31 октября 1517 года доктор богословия и монах-августинец Мартин Лютер прибил к дверям Дворцовой церкви в Виттенберге лист бумаги. На латыни. Текст назывался «Диспут об изъяснении силы индульгенций». Содержал 95 пунктов. Начинался вяло — с тезиса о том, что вся жизнь христианина должна быть покаянием. Заканчивался тем, что христианам нужнее крест, чем индульгенция. Между этими пунктами автор умудрился вскрыть черепную коробку всей католической финансовой системы XVI века и извлечь оттуда нерв, дергая за который потом сотрясалась Европа целое столетие.
Из 95 пунктов только первые два касались покаяния. Остальные 93 были инструкцией по разборке механизма торговли отпущением грехов. Тезис 21: индульгенции отпускают только церковное наказание, а не грех перед Богом. Тезис 36: истинно раскаявшийся христианин получает полное прощение без всяких индульгенций. Тезис 86: «Почему папа, чье состояние ныне больше состояния самых богатых римских богачей, не строит собор Святого Петра на свои деньги, а на деньги бедных верующих?». Лютер лукавил. Он хорошо понимал, на чьи деньги строится собор и кто является «самыми богатыми римскими богачами». Он также понимал, что в Виттенберге Тецель орудует отнюдь не по поручению папы Льва X. Бумага на дверях церкви в Виттенберге была не теологическим диспутом. Это был кредитный отчет, вывешенный на всеобщее обозрение.
Индульгенция как корпоративный инструмент
Началась эта история не в Виттенберге и не в 1517 году. Началась она в Авиньоне в январе 1343 года, когда папа Климент VI издал буллу Unigenitus Dei Filius. В булле объяснялась простая и изящная концепция: Христос и святые совершили добрых дел больше, чем требовалось для спасения их душ. Возник избыток «преизобильного блага», который перешел в собственность церкви. Церковь, как управляющая компания этого фонда, получила право распределять избыток среди верующих — по мере необходимости и, что немаловажно, по мере оплаты. Теперь любой грешник с достаточным количеством монет мог покрыть свой духовный дефицит за счет святых. Учение о «сокровищнице церкви» стало официальным догматом. К XVI веку система была отлажена до автоматизма: папы-меценаты Юлий II и Лев X активно использовали индульгенции для финансирования строительства собора Святого Петра и других культурных проектов. Конкретный документ, вызвавший лютеровский протест, был выпущен именно на покрытие расходов по этому строительству.
Главным коммивояжером этой кампании в Германии стал доминиканский монах Иоганн Тецель. Тецель был не просто монахом. Он был профессиональным инквизитором, настоятелем монастыря в Глогау, опытным пропагандистом и, как позже выяснится, довольно толстокожим человеком. Папа Лев X оценил его риторический дар: Тецель умел собирать толпы и убеждать людей расставаться с деньгами. Его рекламные формулы вошли в историю: «Как только монета в ларце звенит, душа из чистилища летит». Циничные проповеди Тецеля в Ютербоге стали непосредственным поводом для выступления Лютера. Но самое главное — Тецель работал не на Ватикан напрямую. Тецель был порученцем молодого курфюрста Майнцского Альбрехта II Бранденбургского.
Альбрехт Бранденбургский: портрет должника
Альбрехт Бранденбургский — фигура, которая объясняет почти всё. В 1514 году этот молодой человек (родился в 1490 году) решил сделать головокружительную церковную карьеру. Он уже был архиепископом Магдебургским и администратором епископства Хальберштадтского. Теперь он метил на Майнц. Майнцское архиепископство — это не просто церковная должность. Это было одно из семи курфюршеств, дававшее право голоса при выборе императора Священной Римской империи. Это было кресло с рычагами управления Европой.
Проблема была в цене. Чтобы стать архиепископом Майнцским, следовало заплатить Риму паллий — знак архиепископской власти. Папа Лев X, происходивший из семейства Медичи и знавший толк в финансах, оценил эту услугу в 30 тысяч гульденов. Сумма колоссальная. Для понимания: в те годы хороший дом в Аугсбурге стоил несколько сотен гульденов, а годовой доход среднего немецкого княжества исчислялся тысячами. Альбрехт таких денег не имел. Он обратился в аугсбургский банкирский дом Фуггеров.
Якоб Фуггер: менеджер по работе с клиентами
Фуггеры были не просто банкирами. Они были кровеносной системой позднесредневековой Европы. Начав как ткачи в Аугсбурге в XIV веке, к началу XVI века семейство превратилось в крупнейший финансовый конгломерат континента. В их портфеле были серебряные рудники в Тироле, медные копи в Венгрии, торговля специями, шерстью и шелком по всей Европе. Во главе дома стоял Якоб Фуггер по прозвищу Богатый (Jacob Fugger der Reiche) — самый богатый человек Европы своего времени.
