Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Не моя жизнь, Глава 12

начало тут
Глава 12. Огонь, шторы и … (или первый урок магии)
Утро началось с того, что Юля проснулась за пять минут до стука в дверь. Организм, привыкший к детдомовскому режиму, всё ещё работал как часы, даже в магическом мире.
— Вставайте! — раздался голос Лукаса. — Завтрак через полчаса, потом начинаем!

начало тут

Глава 12. Огонь, шторы и … (или первый урок магии)

Утро началось с того, что Юля проснулась за пять минут до стука в дверь. Организм, привыкший к детдомовскому режиму, всё ещё работал как часы, даже в магическом мире.

— Вставайте! — раздался голос Лукаса. — Завтрак через полчаса, потом начинаем!

Юля села на кровати, посмотрела на зеркало. Зеркало молчало. Не показывало никаких лиц, не рябило, не трескалось. Просто стояло себе в углу и делало вид, что оно обычное.

— Хорошее зеркало, — сказала Юля зеркалу. — Продолжай в том же духе.

Она умылась, оделась в свои привычные джинсы и водолазку (в магическом гардеробе, который тётя Мира предусмотрительно развесила в шкафу, были какие-то платья и накидки, но Юля решила, что к экстремальным переменам нужно привыкать постепенно) и спустилась вниз. Завтрак прошёл в тишине. Тётя Мира смотрела на Юлю с умилением, Лукас — с сосредоточенным видом человека, который готовится к чему-то сложному, а сама Юля — в свою тарелку, где снова была каша с ягодами.

— Ты волнуешься? — спросила тётя Мира.

— Нет, — сказала Юля. — Я в ужасе. Но это разные вещи. Волнение — это когда ждёшь результата. А ужас — когда знаешь, что результата не будет, но всё равно надо делать вид, что стараешься.

Лукас поперхнулся чаем.

— Оптимистично, — заметила тётя Мира.

— Реалистично, — поправила Юля. — Я бухгалтер. Я работаю с фактами. Факт номер один: магия у меня спала двадцать пять лет. Факт номер два: я никогда не чувствовала ничего магического, кроме, возможно, расширения сосудов. Факт номер три: сегодня меня будут учить чему-то, чему нормальные люди здесь учатся с пяти лет. Вывод: ничего не получится.

— Ты забыла факт номер четыре, — сказал Лукас.

— Какой?

— Ты — из рода Игнис-Аларик. А Игнис — это огонь. Огонь не гаснет. Он может спать, но не гаснет.

Юля посмотрела на него с подозрением.

— Это звучит как строчка из дешёвого романа. Ладно, — Юля встала из-за стола. — Пойдём зажигать. Только предупреждаю: если я подожгу что-нибудь не то, я скажу, что вы меня не так учили.

Лукас выбрал для занятий небольшую комнату на первом этаже. В ней не было ничего лишнего — только старый деревянный пол, высокие окна и пустота. Идеальное место для того, чтобы ничего не сжечь, подумала Юля.

— Садись, — Лукас указал на середину комнаты.

Юля вздохнула и села. Пол был холодным, твёрдым и, кажется, очень старым. Она представила, сколько поколений магов сидело здесь до неё, и почему-то стало обидно — что она, возможно, станет худшей ученицей в истории этого пола.

— Закрой глаза, — сказал Лукас. — Расслабься. Дыши ровно.

— Я всегда дышу ровно. Это у меня профессиональное. В налоговой без ровного дыхания нельзя.

— Замолчи и слушай.

Юля замолчала. Закрыла глаза. Постаралась расслабиться.

Сначала было ничего. Просто темнота, тишина и холодный пол под... ну, под теми частями тела, которые с этим полом соприкасались.

— Сосредоточься на своих ощущениях, — голос Лукаса звучал откуда-то справа. — Что ты чувствуешь?

— Холод, — честно сказала Юля. — И жёсткость. И желание встать и пойти выпить чаю.

— Не это. Глубже.

— Глубже — это мышцы, кости, сухожилия. Я не биолог.

— Юля, — в голосе Лукаса появились нотки нетерпения. — убери свой сарказм. Просто... почувствуй.

