Ольга и Виктор прожили вместе двенадцать лет. Ссоры начались с мелочей, а закончились тем, что их общий дом превратился в поле битвы. Когда Ольга подала на развод и раздел имущества, она даже не предполагала, что Виктор потребует поделить… кошку и собаку. И это было только начало.
Март 2020 года. За окном трехкомнатной квартиры на улице Первомайской завывал ветер. Ольга стояла на кухне, сжимая кружку с остывшим чаем. Ее руки дрожали.
— Ты снова забрал ключи от машины? — тихо спросила она, не оборачиваясь.
Виктор вошел на кухню, громко хлопнув дверью. Он был в рабочей куртке, уставший после работы, но взгляд его оставался жестким.
— А ты куда собралась на ночь глядя? К своей мамочке жаловаться?
— Я хотела купить продукты, съездить в магазин.
— Не ври, Ольга, ты ездила к юристу, тебя видели.
Ольга резко обернулась.
— Да, я больше не могу так жить. Я подаю на развод.
Виктор усмехнулся, но усмешка вышла кривой.
— Развод? Ах, вот оно что. Ну, давай, давай. Только учти: квартиру я тебе не отдам, и детей не отдам.
Ольга закрыла лицо руками, в соседней комнате заплакала младшая, Полина.
Через неделю Ольга сидела в кабинете своего юриста и обсуждала иск.
— Итак, Ольга, вы просите расторгнуть брак и разделить имущество. Квартира трехкомнатная, право собственности: по 1/3 на вас с мужем и по 1/3 доли на каждого из детей. Так?
— Да, только на мне 1/3 доля, разве ему что-то причитается? Мы купили ее в 2017 году на материнский капитал и ипотеку, но ипотеку я закрыла сама, Виктор почти не вкладывался.
— Значит, его доля, только половина от супружеской доли, от 1/3, то есть 1/6 от всей квартиры. Мы можем предложить ему компенсацию, скажем, 756 тысяч рублей.
— Я согласна, пусть уходит. Дети не должны видеть, как отец кричит на мать.
Она не знала, что в это же время Виктор сидел у своего юриста и яростно диктовал встречный иск.
— Пиши, — говорил Виктор, стуча пальцем по столу. — Включить в раздел всё! Мебель из обеих квартир, золото - у нее осталось кольцо и цепочка, шубу норковую пусть вернет или платит половину. И кошку с собакой!
— Собаку? — Николай поднял бровь.
— А что такого? Породистая, мы за нее пятьдесят тысяч отдали, или пусть отдает половину стоимости за животных. И еще: машина «Тойота Ленд Крузер Прадо». Она ее продала за 1,4 миллиона, пока я был в отъезде по работе. Деньги она себе забрала, требую половину.
Николай вздохнул, но записал.
— А еще, — Виктор понизил голос, — есть микроавтобус «Тойота Шатл», он оформлен на её мать, Татьяну, но куплен на наши с Ольгой деньги, включай и его.
— Виктор, это сложно доказывать, что машина совместная, когда владелец теща…
— Докажешь, ты юрист или кто? — рявкнул Виктор.
Заседание длилось три месяца. В маленьком зале городского суда Ольга и Виктор сидели по разные стороны прохода, не глядя друг на друга.
Судья, женщина в строгом костюме, зачитала иск.
— Ольга, подтверждаете ли вы, что совместное проживание с ответчиком невозможно из-за неприязненных отношений и применения насилия?
Ольга встала. Голос ее дрогнул:
— Да, он ударил меня в марте. Я вызывала полицию, есть справка из травмпункта.
— Вранье, — Виктор подскочил. — Она сама упала. И вообще, это она меня довела.
— Ответчик, попрошу соблюдать порядок. Представитель истца, ваши доводы.
— Уважаемый суд, — начал юрист Ольги, — квартира по Первомайской единственное жилье для двоих несовершеннолетних детей. Согласно статье 38 СК РФ, вещи, приобретенные для детей, разделу не подлежат. Разделу подлежит только 1/3 часть, записанная на истца. Ответчик может получить компенсацию за свою 1/6 долю. Наши расчеты вот - 854 166 рублей.
