Автор Софья Анискина, психолог Центра Август
Мы привыкли, что маленькие дети - «ручные»: в младенчестве родители носят их на руках, очень сложно отлучиться, и даже в туалет сходить в одиночестве бывает проблемой. Дети просят присутствия родителя во время укладывания спать, сразу после пробуждения, могут бояться остаться в комнате одни. Это норма.
Потом они растут: в 7 лет уже смелее, в 9 могут сами ходить к друзьям. И вот в 11—12 лет мы ждем если не бунта, то хотя бы первых шагов самостоятельности.
Но бывает иначе: ребенок почти подросток, тинейджер, а все еще ходит за мамой «хвостиком», не решается без нее на простые дела, ничего не хочет делать сам. Почему так? И что с этим делать — рассказываем простыми словами.
Если ребенок в 11 лет совсем не самостоятельный и ходит за мамой по пятам, «хвостиком» - это часто не каприз, а знак сильной внутренней тревоги. По сути, его мир еще не научился работать без мамы - главного «защитника». И тогда ее присутствие - это щит от того страшного, сложного и непонятного, что происходит снаружи. Ему может казаться, что без этого щита все развалится, или в нем самом проснутся «плохие» чувства, которые он не может контролировать.
Ребенок находится в предподростковом возрасте. Это время, когда многие непростые процессы внутри него актуализируются и выходят на первый план. Ребенок, который выражает особую зависимость от мамы в таком возрасте, может давать сигналы, что некоторые ранние процессы еще не завершились и «тормозят» более здоровое и естественное развитие его психики.
Что может быть с этим связано:
1. Страх сепарации. Когда это воспринимается буквально как катастрофа. Как будто это разделение несет в себе опасность разрушить все хорошее (иными словами, «хороший объект» внутри), а они сами не переживут этого болезненного и страшного процесса.
2. Невыраженная агрессия. Если на так называемые «плохие» чувства стоит запрет, то все агрессивные чувства буквально не могут найти выход, так как заперты в ловушке. Нахождение с матерью в слиянии, "неразделение", дает ощущение, что он под защитой от своих же разрешительных фантазий.
3. Переход к депрессивной позиции. В этом возрасте уже, как правило, появляется опыт, когда мама может восприниматься как любящей, так и фрустрирующей. Если это дается с трудом, то ребенок цепляется за идеализированный опыт, чтобы не сталкиваться с чувством вины или печали за свою агрессию.
Таким образом, такое поведение - не манипуляция, а язык бессознательной тревоги.
Может ли помочь психолог?
В терапии ребенок сможет получить помощь и опыт, чтобы выдерживать свою амбивалентность, интегрировать свои агрессивные импульсы, а также выстроить более прочные и надежные связи, чтобы сформировать внутри себя более устойчивый образ матери, который не пропадает, когда мамы нет рядом.