Как я уже писал ранее, мнение Маркса о России менялось. Сначала он, как и все европейцы, видел в ней оплот реакции, того самого «жандарма Европы», который душит революционное движение. И он не сильно-то был не прав: реакционер Николай I, подавив восстание декабристов, жаждал законсервировать весь мир.
Но в отличие от наших «нациков», которые с каждым постом деградируют, Маркс не стоял на месте, а постоянно развивался. С 1860-х годов интерес Карла Маркса к России резко возрастает. Россия становится одним из главных предметов его специального изучения. Растёт глубина и детальность рассмотрения российской проблематики.
Сначала Маркс отказывается от представления о монолитной реакционной России — начинает различать официальную, самодержавно-помещичью Россию и Россию народную, революционную. А затем и вовсе в предисловии ко второму русскому изданию «Манифеста Коммунистической партии» Маркс и Энгельс называют Россию «передовым отрядом революционного движения в Европе». И далее пишут:
«Если русская революция послужит сигналом пролетарской революции на Западе, так что обе они дополнят друг друга, то современная русская общинная собственность на землю может явиться исходным пунктом коммунистического развития».
Как видите, Маркс менялся: от критического взгляда на Россию он пришёл к выводу о возможности именно в ней социалистической революции, а в общине видел основу для коммунистического развития.
Вскоре Маркс выучит русский язык, начнёт вести широкую переписку со русскими революционерами, его библиотека пополнится русскими изданиями. В ней находилось, по крайней мере, несколько сот книг и брошюр на русском языке. Энгельс писал Зорге, что после смерти Маркса только по одной русской статистике в библиотеке Маркса осталось больше двух кубических метров книг.
Поль Лафарг вспоминает:
«Когда Марксу было уже 50 лет, он принялся за изучение русского языка и, несмотря на трудность этого языка, настолько овладел им через каких-нибудь шесть месяцев, что мог с удовольствием читать русских поэтов и прозаиков, из которых особенно ценил Пушкина, Гоголя и Щедрина».
13 декабря 1859 г. Маркс пишет Энгельсу:
«В России движение идёт быстрее вперёд, чем во всей остальной Европе. С одной стороны, конституционное движение дворянства против царя и движение крестьян против дворянства… В следующей революции России придётся принять благосклонное участие».
Маркс и Энгельс жадно ловили всякое известие о развитии революционного движения в России. В 1863 г. Маркс писал Энгельсу:
«Будем надеяться, что лава потечёт на сей раз с Востока на Запад, а не наоборот».
Огромное значение Маркс придавал отмене крепостного права в России:
«После обнародования манифеста об освобождении 19 февраля 1861 г. — общее волнение и бунты среди крестьян; они считали его поддельным документом; военные экзекуции — общая порка крепостных в течение первых трёх месяцев после „Манифеста“. Откуда же взялась столь странная „увертюра“ к этому превознесённому до небес представлению?»
И сам же отвечает:
«Нельзя освободить угнетённый класс, не причинив ущерба классу, существующему его угнетением, и не внося одновременно разложения во всю надстройку государства, покоящуюся на таком неказистом социальном фундаменте. Когда наступает время такой перемены, то вначале проявляется большой энтузиазм; люди радостно поздравляют друг друга по поводу такого всеобщего доброжелательства, и льются торжественные слова о всеобщей любви к прогрессу и т. п. Но лишь только наступает очередь заменить слова делами, как некоторые отступают в страхе перед вызванными ими духами, а большинство выражает решимость отстаивать и бороться за свои действительные или воображаемые интересы. Только при поддержке революции или с помощью войны законные правительства Европы в состоянии были упразднять крепостное право».
Весь этот анализ приводил Маркса к выводу:
«Революция начнётся на этот раз на Востоке, бывшем до сих пор нетронутой цитаделью и резервной армией контрреволюции».
Ну а на выдумки о "русофобии Маркса" ответил еще Георгий Плеханов писал по этому поводу:
«К числу злых нелепостей, распространявшихся насчет Маркса, принадлежит сказка о том, что автор «Капитала» относился враждебно к русским. На самом деле он ненавидел русский царизм, всегда игравший гнусную рольмеждународного жандарма, готового давить всякое освободительное движение, где бы оно ни начиналось».
Ну и чтобы закрыть тему позже расскажу об Энгельсе и России