Якоб Фуггер не был меценатом. Он был прагматиком. Он кредитовал императора Максимилиана I, фактически став его придворным банкиром. Он финансировал выборы императоров и военные кампании. И он с удовольствием одолжил 30 тысяч гульденов честолюбивому Альбрехту Бранденбургскому. Но Фуггеры не занимались благотворительностью. Долг нужно было возвращать. Возникал вопрос: откуда у архиепископа, пусть даже курфюрста, возьмутся такие деньги?
Римское финансовое консультирование
Папа Лев X, осведомленный о проблемах Альбрехта, предложил изящное решение. Архиепископу разрешалось организовать на своей территории продажу специальной индульгенции — той самой, что формально была приурочена к сбору средств на строительство собора Святого Петра. Схема была проста: половина вырученных средств шла в Римскую курию (собственно, на строительство), а вторая половина оставалась Альбрехту — для погашения долга перед Фуггерами. Альбрехт согласился. Ему нужно было возвращать 30 тысяч. Он нанял Тецеля. Тот начал кампанию в немецких землях.
С этого момента три структуры оказались связаны в узел: Ватикан (кредитор и получатель доли), банк Фуггеров (кредитор Альбрехта) и архиепископство Майнцское (должник и оператор продаж). Индульгенция превратилась из религиозного таинства в инструмент обслуживания долга. Монах с молотком и копилкой стал сотрудником отдела по возврату просроченной задолженности.
Кто заказал тезисы
В Саксонии сидел Фридрих III, курфюрст Саксонский, по прозвищу Мудрый. Фридрих был человеком степенным. Основал Виттенбергский университет, в котором Мартин Лютер получил должность профессора. Собирал коллекцию мощей. Не стремился к конфликтам. Но у него был давний негласный конфликт с Альбрехтом Бранденбургским. Боролись они за влияние среди курфюрстов-выборщиков при престарелом императоре Максимилиане I. Пожилой курфюрст Саксонский и молодой курфюрст Майнцский — это была подковерная драка правящей европейской верхушки, которая вот-вот должна была перейти в стадию неадекватного восприятия ситуации.
Фридрих III не выносил Альбрехта. Альбрехт был должен банкирам. Альбрехт торговал индульгенциями. Альбрехт получал доход с этого бизнеса. У Фридриха не было долгов. Фридрих не торговал индульгенциями. Но у Фридриха был в штате доктор богословия по имени Мартин Лютер, который работал в Виттенбергском университете, основанном Фридрихом. До сих пор историки спорят: по собственной ли воле Лютер написал 95 тезисов или они были сочинены по заказу курфюрста Саксонского. Все согласны с тем, что тезисы били не столько по папе римскому, сколько по торговцам индульгенциями — то есть по Альбрехту II и косвенно по банкирскому дому Фуггера.
Удар был нанесен профессионально. Лютер, будучи доктором теологии, прекрасно понимал, куда целится. Тезис 82: «Спрашивают: зачем папа не освободит всех сразу из чистилища ради самой святой любви и страшной нужды душ, ведь он освобождает их ради ничтожных денег на постройку храма?». Вопрос был риторическим и для папы неопасным. Опасным он был для Альбрехта, чья репутация в немецких землях стремительно уходила в минус.
Банкирский пасьянс
Но была еще одна заинтересованная сторона. Помимо Фридриха Мудрого, в таком развитии событий был заинтересован негласный соперник Якоба Фуггера — папский банкир Агостино Киджи. Киджи был выходцем из Сиены, банкиром, кредитовавшим пап Юлия II и Льва X, семейство Борджиа и Медичи. Его называли «Великолепным», он был одним из крупнейших покровителей Возрождения. Он строил виллы и давал банкеты, на которых серебряные блюда бросали в Тибр, чтобы потом выловить их сетями. Его состояние соперничало с фуггеровским. И Киджи не был в восторге от того, что Фуггеры через подконтрольного архиепископа зарабатывают на индульгенциях. Если уж торговать отпущением грехов, то пусть это делают проверенные папские банкиры, а не аугсбургские выскочки. Индульгенции — это бизнес. А в бизнесе конкуренты друг другу не помогают. Сразу после обнародования 95 тезисов Альбрехт II обратился за поддержкой к понтифику. Внешне конфликт курфюрстов и банкиров перешел на сугубо религиозную почву.
