Лера листала телефон, хмурилась, что-то бормотала себе под нос. Наконец нашла.
— Вот, — она протянула мне экран. — Это он. Леша. Фото из соцсетей, пару лет назад.
Я взяла телефон, посмотрела на снимок. Обычный мужчина, лет тридцати, с открытым лицом и немного грустными глазами. Ничего особенного, всё в пределах нормы. Я его и так и этак рассматривала, но ничего странного и удивительного не видела.
— Это не он, — сказала я, возвращая телефон. — Кто-то ещё был?
— Да ничего серьёзного, — нахмурилась Лера.
Женщина явно что-то не договаривала.
— Если вы что-то от меня скрываете, то и помочь я вам не смогу, — сказала я.
Лера опустила глаза, покраснела, потом подняла голову и посмотрела на меня с вызовом.
— А если я не хочу об этом говорить? — спросила она. — Это личное.
— Тогда зачем вы пришли? — спокойно ответила я. — Я не экстрасенс, который всё видит и так. Я гадаю на картах, работаю с энергией. Но если вы закрыты, если не доверяете — ничего не получится. Я не смогу вам помочь.
Светлана посмотрела на подругу.
— Лера, — тихо сказала она. — Агнета — свой человек. Она никому не расскажет. Но если ты будешь молчать, то так и останешься одна. Ты этого хочешь?
Лера молчала долго. Потом вздохнула, опустила плечи и начала говорить:
— Был ещё один. Почти три года назад. Мы встречались несколько месяцев. Всё было серьёзно, я даже думала, что это — судьба. Он говорил, что любит, что хочет семью, детей. Такая страсть была, любовь. А потом… — она запнулась. — Потом я узнала, что он женат. Что у него двое детей. Что всё это время он врал.
— И вы расстались? — спросила я.
— Я его бросила, — ответила Лера. — Сказала, что не хочу больше видеть. Он пытался вернуть, писал, звонил, даже приходил под окна. Один раз я сдалась, когда он пообещал развестись, но всё осталось на прежнем месте. И я снова решила разорвать эту связь.
— И вы думаете, это он?
— Не знаю, — она покачала головой. — Но после него всё и началось. Те мужчины, которые исчезали… Может, он мстит? Может, наложил порчу?
Я посмотрела на разложенные карты.
— Порчи на вас нет. Фото гражданина имеется? — поинтересовалась я.
Лера кивнула, снова взяла телефон, полистала и протянула мне. На экране был мужчина лет сорока, с приятным лицом, уверенным взглядом. Дорогой костюм, хорошая машина на фоне — видно, что не бедствует.
— Красивый, — сказала я, возвращая телефон. — И богатый. Жена, дети, положение в обществе. Зачем ему портить жизнь бывшей любовнице?
— Не знаю, — Лера пожала плечами. — Но других вариантов у меня нет.
Я разложила карты снова, но теперь сконцентрировалась на связи между Лерой и этим мужчиной. Карты легли неожиданно — связь была, но не тёмная, не магическая. Скорее, энергетическая, оставшаяся после глубоких отношений. Такая привязка не требует ни порчи, ни заклинаний. Она живёт сама по себе, пока оба не отпустят друг друга.
— Лера, — сказала я. — Он вас не портил, не насылал ничего. Но связь между вами осталась. Сильная. Он вас не отпустил, а вы — его. И эта связь, как невидимая стена, отгораживает вас от других мужчин. Они чувствуют, что вы заняты — не телом, а душой, и уходят.
— Но я его не люблю! — воскликнула Лера. — Я его бросила! Я не хочу о нём думать!
— Не хотите — но думаете, — спокойно ответила я. — Обида, злость, разочарование — это тоже привязка. Она держит крепче, чем любовь. Вы злитесь на него до сих пор, а значит, он всё ещё с вами — в вашей голове, в вашем сердце.
Лера замолчала, опустила глаза.
— Что же делать? — тихо спросила она.
— Простить, — ответила я. — Отпустить. По-настоящему, так, чтобы внутри стало легко. Чтобы вы могли сказать: «Я тебя прощаю. Иди своей дорогой. Я своё проживу без тебя».
