к Маргарите пришёл шехзаде, довольно улыбнулась и отправилась к детям.
В эту самую минуту Маргарита сидела на диване, прижавшись к Мустафе, а его рука крепко сжимала её ладонь. Щеки девушки пылали, взгляд, полный нежности, тонул в глазах любимого. Время словно остановилось и решило подождать, пока они осмыслят то, что произошло с ними.
Тишину нарушил Мустафа.
- Маргарита, завтра я пойду к повелителю, расскажу ему о своих чувствах к тебе и попрошу его благословения на наш союз.
Эти слова заставили Маргариту вздрогнуть.
- Шехзаде, простите меня, если это прозвучит неблагодарно, - немного отстранившись, начала она, - я не смогу стать одной из многих в Вашем гареме. Моя любовь к Вам слишком сильна, и мысль о том, что я буду делить Вас с другими, причинит мне невыносимую боль. Я боюсь, что это просто убьёт меня.
Мустафа мягко обнял её за плечи.
- Маргарита, ты не так поняла. Я не собираюсь просить разрешения на то, чтобы ты вошла в мой гарем. Я скажу повелителю, что хочу взять тебя в жёны. Ты будешь моей единственной, моей любимой женой.
- Шехзаде, но это невозможно…Согласно вашим традициям…
- Маргарита, я рад, что ты успела так хорошо узнать наши традиции, однако из правил бывают исключения, к тому же падишах имеет право изменить любое из них, как, например, он сделал, женившись на Хюррем-султан и отказавшись от других наложниц.
Несколько долгих секунд Маргарита смотрела на него, пытаясь осознать услышанное. Затем слёзы навернулись на её глаза, и она уткнулась лицом в его плечо, давая волю переполнявшим чувствам.
Мустафа тут же принялся успокаивать её, лаская словами и нежными поцелуями.
Вечером, когда Хюррем зашла к девушке, она едва узнала её.
На лице той сияла такая счастливая улыбка, что казалось, будто оно светится изнутри. Роскошные локоны ниспадали на плечи, а нарядное шёлковое платье так выгодно подчёркивало нежную белизну её кожи, что девушка выглядела просто потрясающе.
- Госпожа, как же я рада Вас видеть! Мне так хочется Вам всё рассказать! - Маргарита выпрямилась после почтительного реверанса и приблизилась к Хюррем, - простите, если я показалась Вам непочтительной, - тут же спохватилась она.
Хюррем, растроганная искренним порывом девушки, мягко улыбнулась.
- Маргарита, мне приятно, что ты видишь во мне не только госпожу, но и близкого человека, с которым хочется поделиться. Рассказывай, моя дорогая, я внимательно слушаю, - сказала она, взяв девушку за руку и усадив её рядом с собой на диван.
- Госпожа, у меня был шехзаде…он сказал, что…- Маргарита смущённо опустила глаза, - сказал, что будет просить повелителя соединить нас. Госпожа, он хочет, чтобы я стала его женой, единственной.
- Маргарита! Какая чудесная новость! Знаешь, я думаю, повелитель не откажет шехзаде. Он ведь сам уважает это великое чувство, - доверительно произнесла она, протягивая руки к Маргарите, и та, охваченная волнением, тут же прижалась к ней.
- Госпожа, я ещё хотела поговорить с Вами…- нерешительно начала она, находясь в объятиях Хюррем, - Вы ведь тоже знаете теперь, кто я, и повелитель знает?
- Да, я знаю, но повелитель – нет, мы решили пока не говорить ему, - серьёзно ответила Хюррем, крепче обняв девушку, - Маргарита, я так понимаю, что ты решила отказаться от своей миссии?
- Хюррем-султан, столько всего произошло в последнее время, для меня словно мир перевернулся. То, что мне рассказывали на родине, оказалось совсем не тем, что я вижу здесь. Получается, меня обманули? И зачем? Мне говорили, что османы – это жестокий, бездушный, невежественный народ, одержимый лишь жаждой наживы, что у вас нет ни совести, ни чести, ни святынь. Что падишах и принцы – тираны, которым нужно лишь золото. Но ведь это совсем не так! И те, кто говорил мне это, прекрасно знали, что лгут. Я в этом уверена,- с пылом ответила Маргарита, - а что Вы скажете, Хюррем-султан? Может быть, Вы знаете?