Убежище в Саксонии
Лютер был бы уничтожен в первые же месяцы, если бы не покровительство Фридриха III. Курфюрст Саксонский отказался передать возмутителя спокойствия в Рим и потребовал, чтобы Лютеру предоставили возможность оправдаться перед папой, оставаясь в Саксонии. Папа Лев X не стал настаивать. В 1518 году он отправил в Аугсбург своего легата кардинала Томмазо де Вио Каетана с инструкцией добиться сожжения еретика. Кардинал провел с Лютером продолжительную беседу, после чего объявил его еретиком. Гореть бы Лютеру в костре (как сгорел Ян Гус в 1415 году), если бы ближайшей ночью друзья не помогли ему бежать из Аугсбурга.
В январе 1519 года умер император Максимилиан I. Фридрих III, как глава курфюрстов-выборщиков, на время стал главным человеком в империи. Лев X не хотел ссориться со столь влиятельным политиком. Он согласился на публичный диспут Лютера с представителем Ватикана — доктором Иоганном Экком. Диспут состоялся в Лейпцигском университете. Тема: «О древности института папства» и имеет ли римский папа божественное происхождение. В ходе спора Экк подвел Лютера к признанию справедливости учения Яна Гуса. Это стало прямым доказательством еретического характера взглядов самого Лютера. Конфликт дошел до точки, когда даже Фридрих III побоялся открыто выступить в защиту еретика. Место курфюрста заняли немецкие националисты во главе с рыцарем Ульрихом фон Гуттеном.
Гуттен: рыцарь с типографией
Ульрих фон Гуттен — фигура, которую трудно переоценить и невозможно не упомянуть. Он был младшим сыном бедного нобиля, изначально предназначенным для монашеского пути, но разочаровался в этом призвании. Он стал гуманистом, сатириком, одним из авторов знаменитых «Писем темных людей» — памфлета, разоблачавшего схоластическую лжеученость и моральное разложение духовенства. Он владел пером и мечом с равной степенью опасности. Когда Фридрих III струсил, фон Гуттен взял знамя в свои руки. Он обратился к курфюрсту с открытым письмом, призывая к действиям. К фон Гуттену присоединились немецкие гуманисты во главе с Эразмом Роттердамским. На этом этапе развитие событий вышло из-под власти немецких князей. Индульгенции стали общегерманской проблемой.
Карл V: император-заложник
В 1520 году на престол Священной Римской империи был избран Карл V. Ему шел двадцатый год. Он был внуком Максимилиана I и правителем, которому достались Нидерланды, Испания, Неаполь и американские колонии. Карл V был верным католиком и поначалу — послушным орудием папства. В июне 1520 года Лев X подготовил буллу Exsurge Domine — «Восстань, Господи…». Булла содержала 41 пункт осуждения лютеровских положений. Именем Христа Лютеру повелевалось покаяться в течение 60 дней под угрозой отлучения. Обнародовать буллу папа поручил Экку. Но Экк, узнав, что большинство князей и даже часть курфюрстов во главе с Фридрихом III настроены категорически против понтифика, просто умыл руки.
Буллу вручили Лютеру лично. Реакция была скандальной. 10 декабря 1520 года Лютер при стечении студентов и профессоров Виттенбергского университета публично сжег папскую буллу вместе с томами канонического права. Это был не просто жест неподчинения. Это был разрыв отношений. Монах объявил повеление папы буллой антихриста.
В январе 1521 года Лев X подписал вторую буллу — об анафеме Лютера и рыцаря Ульриха фон Гуттена. Обнародовать ее на имперском сейме в Вормсе было поручено легату Алеандру. Алеандр знал, сколь сильное войско находится под верховенством фон Гуттена. Он струсил, вернул буллу папе и потребовал анафемы только для Лютера. В Риме решали, что делать. В Германии открылось заседание сейма. Сейм не мог принимать решений в отсутствие обвиняемого. Фридрих III запретил своему подданному появляться в Вормсе. Разрешение было дано только после того, как 21-летний Карл V выдал Лютеру охранную грамоту.
Против приезда Лютера выступил легат Алеандр. Умный человек, он понимал: последствия от выступления еретика на сейме могут стать катастрофой для папства. Курия уже вынесла свой приговор, и пересмотр его императором продемонстрировал бы слабость власти понтифика. Алеандр срочно обнародовал подоспевшую папскую буллу с анафемой Лютеру. Карл V хотел отозвать охранную грамоту. Воспротивились князья во главе с Фридрихом III. Они представили императору 101 пункт обвинений против папства и потребовали выслушать Лютера.