— Ах, компенсацию? — Виктор скрестил руки. — А жить мне где? На улице?
— У вас есть регистрация и возможность проживать в квартире на Капитанской, — спокойно ответил юрист. — Это подтверждается выпиской из домовой книги.
— Там однушка, а я привык к простору!
Судья взглянула на Виктора поверх очков.
— Ответчик, ваши требования?
Представитель Виктора, поднялся с места. Он выглядел недовольным, слишком много абсурдных пунктов требовал его клиент.
— Ваша честь, мой доверитель настаивает на включении в раздел кошки и собаки, золотых украшений, шубы, а также автомобиля «Тойота Шатл», оформленного на мать истицы. И просит изменить договор купли-продажи квартиры, выделив ему отдельную комнату.
— Выделить комнату? — переспросила судья. — Где, по мнению вашего доверителя, будут спать дети?
— Дети могут спать в одной комнате, — буркнул Виктор.
Ольга не выдержала.
— Ты в своем уме?! У нас девочка и мальчик разного возраста!
Виктор начал кричать на Ольгу, огрызнулся на судью, которая пыталась его остановить.
— Удалить ответчика из зала, — приказала судья.
Так и шли заседания, наконец, суд принял решение:
- …Исключить из раздела стоимость кошки и собаки, как животных, не являющихся имуществом в смысле статьи 38 СК РФ. Исключить бытовую технику и мебель, приобретенные в интересах детей… Определить доли супругов в квартире на Первомайской — по 1/6 каждому. Передать долю Виктора в собственность Ольги. Взыскать с Ольги в пользу Виктора денежную компенсацию за 1/6 доли — 854 166 рублей, за проданный «Тойота Ленд Крузер» — 700 000 рублей, а также компенсацию за превышение стоимости имущества — 224 000 рублей. В удовлетворении требований о разделе золотых украшений, шубы, наличных денег и автомобиля «Тойота Шатл» — отказать. В изменении договора купли-продажи квартиры — отказать.
Ольга выдохнула. Полтора миллиона компенсации — это огромные деньги. Но дети остались в своей квартире, да и Виктора больше не будет в квратире.
Виктор сидел, сжав кулаки.
— Я буду обжаловать!
— Ваше право, — ответила судья.
В областном суде апелляция не помогла. Судья подтвердила:
- Совместное проживание родителей, имеющих неприязненные отношения, в спорной квартире, где также проживают несовершеннолетние дети, невозможно. Виктор имеет регистрацию в другом жилом помещении и не имеет препятствий для проживания в нем.
— Ольга предлагала вам мировое соглашение, — напомнила судья Виктору. — Она готова была отдать вам однокомнатную квартиру на Капитанской. Вы отказались.
— Потому что я хочу комнату на Первомайской! — упрямо повторил Виктор.
— Но это невозможно без нарушения прав детей. Отказать.
Тогда Виктор подал кассационную жалобу в Девятый кассационный суд.
Суд кассационной инстанции поддержал нижестоящие суды:
— При разделе имущества супругов суд руководствуется не только статьей 252 ГК РФ, но и пунктом 3 статьи 38 СК РФ. Допускается присуждение компенсации, если передача доли в натуре невозможна. Невозможность здесь доказана: неприязненные отношения, интересы детей, конструктивные особенности квартиры. Отказать.
Прошел год. Ольша успокоилась, отдала ему деньги, слышала, что муж купил какое-то жилье, но ее это не интересовало. К детям он не ходил, алименты платил. Говорят, он подал новый иск, уже на мать Ольги, пытаясь доказать, что «Тойота Шатл» общее имущество, но проиграл.
Ольга иногда заходит в приложение суда, проверить, нет ли новых повесток. Пока тихо.
P.S. Автор благодарит судебные инстанции всех уровней за богатый материал. Имена и названия изменены, совпадение событий случайны. Юридическая часть взята из:
Определение Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 02.12.2021 N 88-10439/2021
Берегите себя и своих близких и не забывайте подписываться на автора на МАХ (https://max.ru/ch_62dd7533b57b823632e94ccb)