- Да, Маргарита, я знаю правду. Она сурова, и ты узнаешь её позже. Но она лишь укрепит твоё новое мнение об Османской империи и, увы, разочарует во многом из твоей прошлой жизни. Прошу, будь терпелива. И главное - помни: тебе понадобится вся твоя сила, чтобы справиться с тем, что ты узнаешь.
Маргарита крепко сжала плечи Хюррем, её пальцы впились в ткань платья султанши. Сделав глубокий вдох, она произнесла с непоколебимой решимостью:
- Я справлюсь со всем, ведь рядом со мной Вы и шехзаде!
- Конечно, мы с тобой, милая. Мы любим тебя и всегда поддержим. И не только мы. Ты такая умница, Маргарита, поверь мне, тебя ждёт большое счастье! - с этими словами Хюррем нежно поцеловала девушку в лоб, словно свою собственную дочь.
Они ещё немного поговорили, Хюррем настоятельно посоветовала ей прислушаться к советам Моша-эфенди и пока оставаться в постели. Маргарита безропотно согласилась. Ей и самой не хотелось никого видеть, предпочитая уединение своей комнаты, где она чувствовала себя в большей безопасности. Единственное, что тревожило её, – это судьба дяди. Но она не решалась сейчас обременять Хюррем-султан своими переживаниями, отложив этот важный разговор на потом.
Вернувшись в свои покои, Хюррем тут же написала Армандо. Она хотела увидеться с ним и поручила Гюлю-аге отнести записку доктору.
Гюль-ага принёс послание как раз в тот момент, когда Армандо встречал у себя дорогих гостей – Мехмета и его супругу Айше.
Как только Мехмет приехал в Стамбул, он явился к Ибрагиму-паше, а потом сразу же пошёл к своему другу Армандо.
Поблагодарив Гюля-агу и вручив ему мешочек с золотом, он заверил, что непременно прибудет завтра, затем вернулся к другу и его жене.
Мехмет, которого Армандо ещё недавно помнил в одежде охотника, теперь носил на плечах алый кафтан аги янычарского корпуса. Рядом с ним, закутанная в шелка, стояла Айше.
Армандо крепко обнял Мехмета, как родного брата. Затем он тепло поприветствовал Айше, усадил их обоих на уютный, мягкий диван и тут же распорядился слуге принести ароматный чай и угощения.
Вскоре между ними завязалась по-настоящему приятная беседа. Они успели обсудить важные для Мехмета темы: его предстоящую службу в янычарском корпусе и тот большой дом, который ему выделили.
После деловых разговоров друзья с удовольствием окунулись в мир общих воспоминаний, перебивая друг друга и смеясь.
В это время Айше и Морелла, найдя общий язык, вели доверительную беседу, обсуждая темы, близкие каждой женщине.
Внезапно Айше осеклась на полуслове, её губы дрогнули, и она тихо ойкнула. Лицо мгновенно побледнело, дыхание стало прерывистым, а в глазах появился странный, затуманенный взгляд.
В один миг все смолкли и повернулись в её сторону, рука Мехмета невольно потянулась к рукояти кинжала.
- Госпожа Айше, Вы меня слышите? - с тревогой в голосе спросила Морелла, - что Вас беспокоит? Вам больно?
Однако Айше, не ответив ни слова, начала медленно оседать на спинку дивана.
В одно мгновение Мехмет сорвался с места и оказался рядом с женой.
- Айше! Милая, открой глаза! Скажи хоть слово! - его голос дрожал, когда он схватил её руку.
- Мехмет, дай мне посмотреть, пожалуйста, - мягко, но настойчиво отстранил его Армандо ровным, но требовательным голосом.
Он наклонился к Айше, его пальцы бережно коснулись её запястья, чтобы нащупать пульс. Затем он поднял руку, призывая всех к тишине.
Минуту спустя его лицо на мгновение отразило удивление, а затем - нечто большее, что заставило Мехмета затаить дыхание.
- Армандо, ты что-нибудь понял? Что с моей Айше? – его голос срывался от волнения.
Доктор покачал головой.