Юля вздохнула, постаралась отключить внутренний голос, который настойчиво предлагал составить список действий для возвращения домой, и сосредоточилась. Тишина. Темнота. Холод. И вдруг — что-то. Она не могла это описать. Это было не тепло, не холод, не звук и не свет. Это было просто... присутствие. Как будто где-то внутри неё, глубоко-глубоко, тлел огонёк. Юля даже знала, где именно — в груди, чуть ниже рёбер. Маленький огонёк, как от теплившейся свечки.

— Есть, — сказала она.

— Что есть? — голос Лукаса стал тише.

— Что-то есть. В груди. Как будто... тепло.

— Хорошо, — Лукас почти прошептал. — Теперь постарайся до него дотронуться. Мысленно.

Юля представила руку, которая тянется к этому огоньку. Не физическую руку, а что-то вроде... воображаемой. Она протянула её, коснулась. Огонёк дрогнул. И в этот момент Юля почувствовала сквозняк. Холодный, неприятный, от которого замёрзли уши. И запах. Запах чего-то горелого.

— Ничего не чувствую, кроме сквозняка, — сказала она, не открывая глаз. — И где-то пахнет горелым. Там что, обед подожгли?

Лукас не ответил.

— Лукас? — Юля открыла глаза.

Лукас стоял у окна и тушил портьеру . Обычную, бархатную, которая минуту назад была целой, а теперь горела весёлым оранжевым пламенем.

— Ой, — сказала Юля.

Лукас что-то шепнул, взмахнул рукой, и пламя погасло. Портьера висела на окне чёрным, дымящимся лоскутом.

— Это я? — спросила Юля.

— Ты, — мрачно сказал Лукас.

Юля посмотрела на свои руки. Руки были обычными. Никакого огня.

— Я даже не шевелилась, — сказала она.

— Магия не всегда требует движений, — Лукас подошёл к ней. — Иногда достаточно намерения. Твоё намерение было... слишком сильным.

— Я просто хотела, чтобы оно проснулось, — растерянно сказала Юля.

— Проснулось, — Лукас кивнул на дымящуюся занавеску. — И сразу показало характер.

Юля посидела, переваривая. Потом медленно встала, отряхнула джинсы и сказала:

— Магия — это пожароопасно.

— Не всегда, — вздохнул Лукас.

— Пока что всегда, — Юля показала на занавеску. — У нас есть запасные? Или тётя Мира убьёт меня за испорченное имущество?

— Запасные есть. А тётя Мира... — Лукас замялся. — Она будет рада.

— Чему? Тому, что я подожгла занавеску?

— Тому, что у тебя получилось.

Юля посмотрела на обгоревшую ткань, потом на Лукаса, потом снова на ткань.

— Это называется «получилось»? Шторы — в утиль, я — в шоке, вы — в расстройстве.

— Я не в расстройстве, — сказал Лукас. — Я... удивлён.

— Чем?

— Тем, как быстро. Обычно у тех, чья магия спала годами, первый раз занимает недели. А у тебя — минуты.

— Может, я просто талантливая поджигательница, — буркнула Юля.

— Может быть, — серьёзно сказал Лукас. — Но я думаю, дело в другом. Твоя магия не просто спала. Она ждала. И когда ты её коснулась, она рванула. Как собака с поводка.

Она постояла, подумала и села обратно на пол.

— Давай ещё раз, — сказала она. — Только в этот раз я попробую осторожнее.

— Ты уверена?

— Нет. Но если я сейчас уйду, то завтра будет страшнее. Я не люблю откладывать неприятное.

Лукас сел напротив.

— Закрой глаза. Снова найди этот огонёк. Но на этот раз не трогай. Просто... смотри на него.

Она закрыла глаза. Нашла огонёк — он был там же, в груди, но теперь не спал. Он пульсировал, как маленькое сердце, и от него шло тепло.

— Вижу, — сказала она.

— Не трогай. Просто смотри.

Юля смотрела. Огонёк пульсировал ровно, спокойно, и чем дольше она смотрела, тем теплее становилось внутри. Никаких занавесок, никакого огня. Просто тепло.

— Получается, — удивилась она.

— Получается, — голос Лукаса звучал удовлетворённо.

— И что мне теперь с ним делать?

— Пока — ничего. Просто привыкай. Знай, что оно есть. Оно само покажет, чего хочет.

— Как кошка, — сказала Юля. — Есть, но не твоё.

— Как кошка, — улыбнулся Лукас. — Точно.

