– Алло, Настенька, это тётя Зина! – бодрый голос свекровиной сестры прозвучал в телефоне с самого утра субботы. – Не разбудила?
Я посмотрела на часы. Восемь утра. Выходной.
– Нет, тётя Зина, я не сплю, – соврала я, стараясь не зевнуть в трубку.
– Вот и хорошо! Настенька, милая, у меня к тебе маленькая просьба. Совсем крошечная!
Я сжала телефон покрепче. Уже третий звонок за неделю.
– Слушаю вас.
– Понимаешь, у меня сломался холодильник. Совсем. Не работает. А денег на новый нет. Вот я подумала – может, ты мне одолжишь? Тысяч пятьдесят? Я потом верну, обязательно!
Пятьдесят тысяч. После того, как в понедельник двоюродный брат Константина просил тридцать на ремонт машины. А в среду его сестра Лариса – двадцать на оплату детского сада.
– Тётя Зина, у меня сейчас нет свободных денег, – твёрдо ответила я.
– Как это нет?! – возмутилась она. – Костя же говорил, что ты зарабатываешь двести пятьдесят тысяч в месяц! Это же огромные деньги!
Внутри всё похолодело.
– Костя говорил?
– Ну да! На юбилее Тамары Петровны рассказывал! Так гордился тобой! Говорил, что ты такая успешная, зарабатываешь больше него!
Я медленно выдохнула.
– Тётя Зина, извините, но я не смогу вам помочь.
– Настя! Ну как же так?! Мы же родня!
– Именно поэтому я не даю в долг родственникам. Извините.
Я отключилась и швырнула телефон.
Константин сладко спал рядом. Я толкнула его в плечо.
– Костя! Проснись!
– М-м-м... что? – промычал он, не открывая глаз.
– Твоя тётя Зина звонила. Просила пятьдесят тысяч в долг.
– Ну и дай, – пробормотал муж и повернулся на другой бок.
Я сбросила одеяло с него.
– Костя! Очнись! Это третий звонок за неделю! Все твои родственники названивают и просят денег!
Константин нехотя открыл глаза.
– Ну... им же нужна помощь...
– Костя, ты рассказал им, сколько я зарабатываю?
Муж замялся.
– Ну... мама спросила... Я сказал...
– На юбилее?! При всех?!
– Настюх, ну они же родня! Чего скрывать?
Я села на кровать и уставилась на мужа.
– Костя, ты понимаешь, что натворил?
– Что я натворил? Просто сказал, что моя жена молодец! Зарабатывает хорошо! Горжусь тобой!
– И теперь вся твоя родня считает, что я обязана всем давать в долг!
– Ну не всем же...
– Всем! Твой брат, твоя сестра, тётя Зина, дядя Петя! Все звонят и просят! У одного машина сломалась, у другого садик оплатить нечем, у третьего холодильник!
Константин почесал затылок.
– Настюх, ну они правда нуждаются...
– Костя, я не обязана решать проблемы всей твоей родни!
– Но у тебя же есть деньги!
Я встала с кровати.
– У меня есть зарплата. Которую я зарабатываю сама. Которую трачу на наши нужды. И которую я не собираюсь раздавать твоим родственникам.
– Настя, ну не жадничай!
– Жадничаю?! – не поверила я. – Костя, ты серьёзно?!
– Ну да! Они же просят в долг! Не подарить, а одолжить! Вернут же!
Я усмехнулась.
– Как вернул твой брат пятнадцать тысяч, которые ты ему дал полгода назад на якобы срочный ремонт душевой кабины?
Константин замолчал.
– Вот именно. Не вернул. Как и твоя сестра десять тысяч. Тоже не вернула.
– Ну... у них трудности...
– У всех трудности, Костя! Но это не значит, что я должна всех содержать!
Муж обиделся.
– Ты преувеличиваешь. Никто не просит тебя их содержать.
– Нет, просят меня давать в долг. Постоянно. И ты это спровоцировал, рассказав всем о моей зарплате.
