- Нина, ну ты же не девочка, в твои-то сорок восемь пора уже и о душе подумать, и о крепком мужском плече! - Люся бесцеремонно отодвинула мою чашку с недопитым латте и водрузила на стол свой смартфон, экран которого светился изображением очередного жениха. - Посмотри, какой мужчина. Орел! Стать, взгляд, хозяйственная жилка прямо из глаз брызжет.
Я вздохнула, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение. Наша «случайная» встреча в кафе, третья за две недели, явно переставала быть случайной. Людмила - моя бывшая одногруппница, с которой мы не общались лет десять - возникла в моей жизни внезапно, словно фурункул на самом неудобном месте. Она впорхнула в мой размеренный быт со шлейфом приторных духов и непоколебимой уверенностью в том, что я, одинокая женщина с уютной квартирой в центре и налаженным фрилансом, глубоко несчастна.
- Люся, - я постаралась придать голосу максимум ледяного спокойствия, - я же просила. Мне не нужны женихи. У меня всё прекрасно: йога по утрам, кот Барсик, заказы расписаны на три месяца вперед. Моё «плечо» - это мой ортопедический матрас, и мы с ним в прекрасных отношениях.
- Ой, не смеши меня! - Люда всплеснула руками, звякнув золотыми браслетами. - Кот! Матрас! Это всё от одиночества, душа моя. Ты просто зачерствела в своих таблицах. А Виталик… О, Виталик - это песня. Он, правда, сейчас в поиске «своего дела», но руки золотые. Ему просто нужна муза. И ты, со своим спокойствием идеально ему подойдешь. Я его уже пригласила сюда. Будет через пять минут.
Я опешила. Мои границы не просто нарушили, их сдвинули на несколько метров вглубь.
***
Всё началось два месяца назад на встрече выпускников института. Люська всегда была «активисткой»: то кассу взаимопомощи организует, то коллективную закупку сомнительных бадов. Тогда, под звон бокалов, она вцепилась в меня мертвой хваткой.
- Ниночка, - причитала она, - ты же такая умница была. А теперь что? Глаза потухшие, на голове - пучок, в гардеробе - серость. Тебе нужен мужик. Настоящий! Чтобы ты ради него снова юбки надела и ресницы красить начала.
Я тогда лишь отшутилась. Ну, мало ли, перебрала подруга юности лишнего. Но Люся оказалась на редкость последовательной. Она начала «пасти» меня в соцсетях, комментировать каждое фото «Опять одна? Сердце кровью обливается!», а потом и вовсе перешла к активным действиям.
Сначала был Игорь. Игорек возник в дверях моей квартиры под предлогом «Люда сказала, у вас кран течет, а я мастер на все руки». Мастер оказался помятым мужчиной неопределенного возраста с устойчивым амбре вчерашнего перегара. Кран он не починил, зато полчаса рассказывал, как бывшая жена-стерва отсудила у него квартиру в Рязани и как ему сейчас «трудно зацепиться в большом городе».
Потом был Эдуард - «тонкая натура, поэт и философ». Эдуард пришел на наш общий ужин в парке, съел три порции шашлыка, не предложив оплатить даже свою часть заказа, и весь вечер читал стихи о тленности бытия и о том, что материальные блага - это оковы для истинного гения.
Каждый раз, когда я высказывала Люсе свое недовольство, она округляла глаза:
- Ниночка, ты слишком гордая для своего возраста! В твои годы перебирать - это преступление против природы. Мужчину надо лепить, как пластилин. А ты хочешь на всё готовенькое? Эгоистка!
***
И вот теперь - Виталик. Виталик ввалился в кафе шумно, пахнущий дешевым одеколоном и морозом. На нем была куртка явно не по сезону и шапка, из-под которой торчали нечесаные вихры.
- О! - пробасил он, плюхаясь за наш столик без приглашения. - Девчонки, привет. Людмила, это та самая бизнес-леди? Ну, здравствуйте, Нина. Наслышан, наслышан.
Я посмотрела на Люсю. Та сияла, как начищенный медный таз.
- Вот, познакомьтесь. Виталий - человек дела. Между прочим, отличный водитель. Только вот… обстоятельства сейчас такие, документы восстанавливает.
Виталий тем временем уже притягивал к себе меню.
- Нина, ты не смотри, что я сейчас на мели. Я в Питере знаешь как развернусь? Мне только база нужна. Ну, чтобы с регистрацией проблем не было и… - он подмигнул мне так многозначительно, что у меня дернулся глаз. - В общем, я человек не капризный. Могу и на диване пожить, пока дела не поправлю. Люда сказала, у тебя трешка? Места всем хватит.