Вечером, когда Юля ушла в свою комнату (проверять, не показывает ли зеркало лица, а заодно — переваривать события дня), Лукас остался с тётей Мирой в гостиной. Они сидели у камина, пили чай, и Лукас смотрел на огонь с выражением, которое тётя Мира называла «наставническая тревога».

— Ну? — спросила она. — Как прошло?

— Она подожгла штору, — сказал Лукас. — Быстро, ярко, неконтролируемо. Магия в ней есть. И её много.

— Но ты чем-то озабочен.

Лукас помолчал. Потом сказал:

— Я боюсь, что она не справится. Магия спала двадцать пять лет. Это слишком долго. Обычно, когда человек так долго живёт без магии, его связь с ней становится... слабой. Как мышца, которая не работала. Её можно накачать, но нужно время. А у нас времени нет.

— Время есть, — сказала тётя Мира. — Баланс пока держится. И будет держаться.

— А если нет? — Лукас повернулся к ней. — Если её магия не проснётся в полную силу? Если она сможет только поджигать шторы, а не удерживать равновесие?

Тётя Мира поставила чашку на стол и посмотрела на Лукаса долгим, спокойным взглядом.

— Ты забываешь одну важную вещь, — сказала она.

— Какую?

— В данном случае важны не её способности, а важен сам факт её присутствия. Когда Анастасия исчезла, в клане Игнис образовалась пустота. Пять лет. Пять лет не хватает одного человека. Обычно, когда кто-то умирает, на его место рождается новый носитель. Но здесь никто не родился. Понимаешь? Никто. Как будто мир ждал.

— Ждал Юлю.

— Ждал Юлю, — кивнула тётя Мира. — И дело не в том, сколько у неё силы. У младенцев, которые рождаются в клане, силы тоже мало. Но они занимают место. Они поддерживают баланс просто тем, что существуют. Потому что равновесие — это не про силу. Это про количество.

Лукас молчал, глядя в окно.

— Нам не надо чтобы она удерживала бури и наводнения., — продолжила тётя Мира. —Нам надо чтобы она присутствовала. Занимала своё место. Это... поддержка.

— Но если её магия не проснётся, — начал Лукас.

— Проснётся, — твёрдо сказала тётя Мира. — Ты видел штору.

— Видел.

— Вот и всё. Она проснулась. Дальше — вопрос времени и терпения. А терпения у нас, слава богам, хватает.

Лукас посмотрел на огонь, потом на потолок, за которым, на втором этаже, сидела Юля и, наверное, разговаривала с зеркалом.

— Вы правы, — сказал он. — Я просто... переживаю. Она не такая, как другие.

— Она другая, — согласилась тётя Мира. — И это хорошо. Может быть, именно такой нам и не хватало.

В своей комнате Юля сидела на кровати и смотрела на зеркало.

— Слушай, — сказала она. — Я сегодня штору подожгла. Случайно. Просто дотронулась до какой-то штуки внутри, и она загорелась. Ты не знаешь, это нормально?

Зеркало молчало.

— Ладно, — вздохнула Юля. — Молчи. Я привыкла.

Она легла, накрылась одеялом и закрыла глаза.

В груди, чуть ниже рёбер, пульсировал маленький тёплый комочек. Он был там. Живой. Настоящий.

— Ладно, — сказала Юля этому комочку. — Ты меня удивил. Но если ты ещё раз что-нибудь подожжёшь без спроса, мы с тобой серьёзно поговорим. Я привыкла, чтобы всё было по плану. Без плана — это не работа, это пожар. В прямом смысле.

Комочек пульсировал ровно, спокойно. Кажется, он её слушал.

— Вот и договорились, — сказала Юля и уснула.

Ей снилось, что она сидит в своём офисе, перед ней стопка отчётов, а на подоконнике цветёт кактус. И всё хорошо. И никаких штор.

Глава 13

***

В ожидании продолжения истории приглашаю вас почитать другие произведения автора:

«Яга на удалёнке»

«Лекарка без диплома и маг в нагрузку»

«Ведьма, кот и дверь на чердаке»

«Тень урочиша»

«Библиотека Теней»

Короткие рассказы. Мистика, Фэнтези, Юмор.

***

Если вы дочитали до конца, поддержите автора, подпишитесь на канал, поделитесь ссылкой, это поможет в продвижении канала.

Ставьте лайки, если нравится. Ставьте дизлайки, если не нравится. Пишите комментарии. #фэнтези #юмор #книга #рассказ #роман #сказка #немояжизнь