– Я не думал, что будет так...
– А надо было думать!
Я вышла из спальни, хлопнув дверью.
Мы с Костей поженились два года назад. Он работал инженером, получал семьдесят тысяч. Я – руководителем отдела в крупной компании, зарабатывала двести пятьдесят.
Поначалу Костя немного стеснялся, что жена зарабатывает больше.
– Настюх, может, мне работу сменить? Найти что-то поприбыльнее?
– Зачем? Тебе же нравится то, чем ты занимаешься.
– Нравится. Но неудобно как-то...
– Костя, какая разница, кто сколько зарабатывает? Мы семья. У нас общий бюджет.
Он успокоился. И я думала, что вопрос закрыт.
Но на юбилее свекрови, который был месяц назад, всё изменилось.
Тамара Петровна праздновала шестидесятилетие. Собралась вся родня – человек тридцать. Братья, сёстры, племянники, двоюродные, троюродные.
Я сидела за столом тихо, улыбалась, кивала. Старалась быть вежливой, но не лезть в разговоры. Костина родня была шумная, говорливая, все перебивали друг друга.
– Костик, а как дела на работе? – спросила его тётя Зина.
– Хорошо, тётя Зин!
– А зарабатываешь нормально?
Костя замялся.
– Ну... нормально...
– Сколько? – не унималась тётя.
– Семьдесят тысяч, – неохотно ответил муж.
– Семьдесят?! – ахнула она. – Ой, Костенька, это же копейки! Как вы живёте-то?
– Нормально живём, – улыбнулся Костя. – У Насти зарплата хорошая.
Я напряглась.
– А сколько у Насти? – с любопытством спросила тётя Зина.
И тут Костя, гордо улыбаясь, выдал:
– Двести пятьдесят тысяч! Она у меня молодец! Карьеристка!
За столом воцарилась тишина. Все уставились на меня.
– Двести пятьдесят?! – протянула свекровь. – Ничего себе!
– Вот это да! – присвистнул дядя Петя. – Настенька, а что, берёшь на работу? Шучу, шучу!
Все засмеялись. А я сидела и чувствовала, как краснею от смущения.
– Костя, зачем ты это рассказал? – тихо спросила я, когда гости разошлись.
– Что такого? Я горжусь тобой!
– Но это личная информация...
– Настюх, это же семья! Чего стесняться?
Тогда я промолчала. Решила, что ничего страшного. Ну узнали родственники, и что с того?
А через неделю начались звонки.
Первым позвонил брат Константина, Сергей.
– Настюх, привет! Как дела?
– Нормально, Серёж. Что случилось?
– Да вот... машину в ремонт отдал. Тридцать тысяч просят. А у меня сейчас туго с деньгами. Можешь одолжить? До зарплаты?
Я вздохнула.
– Серёж, а когда зарплата?
– Через две недели!
– Нет.
И сбросила звонок.
Потом позвонила сестра Кости, Лариса.
– Настя, выручай! Садик оплатить надо – двадцать тысяч. Не успела накопить!
Я не дала.
А теперь вот тётя Зина с холодильником.
И я поняла – так будет продолжаться бесконечно. Все родственники Кости теперь знают, что у меня хорошая зарплата. И все будут просить.
А Костя будет стоять на их стороне. Потому что «мы же семья».
Вечером я села с мужем серьёзно поговорить.
– Костя, слушай внимательно. Никому из твоих родственников я денег не дам. Никому.
– Настя, ну как же так? Если им нужна помощь...
– Пусть попросят у тебя. Из твоей зарплаты.
– Но у меня зарплата маленькая!
– Вот именно. А моя – моя. Я её заработала. И распоряжаться ею буду только я.
– Настюх, ну мы же семья!
– Мы с тобой – семья. А твои тёти, дяди, братья, сёстры – твои родственники. Не мои.
Костя обиделся.
– То есть ты отказываешься помогать моим родным?