В этот момент в моей голове что-то щелкнуло. Пазл, который не складывался целый месяц, вдруг начал обретать четкие очертания. Почему Люся так настойчиво сватает мне именно «непризнанных гениев» и «мужчин в поиске»?
- Виталий, - медленно произнесла я, - а вы с Людмилой давно знакомы?
- Так родственники мы! - радостно ляпнул Виталик, пока Люся безуспешно пыталась пнуть его под столом. - Она моя троюродная сестра. Сказала, есть вариант пристроиться к приличной женщине. Нина, ты не переживай, я по дому всё могу. Обои переклею… если денег на клей дашь.
Люся густо покраснела и начала судорожно рыться в сумочке.
- Виталик, ты что-то путаешь, я просто хотела помочь…
- Помочь кому, Люся? - я чувствовала, как во мне просыпается ледяная ярость, смешанная с каким-то болезненным любопытством. - Своей родне? Всем тем бедолагам, которых ты мне подсовывала?
Я вспомнила Игоря - «мастера», у которого были проблемы с жильем. Вспомнила «поэта» Эдуарда, который искал «музу с пропиской». Картина вырисовывалась просто монументальная в своей наглости.
- Нина, ну что ты такое говоришь! - Люся попыталась перейти в атаку. - Я о тебе забочусь! Ты же одна, как былинка в поле. А так - и тебе человек в доме, и людям доброе дело сделаешь. Ну что тебе стоит прописать Виталика на полгода? Ему на работу надо устроиться, в таксопарк не берут без регистрации. Ты же подруга!
- Подруга? - я почти засмеялась. - Подруги не используют чужую жилплощадь как перевалочный пункт для своих незадачливых братьев. Подруги не называют «запущенной» женщину, которая выглядит лучше них самих.
Я встала, аккуратно застегнув пальто. Виталик с сожалением посмотрел на так и не заказанный стейк.
- Знаешь, Люся, - сказала я, глядя ей прямо в глаза, - я, может, и «слишком гордая для своего возраста», но я точно не дура. Твоя благотворительность за чужой счет заканчивается здесь и сейчас. И передай своим «женихам», что в моем доме прописку получают только коты. И то после строгого кастинга.
- Да кому ты нужна, мегера! - взвизгнула Люся, теряя остатки своего благородного лоска. - Сиди со своим котом, пока мхом не обрастешь! Гордячка несчастная! Старая дева в сорок восемь лет!
Ее крик привлек внимание всего кафе. Несколько женщин за соседним столиком сочувственно посмотрели на меня, а одна даже незаметно показала большой палец.
***
Вечер того же дня я провела в самом прекрасном одиночестве, которое только можно представить. Барсик мурчал на коленях, в духовке томилась рыба с травами, а на экране ноутбука светился новый крупный заказ.
Я открыла свой блог и начала писать. Руки сами летали по клавишам. Мне хотелось рассказать всем этим женщинам моего возраста - прекрасным, состоявшимся, сильным - что «одиночество» и «свобода» - это не синонимы горя. Что те, кто пытается навязать нам свою «помощь», часто преследуют лишь одну цель: решить свои проблемы за наш счет.
Мы выросли в культуре, где «плохонький, но свой» считалось нормой. Где фраза «старая дева» была клеймом, а замужество - единственным мерилом успеха. Но время изменилось. Мы изменились.
Мой телефон пискнул. Сообщение от незнакомого номера: «Марина, добрый вечер. Это Игорь, ну, тот, что кран смотрел. Слушайте, Люда сказала, вы всё-таки передумали… Может, хоть в коридоре на раскладушке разрешите пожить? Я за продуктами ходить буду…»
Я заблокировала номер, не дочитав.
На моем лице играла легкая улыбка. Впервые за долгое время я чувствовала себя не «одинокой женщиной в поисках счастья», а хозяйкой собственной жизни. И эта жизнь была слишком драгоценной, чтобы пускать в нее людей, которые видят во мне не личность, а «базу для регистрации» или «удобную кормушку».
Завтра я пойду и куплю себе то самое красное платье, которое Люся назвала «слишком вызывающим». Не для мужчины. Для себя. Потому что мой возраст - это не приговор, а время, когда я наконец-то могу позволить себе быть собой. Гордой. Независимой. И бесконечно счастливой в своей тихой, уютной и только моей «запущенности».
Люся исчезла с моего горизонта, заблокировав меня везде, где только можно, напоследок вылив ушат грязи в общем чате бывших одногруппников. Но, как ни странно, это только помогло - все адекватные люди встали на мою сторону, а я окончательно поняла: настоящая благодетельница - это не та, кто тянет тебя в сомнительное «светлое будущее», а та, кто дает тебе право самой решать, каким оно будет.