- Пока не могу сказать точно, Мехмет, - ответил он, бросив на друга укоризненный взгляд, - пожалуйста, постарайся сохранять спокойствие. Подожди здесь, я сейчас вернусь, - добавил он необычайно мягким голосом.
Проходя мимо Мореллы, он бросил на неё мимолетный взгляд, который она тут же разгадала, и её лицо выразило удивление.
Вскоре Армандо вернулся, но не один. Рядом с ним шла пожилая женщина. Это была Хатидже, известная в Стамбуле лекарша, с которой когда-то работал Армандо, а уехав, предоставил ей для проживания свой дом.
Хатидже склонилась над Айше, её пальцы, лёгкие и тёплые, коснулись живота женщины. Она закрыла глаза, словно прислушиваясь к невидимым ритмам, которые были доступны только ей.
Мехмет, застывший в ожидании, чувствовал, как каждый удар его сердца отдавался эхом в тишине комнаты.
Наконец, Хатидже открыла глаза. На её лице играла улыбка. Она посмотрела на Мехмета, а затем на Армандо, и с торжественным видом произнесла словно древнее пророчество:
- Мехмет-ага, не тревожьтесь. Ваша супруга не больна. Она носит в себе новую жизнь. Аллах даровал вам дитя!
Эти слова, словно гром среди ясного неба, пронзили Мехмета. Он посмотрел на Айше, которая уже открыла глаза, и замер, не в силах произнести ни слова.
- Поздравляю, Мехмет, - улыбнулся Армандо, - твой путь в Стамбуле начинается с великого благословения.
- Армандо, друг, это правда? Хатун же толком и не посмотрела мою Айше, - недоверчиво промолвил Мехмет.
- Эта хатун, как ты изволил выразиться, великий мастер своего дела, поверь мне. Если бы она сомневалась, то провела бы полный осмотр, - заверил его Армандо.
- Господин Армандо, позвольте, я всё же осмотрю супругу Вашего друга, чтобы он не сомневался, - предложила Хатидже.
- Ну хорошо, Хатидже-хатун, осмотрите, - согласился доктор и попросил всех покинуть комнату.
Не прошло и четверти часа, как лекарша открыла дверь и разрешила всем войти.
- Могу Вам сказать то же самое, Мехмет-ага, Ваша супруга беременна, - подтвердила она своё предыдущее заключение.
Мехмет кивнул и опустился на колени перед Айше, его руки нежно обхватили её, в его глазах, обычно суровых, теперь плескалось море нежности.
- Айше, моя Айше… Ты – моё самое драгоценное сокровище. И теперь… теперь у нас будет ещё одно. А ты не верила…
Айше лишь улыбалась и тихонько плакала, не веря такому счастью.
Он прижал её к себе, чувствуя, как бьётся её сердце, и как под тонкой тканью её платья уже зародилась новая жизнь.
- Пусть Аллах благословит вас, - обратился он к лекарше, - Вы принесли нам величайшую весть!
- Пусть ваш дом будет полон смеха и радости. И пусть этот ребёнок станет гордостью вашего рода, - поздравила счастливых супругов Морелла.
Мехмет, всё ещё обнимая Айше, поднял взгляд на Армандо.
- Армандо, друг, ты знаешь, что я прибыл сюда с долгом перед султаном. Но теперь… теперь у меня есть ещё один долг. Долг перед этой жизнью, что растёт внутри моей Айше. Скоро я отправлюсь в поход, кто позаботиться о моей семье? Что мне делать? Дай совет…
Армандо улыбнулся.
- Не переживай, Мехмет, с твоей семьёй всё будет в порядке, я и Морелла будем рядом с ними. Я буду как друг, как доктор. Мы с Мореллой решили пожить некоторое время в Стамбуле, я лишь съезжу в Италию и привезу своих детей. Так что можешь отправляться в поход смело. Кто знает, может, успеешь возвратиться к родам и принять на руки своего малыша.
- Аминь! Да будет так! Спасибо, Армандо, мой дорогой друг. Ты снял с моей души тяжёлый груз. Теперь я чувствую себя гораздо сильнее и увереннее. С утроенной решимостью брошусь в бой и вернусь только с победой! - с твёрдой решимостью произнёс Мехмет.