– Отказываюсь давать в долг. Потому что никто не возвращает. Тебе.
– Ну... когда смогут...
– Никогда, Костя. Они не собираются возвращать. Потому что считают, что раз у меня много, то мне не жалко.
– Но тебе же правда не жалко! У тебя зарплата огромная!
Я посмотрела на мужа.
– Костя, моя зарплата – это результат десяти лет работы. Я училась, росла, развивалась. Меняла работы, брала на себя ответственность. И теперь получаю хорошие деньги. Это мои деньги. И я решаю, на что их тратить.
– Но мы же вместе их тратим! На квартиру, на еду, на отдых!
– На нас с тобой – да. Но не на всю твою родню.
– Настя, ты эгоистка!
Я встала.
– Хорошо. Раз я эгоистка, давай разделим бюджет. Ты будешь тратить свою зарплату на себя и своих родственников. А я – свою на себя.
– Что?!
– Именно. Отдельные расходы. Коммунальные пополам. Еду покупаем по очереди.
Костя побледнел.
– Настя, ты о чём? Мы же семья!
– Тогда перестань называть меня эгоисткой за то, что я не хочу содержать твою родню.
Муж молчал.
– И ещё, – продолжила я. – Завтра ты звонишь всем своим родственникам и говоришь, что больше никто не может мне звонить с просьбами о деньгах. Если нужна помощь – пусть обращаются к тебе.
– Но...
– Это не обсуждается, Костя. Либо ты это делаешь, либо мы разделяем бюджет.
Константин опустил голову.
– Хорошо. Позвоню.
На следующий день Костя, как и обещал, обзвонил родственников.
Я слышала, как он говорил с братом:
– Серёж, слушай, больше не звони Насте с просьбами о деньгах. Если что-то нужно – обращайся ко мне.
– А что, Настя против? – удивлённо спросил Сергей.
– Против. И я её понимаю. Ты же не вернул пятнадцать тысяч, которые я тебе дал.
– Ну... не успел ещё...
– Серёга, прошло полгода.
– Костя, ну у меня расходы...
– Понимаю. Но тогда не проси больше.
Сергей обиделся и бросил трубку.
Так же обиделась и Лариса. И тётя Зина. И дядя Петя.
– Костя, да что это такое?! – возмущалась свекровь по телефону. – Настя совсем зазналась! Деньги заработала и теперь нос задирает!
– Мам, у Насти принципы.
– Так пусть дарит! Мы же родня!
– Мам, это её деньги. Она сама решает, что с ними делать.
Тамара Петровна фыркнула и отключилась.
Вечером Костя пришёл домой грустный.
– Все на меня обиделись. Говорят, что я подкаблучник. Что жена мной командует.
Я обняла мужа.
– Прости. Не хотела портить твои отношения с родней.
– Да ладно, – вздохнул Костя. – Может, они и правы. Может, я правда подкаблучник.
– Не подкаблучник. Просто понял, что нельзя распоряжаться чужими деньгами.
Он кивнул.
– Понял. И ещё понял, что мои родственники наглые. Никто не собирался долги возвращать.
– Да, – согласилась я.
– Прости, Настюх, что рассказал о твоей зарплате. Глупость сделал.
– Сделал. Но исправил.
Мы помолчали.
– Настюх, а давай правда бюджет разделим? – вдруг предложил Костя.
Я удивлённо посмотрела на него.
– Зачем?
– Чтобы справедливо было. Ты зарабатываешь больше, ты и должна тратить на себя. А я – на себя. По честному.
Я покачала головой.
– Костя, мы семья. У нас общий бюджет. Просто теперь мы тратим его только на нас двоих. А не на всю родню.
Муж улыбнулся.
– Договорились.
Прошло полгода. Родня Кости постепенно оттаяла. Перестали обижаться, снова начали приглашать на праздники.
Правда, теперь при мне не говорили о деньгах. И не просили в долг.
А Костя больше никогда никому не рассказывал о моей зарплате.