— Я не могу, — прошептала Лера. — Он врал мне. Год врал. Я ему верила, а он…
— Вы не ему делаете одолжение, — сказала я. — Вы себе. Прощение — это не про него. Это про вас. Чтобы вы освободились.
Лера молчала долго. Потом подняла голову, вытерла глаза.
— А есть какие-то другие способы разорвать эту связь? Магические? — сказала она.
— Да, есть, — кивнула я. — И они работают независимо от того, простили вы или нет. Если, конечно, знать, что делать.
Лера подняла голову.
— Какие?
— Ритуал разрыва энергетических связей. Старый, проверенный. Не требует ни вашего прощения, ни его раскаяния. Просто — режь и всё.
— Есть какие-то нюансы?
— Нет. Только Светлана должна уйти.
Я посмотрела на Свету.
— Хорошо, нет проблем. Лера, жду тебя дома, — она встала со своего места и направилась к двери.
— Договорились, — кивнула Лера.
Света ушла, а мы остались с Лерой вдвоём.
— Я согласна, — не раздумывая, ответила Лера.
— Тогда слушайте внимательно.
Я взяла моток белых ниток, которые всегда лежали у меня в рабочем ящике.
— Нам понадобится белая нить. Её мы будем наматывать на ваш безымянный палец левой руки — ровно столько витков, сколько лет вы были вместе. Если меньше года — по количеству месяцев. Если недель — по неделям. Если дней — по дням. Вы были с ним год?
— Около года, — тихо сказала Лера. — Точнее, одиннадцать месяцев.
— Тогда одиннадцать витков. Не меньше и не больше.
Я протянула ей нить.
— Наматываете сами. Не спеша. И каждый виток говорите:
— «Мы друг друга любили, друг с другом были, тебе — жить не тужить, а мне — снова счастливой быть».
Лера взяла нить, начала наматывать. Пальцы дрожали, но она справилась. Одиннадцать витков, одиннадцать тихих фраз.
— Теперь берёте ножницы, — сказала я. — И перерезаете нить прямо на пальце. Так, чтобы кольцо распалось. И говорите:
«Связь обрываю, дверь любви отворяю, мне — счастливой быть, мне — сладко и радостно жить! Да будет так!»
Лера перерезала. Нить упала на стол короткими обрывками.
— А теперь сжигаем, — сказала я, пододвигая свечу.
Она подожгла нить. Та вспыхнула, скрутилась и сгорела за несколько секунд. Остался только запах гари и лёгкий дымок.
— Всё, — сказала я. — Ритуал окончен. Через три дня вы почувствуете, что связь стала слабее. А через семь дней она исчезнет совсем. Начнут появляться новые знакомства, и если вы всё ещё хотите замуж — это усилит вероятность.
Лера смотрела на пепел, потом перевела взгляд на меня.
— Так просто?
— Так просто, — ответила я. — Но это только если вы действительно готовы. Если внутри не осталось желания вернуть его. Если вы хотите не мести, а свободы. А это — не всегда одно и то же.
— Я хочу свободы, — твёрдо сказала Лера.
— Тогда ждите, — я улыбнулась. — И не ищите его. Не звоните, не пишите, не вспоминайте. Если через неделю не увидите изменений — приходите снова. Но я думаю, изменений будет много.
— Да я его и так не искала, — вздохнула она, — Видно, обида на него мне покоя и жизни нормальной не давала. А сейчас даже как-то легче стало.
Лера кивнула, поблагодарила меня, положила на стол синенькую купюру и ушла.
Я осталась сидеть за столом, глядя на пепел.
— Шелби, — спросила я пустоту. — Как думаешь, сработает?
— Должно, — ответил он. — Если она не начнёт его искать. Но это уже не наша забота. Мы сделали, что могли.
Я кивнула, убрала оставшийся моток и ножницы, вытерла пепел со стола и погасила свечу. День шёл к вечеру, и за окном темнело. В этот раз всё было довольно просто.
Продолжение следует..
Автор Потапова Евгения