«На том стою»
17 апреля 1521 года Лютер предстал перед сеймом. Он подтвердил свои взгляды. Завершил речь словами: «На том стою и не могу иначе. Да поможет мне Бог. Аминь». Большинство присутствовавших прониклись к Лютеру глубоким уважением. Карл V воскликнул: «Этот монах никогда не сделает меня еретиком!». Но император не мог карать без согласия сейма. К тому же он дал Лютеру охранную грамоту. Лютера отпустили из Вормса. Оставшиеся верными папе участники сейма приняли Вормсский эдикт: Лютер объявлялся еретиком и подлежал аресту, имения его приверженцев конфисковывались, запрещалось поддерживать и распространять учение Лютера, читать его сочинения. Вормсский эдикт стал юридическим основанием для охоты на Лютера. Но охотиться было не на кого. Лютер исчез.
Фридрих III приказал своему капеллану выкрасть Лютера и укрыть в месте, о котором не будет знать даже сам курфюрст. Выбор пал на отдаленный замок Вартбург в Тюрингенском лесу. Там Лютер прожил больше года. Там он перевел Евангелие с греческого и Ветхий Завет с древнееврейского на немецкий язык. Немецкий язык получил литературную норму. Германия получила Библию, которую мог читать любой грамотный человек. В 1521 году умер папа Лев X. Новому папе Адриану VI было не до еретика.
Цена, которую пришлось заплатить
Лютер вернулся в Виттенберг в 1522 году. Он увидел, как созданное им учение вышло из-под его власти. Немецкие земли вошли в штопор. Крестьянские восстания прокатились по всей Германии. В 1525 году началась Великая Крестьянская война под руководством Томаса Мюнцера. Мюнцер, бывший соратник Лютера, пошел дальше: он требовал не реформы церкви, а свержения феодального строя и установления царства Божьего на земле. 15 мая 1525 года армия князей разгромила повстанцев у Франкенхаузена. Мюнцера пытали и обезглавили. Лютер, испугавшись масштабов народного движения, встал на сторону князей. Он написал памфлет «Против разбойничьих и убийственных крестьянских шаек», в котором призывал дворян «закалывать, убивать и душить» восставших, как бешеных собак. Крестьянская война унесла жизни от 100 до 300 тысяч человек.
Аугсбург: легализация раскола
В 1530 году Карл V созвал в Аугсбурге рейхстаг. От протестантских князей потребовали изложения их веры. Филипп Меланхтон, ближайший соратник Лютера, составил документ из 28 статей. Текст назывался «Аугсбургское исповедание». В нем утверждалось, что главой церкви является не римский папа, а светский князь. Документ был публично оглашен 25 июня 1530 года. Это стало моментом рождения первой протестантской церкви — лютеранства.
Католическая церковь ответила «Папским опровержением». Примирения не вышло. Европа раскололась на два лагеря. Последовали десятилетия религиозных войн. Кульминацией стала Тридцатилетняя война 1618–1648 годов, опустошившая Германию, уничтожившая от 25 до 40 процентов ее населения и завершившаяся Вестфальским миром. Этот мир закрепил принцип cuius regio, eius religio — чья власть, того и вера. Европа получила современное устройство.
Эпилог
Мартин Лютер умер в 1546 году. Он дожил до 63 лет — почтенный возраст по меркам XVI века. За 29 лет, прошедших от Виттенбергских тезисов до его смерти, он успел: уничтожить монополию папства на отпущение грехов, перевести Библию на немецкий, стать отцом нации, предать крестьян, жениться на бывшей монахине, написать сотни памфлетов и гимнов и наблюдать, как Европа погружается в хаос, который он сам же и спровоцировал. Якоб Фуггер Богатый умер в 1525 году — за год до того, как его банкирский дом достиг пика процветания, и за несколько десятилетий до того, как испанские Габсбурги объявили дефолт по кредитам, разорив окончательно и дом Фуггеров, и всех, кто с ними связан. Агостино Киджи умер в 1520 году — богатейшим человеком своего времени, успев насладиться победой над конкурентами и не увидев, как его папские должники развяжут религиозную войну. Альбрехт Бранденбургский умер в 1545 году. Свой долг Фуггерам он выплатил. Собор Святого Петра был достроен. Папа Лев X умер в 1521 году — через несколько месяцев после того, как подписал буллу об отлучении Лютера. Он не дожил до Вормсского сейма и не услышал, как молодой император называет его монаха «этим монахом». Фридрих III Мудрый умер в 1525 году. Он никогда не переходил в протестантизм, до конца жизни оставаясь католиком. Но он сохранил Лютеру жизнь. И, возможно, именно в этом — единственное, что его действительно волновало.
Индульгенция как финансовый инструмент была создана в XIV веке, превращена в средство обслуживания корпоративного долга в начале XVI века и уничтожена в том же XVI веке — но не богословами, а рынком. Реформация началась не с теологии. Она началась с кредита, который некому было возвращать, и с банкиров, которым было тесно в рамках старой системы. Европа не раскололась из-за спора о природе покаяния. Европа раскололась из-за 30 тысяч гульденов.