Добрый день, мой читатель, коллега, клиент и просто прохожий!
В этом материале через один из недавних кейсов мы рассмотрим эффект расщепления в структуре Внутреннего ребенка на травмированную и ресурсную части и то, как на это повлиял опыт детства.
Моя клиентка женщина 45+, назовем ее Кристина (разрешение на публикацию получено)) довольно долго жалуется на усталость, проявляет признаки ипохондрии и никак не может принять важное решение – уйти с работы, которая забирает всю жизненную энергию.
Она получает хороший результат через ЭОТ-сессии и после каждой сессии уходит с чувством облегчения.
Однако, навык доступа к ресурсу, полученный в сессиях, не находит применения в жизни.
Получается замкнутый круг и в некотором смысле зависимость от терапии, как единственного способы получить ресурсы.
Надо отметить, что Кристина уже развернулась к Внутреннему Взрослому, но сопротивляется в ожидании, что кто-нибудь другой решит за нее ее жизненные задачи.
Так, травмированная часть Внутреннего ребенка оттягивает на себя все жизненные силы.
В одной из последних встреч, мы отошли от классической ЭОТ-сессии и использовали метафорические карты.
По мере работы с картами, Кристина повторяла «головой я все понимаю, но я так не чувствую!».
Запрос она сформулировала как осознание того, что поможет ей достичь состояния ресурсности и легкости из желания осознать скрытые выгоды,препятствующие этому.
Она уже осознавала, что сама находит «трешь», который выполняет для нее функцию волшебного пенделя, побуждающего двигаться и принимать важные жизненные решения.
Карту она выбрала очень яркую и жизнерадостную. На ней в компании мальчишек веселилась рыжеволосая девчонка.
Это было прямое указание на то, что если Кристина вернет себе это состояние, то уже из него сможет менять обстоятельства жизни.
Но взгляд Кристины носил совершенно иной характер – она ожидала мотивацию из вне в надежде, то она приведет ее к состоянию легкости и радости.
Она легко обозначила ресурсы, использую образ карты – природа, любимое творчество (вязание) и обозначила свою роль как активную (и это большой прогресс для Кристины).
Она все понимала, но настойчиво ощущала свое «не могу!».
Под конец сессии Кристина плакала и когда мы рассмотрели ее плачущую часть, то обнаружили образ «беспомощную девочку», которая неподвижно лежит на земле.
Эта часть проживалась Кристиной, как та, которая отдает силу и энергию, делая сильнее других и ослабляя Кристину.
Когда я спросила «Для чего быть слабой?» (исходный запрос от клиентки был на осознание скрытых выгод, удерживающих ее в привычном сценарии жертвы), она сказала, что когда она слабая, то беспомощная (нуждается в помощи и ждет ее от других, не запрашивая) и ничего не может: «Меня нет!» – резюмировала Кристина.
Но это была лишь половина правды, ведь начало работы показало, что несмотря на объективно непростое детство, даже тогда у нее был опыт, дающий ресурс.
Мы вернулись к той части Внутреннего ребенка, который нес в себе заряд жизненной энергии.
Кристина через работу с образами ресурсной девочки и беспомощной объединила их в одну целую и настоящую Кристину.
Ее присвоила себе и очень быстро, буквально в моменте ощутила легкость и прилив энергии.
Данная работа хорошо иллюстрирует как разный опыт детства словно делит человека пополам.
Одна Кристина (живая, жизнерадостная) была такой когда выходила за пределы семьи, в которой ее воспитывал безучастный отец и отвергающая мачеха.
Именно эта ее детская часть несла опыт беспомощности.
Вторая Кристина – та, какой она была с подружкой и мальчишками за пределами дома.
Она так и характеризовала себя как ее тогда называли веселой хохотушкой.
Эта часть проявилась через МАК.
История Кристины не единственная в моей практике и знакома мне лично.
Подобный опыт словно делит психику на две части, одна из которых (условно) познала рай, а другая ад.
Так возникает раскол целого на две противоположные части, связанные со сферой чувств.
И базово почвой на которой прорастает и укореняется этот раскол становится непринятие значимыми фигурами детства одних чувств, и принятие других (плачущая и гневная как правило отвергается, а радостная и покладистая поощряется).
Но удобная часть лишена той энергии, которую мы обнаруживаем в яркой и смелой.
Классический пример таких амбивалентных образов – сказка «Морозко», где энергия и выбор явно на стороне Марфушки.
Отвержение травмированной части и видение только живой и яркой Кристиной приводило к тому, что формировалось сопротивление к интеграции.
У Кристины выражено чувство неприязни к «темной стороне» реальности в виде наличия в мире немощи, уродства и любого рода несовершенства.
По мере нашей работы, Кристина стала обнаруживать, что многие ее установки не связаны с реальностью. Например, что люди, которых она считала наглыми и благополучными, тоже болеют, что если сделаешь плохо не факт, что ждет возмездие.
Кристина научилась видеть нелогичные схемы и склонность к мистическому мышлению и многое из того, что не дает ей воспринимать реально мир, который ее окружает.
И ей осталось совсем немного – принять свой личный опыт, где она смогла и немало и перестать его обесценивать и поддержать свою Внутреннюю девочку из Взрослой части.
Так, описанная сессия показала, что Кристина прекрасно знакома со своей ресурсной частью, у нее есть опыт успешной зрелости и детской радости помимо негативных переживаний, но осознание не равно принятие и агрессия пока не стала источником ресурса и подавляется.
У каждого человека своя скорость и время, когда психика готова «к переходу на новый уровень».
https://www.litres.ru/author/alya-alev/
Автор: Сердюк Алевтина Александровна
Психолог, Терапевт ЭОТ
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru